Спорим? Будешь моей - Дарья Белова

Отлично! Еще одна тайна Артемия Жданова. И я даже полноценно разозлиться-то не могу. Передо мной другой Тема. Совсем-совсем мне незнакомый. Он говорит иначе смотрит, даже его мимолетные движения — все другое.

— Об этом я не знала. Уверена, никто не знал, — опустив взгляд на свои сцепленные руки, отвечаю.

— Неудивительно. Мало кто знает моего брата. Проще засечь в небе столкновение двух звезд, чем пообщаться с Владимиром.

Но это многое объясняет: и его заинтересованность во мне, и странные задания, и внезапное появление нового преподавателя.

— В любом случае, ты был востребован, как ты выразился, в нашей Академии, чтобы твой брат ни говорил, — облизнув сухие губы, перевожу свой взгляд на Артема. Он продолжает смотреть на меня и разгадывать.

— Почему я вообще туда перевелся? Мне… никто не говорит.

Вдоль позвоночника собирается холод, спина немеет, что и не сдвинуться с места. Как рыба открываю и закрываю рот. Я знаю ответ, но вправе ли говорить правду?

— Судя потому, что из всей Академии ко мне пришла лишь ты, значит, мы были близки?

Перевожу дыхание и смотрю в окно. От простых вопросов мой мозг готов взорваться. Давление в каждой клетке, и боль становится мучительной.

— Мы неплохо общались, — выдавливаю из себя.

Встаю с кровати и отхожу к противоположной стене. Осталось поставить уверенную точку, выйти за дверь и убежать.

— Общались, — повторяет слово и вздыхает, перебирая листы рядом с его ногами. Сверху крупно написано: «Спорим? Будешь моей?»

— Разрешишь? — забыв про чувства, хватаюсь за лист с названием. Эта фраза звучала несколько раз из уст Артема.

От взволнованности все во рту пересыхает. Теряюсь на мгновение, потому что все мое внимание в этих строчках, потом в первых актах, где расписана… моя жизнь.

— Что это?

Он разводит руками.

Самое страшное, что я ему верю. Тот Артем прекрасно бы знал, что за сценарий в его руках, и наверняка знал каждую деталь в нем. Этот же… сам в еще большем замешательстве. Но одно их объединяет. Ни тот ни другой не сожалеют о том, что там написано.

— Брат принес. Сказал, это поможет мне вникнуть во что-то.

— Вник? — злюсь и прижимаю к себе толстый сценарий.

— Недочитал. Ворвалась моя однокурсница из Академии.

Разглаживаю верхний лист, что невзначай помяла, снова уставившись на название.

— Главная роль твоя, что ли? — склонив голову, спрашивает.

Его глаза темнеют, меня даже накрывает легким испугом, а за ним рождается стыд. Эта часть «сценария» — я не хочу, чтобы Артем ее вспомнил.

— Прочитаю и скажу.

— Так не пойдет. Я же сегодня вечером улетаю. Так что… верни мне мой сценарий.

Смотрю на бумаги в моих руках, на Жданова, в окно, где ярко светит солнце. Артем ухмыляется как провоцирует на что-то. Скрестив руки под грудью, смотрит в упор. Да так, что у меня сердце вот-вот остановится по непонятным причинам. То ли от ярости, то ли от того, что мы общаемся, то ли от всей этой ситуации в целом.

— Не верну, — вскидываю подбородок и крепче прижимаю к себе улику виновности того Артема. Дома, прочитав все с первой до последней страницы, выскажу ему все, открыв фотографию на телефоне.

— Однокурсница из Академии, лучше верни, — откидывает простынь и, опираясь рукой о матрас, пытается встать. Я вижу, что ему тяжело и поздно вспоминаю, что у Жданова была сложная операция на позвоночнике.

Мотаю головой и отхожу дальше по стене. Артема это веселит, меня же злит.

— Это не твое, так?

С грохотом кладу кипу на столик и по одному листу принимаюсь рвать и бросать на пол. Артем смотрит ошарашенно, но посмеивается.

— Портить чужое нехорошо. Это знает и ребенок, однокурсница.

— Плевать.

— Значит, мы были довольно близки, раз ты так взбешена?

Останавливаюсь, разорвав добрую половину важного для меня документа. Дышу, словно пробежала километры. Щеки горят, в груди пышет жаром. Мне хочется влить в себя ледяную воду, только бы остудиться.

— Я пришла пожелать тебе хорошего полета, мягкой посадки, удачи и все такое. Артем.

И направляюсь к выходу. Готова разреветься. Час прощания я превратила в какой-то фарс.

— Спасибо, однокурсница Мирра.

Глава 53. Мирра

Глава 53. Мирра

Сложнее всего возвращаться к учебе из-за трех вещей. Во-первых, с жильем у нас с Русланом все еще беда. Мы до сих пор живем в домике для прислуги.

Сам Бернард, обычно уравновешенный, начинает раздражаться только увидев нас на своей территории, хотя мы никогда не заявляемся к ним без необходимости. Но вся эта ситуация непривычна. От нее быстро устаешь.

Во-вторых, — из-за сильных разрушений самой Академии занятия было решено проводить в помещениях спорткомплекса и части общежития.

И в-третьих, представляю, какие слухи ходят после всех событий. Городок маленький, все давно обо всем знают: о проблемах в нашей семье, о травме Артема, о сложном положении Академии… Встретиться с теми, кто болтают за твоей спиной — тяжело даже для меня.

— Тебя ждать? — Руслан затягивает галстук и смотрит искоса.

Между нами по-прежнему чувствуется напряжение, хотя мы стали разговаривать чаще и даже иногда шутим.

— Езжай. У тебя в Академии много дел. Сегодня еще должен подъехать новый ректор.

К сожалению, слухи о смерти Верещагина подтвердились.

Брат коротко кивает и выходит за дверь. Слышу, как заводится мотор, а потом удаляется по полуразрушенной территории поместья машина Руса.

Я складываю учебники в рюкзак, проверяю телефон, где как обычно нет ни сообщений, ни пропущенных звонков, и покидаю нашу с ним комнату.

В душном домике задерживаться не хочется. На улице прикрываю веки и вдыхаю тяжелый от влаги воздух.

Со дня посещения больницы прошло больше недели. Солнце будто исчезло, уступив место нудному дождю. Но именно в этой сырой серости мне неожиданно стало легче. Мое одиночество словно растворялось в ней.

До занятий остается почти час, поэтому выезжаю в центр города. Дороги успели расчистить и подлатать. Останавливаюсь у кофейни, где новогодний декор сменился просто зимним: снежинки на окнах, снеговики и светящиеся фигурки животных у входа.

Встречаться здесь стало чем-то вроде нашей традиции с девчонками из штаба.

Дома и заведения в этом районе пострадали меньше всего, хотя трещины на фасадах успели замазать только вчера.

— Я уже думала, ты решила поехать в