Непокорная для огненного мага - Вероника Чурилова

За десять минут до боя курантов двери зала распахнулись, и я растеряно замерла.

Эйдан. Он шел через зал так, словно всё это пространство принадлежало ему одному. В строгом черном камзоле с золотым шитьем, с волосами, перехваченными серебряной лентой, он был красив как бог, сошедший со страниц древних манускриптов. Его взгляд сразу нашел меня.

Не говоря ни слова, он подошел и протянул руку. Его ладонь была горячей. Я на мгновение замешкалась, но затем вложила свои пальцы в его. Мы вышли из душного зала в морозную ночь, на огромный заснеженный балкон.

— Эйдан, что ты задумал? — прошептала я, но слова застряли в горле.

На перилах балкона, переминаясь лапами и рассыпая искры, сидел огненный феникс. Его перья переливались от ярко-золотого до густо-рубинового, а вокруг него воздух дрожал от жара.

Я вопросительно взглянула на парня, который с улыбкой наблюдал за моей реакцией.

— Родовая гордость семьи Картеров, — произнес он, — я хочу что бы ты встретила этот праздник по особенному. Как на счет полета на огненном фениксе?

— Мы что, полетим куда— то на нем? — Ахнула я, наблюдая за существом с восхищением.

— С Новым годом, Лилиан, — улыбнулся Эйдан, помогая мне взобраться на спину птицы.

На ощупь Феникс оказался гладким и мягким. Я с удовольствием запустила пальцы в густые перья, которые не обжигали, а наоборот — дарили ощущение всепоглощающего тепла.

Эйдан сел позади, обхватив меня за талию, чтобы я не упала. Феникс издал трубный клич и взмыл в воздух. Дух захватило от бушующих внутри эмоций. Адреналин разгонял кровь по венам, шумя вместе с порывами ветра в ушах.

Это был полет из самых смелых снов. Мы неслись сквозь ночное небо, а под нами расстилалась заснеженная Академия и бескрайние леса. Снежинки, касаясь огненного оперения птицы, превращались в золотистый пар. Эйдан прижимал меня к себе, защищая от встречного ветра, и его жар согревал лучше любого меха. В небе расцветали магические салюты, а звезды казались такими близкими, словно их можно потрогать рукой.

Мы приближались к парящему острову. То, о чем я лишь читала в книгах, я смогла лицезреть в живую. Пару месяцев назад, на лекциях нам рассказывали о ближайших магических местах и аномалиях, и остров «Корона Неба» был среди них. Это было заброшенное святилище древних магов. Камни здесь светились мягким голубым светом, а посредине находилось небольшое озеро, которое никогда не замерзало. Его поверхность была абсолютно неподвижна, как черное зеркало, отражая в себе все созвездия сразу. Феникс сделал еще один круг, и мы опустились на берег. Какой же все-таки невероятный наш мир. Один полет, и мы из зимней сказки перенеслись в лето.

Аккуратно спустившись, я замерла у самой кромки воды, рассматривая невероятную красоту, которая нас окружала.

— Это не просто вода, — тихо сказал Эйдан, заметив мой взгляд. — Это место силы. Говорят, что оно отражает не только звезды, но и самые глубокие чаяния сердца. Иногда — моменты, которые еще не сбылись, или те, что давно забыты.

Я наклонилась, и в его черной глади на мгновение мелькнул образ: мой собственный силуэт, стоящий рядом с его фигурой на каком-то незнакомом обрыве, а вокруг бушевал шторм, яркий, как магия. Я даже неосознанно потянулась рукой, но образ исчез так же быстро, как появился, оставив после себя лишь пробежавшую рябь на воде.

Эйдан потянул меня назад, и когда мы отошли на несколько шагов, остановился, достав из ближайшего куста небольшую плетеную корзинку. Из нее пахло свежим хлебом и чем-то сладким. Он расстелил на одном из светящихся камней тонкий плед. В корзинке оказался свежеиспеченный фруктовый пирог, душистый сыр, небольшая бутылка искристого вина и теплые булочки с вареньем.

Мы ели в тишине, нарушаемой лишь шелестом ветра и далеким воркованием феникса, прикорнувшего неподалеку. Это был наш маленький мир, отрезанный от всех проблем Академии, от Мартины, от ожидания экзамена в «Разрыве» и давящей помолвки.

Когда мы закончили, я первая нарушила тишину:

— Разве ты не должен встречать Новый год со своей семьей?

Эйдан перевел задумчивый взгляд с бокала на меня. Я трижды пожалела, что вообще задала этот вопрос, боясь все испортить, но его губы дрогнули в легкой улыбке:

— Не думаю, что мое отсутствие кто-то заметит.

— Как такое может быть? — удивленно ахнула я. — Разве у вас настолько большая семья?

— Семья конечно большая, — еще шире ухмыльнулся он, и в его глазах заплясал озорной огонек, — но сегодня, да и в принципе как всегда родители проводят бал. В замок еще с самого утра приехало не меньше ста приглашенных. Я весь день провел в общении с многочисленными гостями, и как только бдительность отца притупилась, прихватил портативный портал, сел на феникса и умчался к тебе.

— Но почему? — вновь задала я очередной вопрос, и краска смущения залила лицо.

— Может это было одно из лучших моих решений? — ответил он. — Я не люблю эти светские мероприятия и торжества. Для меня новый год с тобой в тишине в миллион раз приятнее чем среди толпы лжецов и льстецов.

Эйдан неожиданно взял мою руку. Я настолько растерялась от происходящего, что просто наблюдала как парень открывает длинный футляр из красного бархата, и достает из него изящную цепочку.

— Это непростое украшение, Лили, — он надел на запястье тонкий браслет из белого золота, украшенный редким «солнечным камнем», который мягко засиял, принимая тепло моей магии. — Он будет согревать тебя, когда меня не будет рядом. И он поможет тебе стабилизировать магию в симуляторе. Мой дружеский подарок — чтобы ты помнила, что я верю в тебя, даже если ты не веришь в себя сама.

Я посмотрела на браслет, потом — в его глаза, полные бездонного тепла. В эту ночь все обиды казались далекими, смытыми звездным светом и обещаниями будущего, которое, возможно, было отражено в водах таинственного озера.

Под утро, когда небо начало окрашиваться в нежно-розовые тона, огненная птица принесла нас обратно к крыльцу общежития. Эйдан помог мне спуститься, задержав мою руку в своей на мгновение дольше, чем того требовали приличия.

— До встречи на тренировках, Лилиан, — прошептал он и, коснувшись губами кончиков моих пальцев, исчез в утреннем тумане вместе со своим фениксом.

Я стояла на крыльце, глядя вслед улетающей искре. Новогодняя ночь осталась дивной сказкой, спрятанной в глубине моего сердца, и теплым сиянием браслета на моем запястье.