Теория пламени - С. Ф. Э. Блэк

похожи на коробки спичек под нами, я забыла, что вцепилась в сына герцога. Забыла, что я из семьи, где полёты на драконах были под запретом, забыла, что меня недолюбливает большинство в школе, забыла, что я лечу изучать магию.

Мой рот приоткрылся, впуская холодный ночной воздух, волосы вырвались из косы, которую Ванья заплела перед сном. Мы скользили высоко по ветру, не ныряя и не закручиваясь, а летя ровно и плавно. Земля была далеко, пугающе далеко, но именно так и выглядит настоящий полёт. Не кружить над логовом, подчиняясь приказам. По-настоящему парить.

Раш, к счастью, ничего не говорил, позволяя мне прожить этот момент так, будто его вовсе нет рядом. Хотя он был. Его тело было прижато к моему. Я чувствовала каждое его дыхание, каждое напряжение мышц перед тем, как мы уходили влево или вправо, каждый раз, когда он направлял дракона коленями.

Один или два раза, когда Азерон проявлял любопытство и хотел изменить курс, Раш тихо бормотал:

— Сюда, Аз.

Быстрее, чем я могла ожидать, мы приблизились к той части города, где таунхаусы стояли плотными рядами. Лишь самые крупные дома возвышались на углах кварталов, и мы подлетели к одному из них, который с воздуха было сложнее узнать.

Азерон резко нырнул вниз. Я врезалась в Раша с такой силой, что щёки сжались, а рот открылся. Из груди вырвался сдавленный крик. Страх, какого я ещё не испытывала, сковал всё моё тело. Мы пронеслись между улицами, как ястреб за добычей. И прежде чем я успела прийти в себя, крылья дракона расправились, и мы начали замедляться. На этот раз у меня всё внутри провалилось вниз, к самой земле под нами, когда Азерон выровнялся в кирпичном дворе. Мгновение спустя его лапы мягко коснулись земли.

В доме и в логове не горел свет, но Миф уже гремел каменной дверью большого строения. Как и обещал Раш, герцога здесь не было. Я медленно выдохнула.

Как только мы спешились — у него это вышло плавно, у меня дрожащим и неуклюжим движением — Раш отпер логово и, перенеся вес, толкнул тяжёлую дверь.

— Как твоя готовность? — спросил он, глядя на Азерона.

Я не была уверена, мне ли он задал этот вопрос или своему дракону.

Морда Мифа показалась первой, его нос опустился и ткнулся мне в живот. Удар вышел, как у боксёра, но я рассмеялась, согнувшись и обняв его за морду.

— Я тоже скучала, — выдохнула я.

Краем глаза я заметила, как Раш потёр челюсть, с озадаченным выражением на лице.

Я выпрямилась и посмотрела на Мифа.

— Не трогай его, — сказала я, указывая на Азерона. — И его тоже.

Я кивнула в сторону Раша.

— Понял?

Миф посмотрел на меня тем, что я могла назвать только хмурым выражением: его жёлтые глаза сузились, ноздри раздулись.

— Отлично. А теперь… что именно мы собираемся делать?

Я упёрла руки в бёдра.

Раш скользнул в логово.

— Хочешь полетать?

— Здесь холодно. И я думала, мы пришли проверить его пламя.

Его светлые волосы показались из тёмного логова, поймав отблеск золотистого света фонаря с улицы.

— Ему нужно поесть. Либо ты отпускаешь его одного, либо мы летим с ним. И Охота всё ещё активно ищет одинокого чёрного дракона.

— Твой отец не сдался?

Фырканье Раша выпустило в воздух облачко пара.

— Мой отец не понимает слово «сдаться».

Во мне смешались возбуждение и страх.

— Ладно. Но у меня нет седла.

— Тогда хорошо, что у нас здесь есть запасное.

Он снова исчез в логове.

— Оно не подойдёт идеально, но удержит тебя, чтобы ты не свалилась.

— Прекрасно.

Я не смогла сдержать глупой улыбки, пока мы седлали моего дракона.

Учебные сёдла не были такими изящными, как индивидуальные, сделанные точно под дракона. Эти были проще: сиденье, рассчитанное на большинство хребтов с выступами, с мягкой подкладкой снизу и с большим количеством петель и креплений, чем у седла профессионального гонщика.

Миф дёрнулся, когда мы затягивали ремни, но я всё время тихо его успокаивала, обещая, что он скоро полетит. Я чувствовала, как его возбуждение нарастает, отражая моё собственное. В груди отзывалась его нетерпеливость, поднимая мне дух и стирая остатки усталости.

— Готова? — спросил Ковингтон, похлопав Мифа по боку, когда седло было закреплено, а я пристёгнута.

Мои ноги попытались дёрнуться, но были зафиксированы ремнями. Я надеялась, что юбка останется прижатой под ними во время полёта. Я явно неправильно представляла, чем закончится этот вечер.

— Я готова.

Я наклонилась и погладила Мифа.

— И он сейчас взорвётся.

— Тогда полетели.

Я заправила петли, которыми пользовалась, чтобы забраться в седло, в маленький карман сзади и завязала его, чтобы они не хлопали на ветру. Холодный ветер щипал щёки, но меня заливало жаром, когда я наклонилась вперёд и схватилась за рукояти на ремне вокруг его шеи.

— Готов, мальчик? — прошептала я, и мой голос дрожал от ветра.

Горячий выдох наполнил двор, вместе с искрами, пляшущими в воздухе. Затем Миф расправил крылья и взмыл вверх.

Глава 26.

Один взмах крыльев, второй, третий, и мы уже были над крышей. Ещё два, и мы поймали ветер, полный дымом из труб и лёгкой едкой химической вонью, доносившейся от фабрик. Я вскрикнула от чистого восторга, когда нас рвануло вперёд. Эмоции Мифа смешались с моими, и меня так переполнило радостью, что я начала смеяться. Я не могла остановиться, с каждым вдохом наполовину крича, наполовину смеясь. Ещё два взмаха, и мы уже высоко над городом, парим в сгущающейся ночи. Азерон поднялся рядом с нами.

Я взглянула на Раша. Он смотрел на меня, его волосы хлестали по лицу, взгляд оставался неподвижным. Хотя мой желудок будто вползал в горло, спокойный взгляд Раша утихомирил бурю внутри меня. Он выглядел как дома в седле, настолько расслабленным, что держался лишь за одну рукоять, другая его рука безвольно свисала вдоль бедра.

Он кивнул мне, и я снова перевела внимание вперёд. Побелевшими костяшками я сжала рукояти седла, пока Миф накренился над городом, усыпанным золотистым светом фонарей и тёплых окон. Пальцы дыма поднимались от тысяч труб. В этот час над городом летало мало других драконов, и казалось, будто небо принадлежит только нам.

Я улыбнулась и выкрикнула от восторга. Миф рванул вперёд, поджал крылья и свернулся в вираж. Панический крик вырвался из моего горла, и Миф выровнялся, давая крыльям поймать восходящий поток. Я чувствовала, как его сердце