Теория пламени - С. Ф. Э. Блэк

наш экзамен по физической подготовке закончился, я старалась не плестись за Рашем, как надоедливая мошка, но мне нужны были ответы, и ждать дольше я не могла. Скарлетт, как обычно, висевшая на нём, бросила в мою сторону несколько уничтожающих взглядов, но в остальном оставила меня в покое.

Наконец он от неё отделался и сказал, что пойдёт поплавать в озере за школой. Она пожаловалась, что там слишком холодно.

Это был мой шанс. Закипая от раздражения, я несколько минут мерила шагами пустую аудиторию, затем вышла через боковую дверь и спустилась по гравийной дорожке к небольшому озеру, в тёмной воде которого идеально отражалась Серая гора.

Пот после тренировки начал высыхать, и я едва сдерживала дрожь, когда добралась до озера. Но стоило мне взглянуть на Раша, как холод исчез.

Эндер, помоги. Я встала вполоборота, стараясь не смотреть на него, пока он завершал круг и разворачивался.

— Эй, это же любительница ставок!

Сжав кулаки, я повернулась к нему. Он покачивался в воде с блестящей улыбкой на лице. Я скрестила руки и указала на причал.

Он отсалютовал мне и поплыл к настилу. Я заставила себя не смотреть, как он выбирается из воды, но, решив, что он уже обернулся полотенцем, резко повернулась обратно и тут же наткнулась взглядом на его обнажённый пресс.

Его смех заставил мою кровь вскипеть. Он провёл полотенцем по лицу, а затем, раздражающе медленно, по животу.

Я фыркнула и отвернулась.

— Я тебя смущаю?

— Я тебя ненавижу.

— Восприму это как уверенное «да». Скажи мне, колючий маленький кактус, почему тебе не по себе?

— Не льсти себе. У меня есть дракон, который в любой день может сжечь твоё красивое лицо.

— Но ты считаешь меня красивым?

Он усмехнулся и натянул через голову рубашку. Я украдкой взглянула на него, пока он опускал её вниз. Я пыталась вспомнить, что он знает, что может сделать одним словом директору Вону, если решит меня сдать. Судя по его словам Лютеру этим утром, я была для него не более чем благотворительным случаем, полезной лишь до тех пор, пока мой дракон помогает ему двигаться к собственным целям. Но часть меня не верила, что его волнуют только ответы, не теперь. Не после того, как он обработал мою рану. Не после того, как пытался спасти меня от пламени Мифа.

Но доверять Рашленду Ковингтону могло оказаться самым опасным, что я могу сделать.

— Вам бы, сэр, не помешало немного меньше высокомерия, — сказала я.

Прежде чем он успел ответить, я ткнула в него пальцем.

— Я знаю, мы не друзья, но тебе не обязательно было вести себя так, будто я какая-то… какая-то… благотворительность.

Он вздохнул.

— Мы были неосторожны. Кто-то видел, как мы возвращались в школу. Мне нужно было придумать что-то, причину, почему я был с тобой поздно ночью. Я решил, что моё объяснение лучше, чем у Лютера.

Он опасно приблизился ко мне, его голубые глаза были безрассудными.

— Ты бы предпочла, чтобы я притворился, что он прав?

Я застонала и прижала ладони к лицу. Мысли метались между образом уходящего Шепа и Рашем, закрывающим меня от искр Мифа.

— Ладно. Насчёт Мифа…

— Мы пойдём сегодня, как и планировали. Но больше нельзя допускать ошибок. Никто не должен нас видеть.

— Как мы выйдем из школы так, чтобы нас никто не заметил?

— У меня есть способ.

Мы зашагали по тропинке, но вскоре стали бы видны людям, входящим и выходящим через задние двери школы.

— Всегда такой загадочный, — пробормотала я.

— Всегда такая колючая, — ответил он.

Я нахмурилась на него, но он лишь улыбнулся в ответ.

— Ты иди в логово, а я пойду сюда.

Он указал вверх по тропе, его дыхание белело в воздухе.

— Почему я должна идти обратно туда? Мифа там даже нет.

— Потому что я весь мокрый, и здесь холодно.

— Ты сам идиот, раз решил пойти плавать.

— Я хотел побыть в тихом месте, где нас никто не подслушает.

Покачав головой, он зашагал вниз по тропе к логову, оставив меня идти к школе, борясь с желанием обернуться и посмотреть ему вслед.

Когда я направилась к входу со стороны солярия, мужской голос окликнул меня с тропы ниже. Я обернулась.

— Директор? — сказала я, чувствуя, как сжимается горло. Придать лицу выражение любопытства оказалось почти так же трудно, как проглотить сосновую шишку.

— Прогуляйтесь со мной, мисс Миро.

Директор теребил часы в кармане жилета, пока я шла по гравийной дорожке, и камни громко хрустели под ногами. Сердце грохотало в груди. Если он уже знает, кто я, что я нижняя жительница, связанная с незаконным диким драконом, мне конец. Вот так просто.

Он дважды посмотрел на меня, прежде чем наконец заговорить.

— Вы хорошо обживаетесь?

Я едва восприняла это как вопрос.

— Да, сэр.

Я отогнала мысли об оскорблениях Скарлетт и слухах, ходящих о моём происхождении. Слухах, как я вспомнила, запущенных Рашем. Мне придётся с ним за это рассчитаться позже. Если будет это «позже».

— Хорошо. Хорошо, — сказал он, бормоча и шагая с руками, сцепленными за спиной. — Я не знал, что у Мерлона есть родственники из Авенции.

Пахло пеплом. Он знал. Сейчас он меня выгонит. Прямо сейчас.

Я улыбнулась, хотя это выглядело так же натянуто, как и ощущалось.

— Мы сейчас живём в Трестоне.

— Верно.

Он кивнул чуть слишком глубоко.

— Я знаю Мерлона давно. Он никогда не упоминал племянницу.

Мой взгляд опустился к ногам. Лучше ли сейчас перестать лгать или попытаться продолжить эту игру? Ради Мифа я должна была хотя бы попытаться. Ради всех таких, как я, кто хотел летать, но был лишён даже права попробовать.

— Но Мерлон говорил мне, насколько вы искусны со своим драконом, — продолжил он. — Я не из тех, кто ставит под сомнение выбор дракона.

Никто из вас не ставит, — сказала я себе. Пусть Миф покажет тебе, покажет всем вам, что вы ошибаетесь насчёт связей. Что вы ошибаетесь во всём.

Но теперь это было больше, чем просто нижние жители, больше, чем пропасть размером с каньон между богорождёнными и всеми нами. Речь шла о магии и самом большом секрете, который когда-либо хранили. Каким-то образом я знала, что исключение нижних жителей из рядов наездников драконов связано с тайной магии.

Директор Вон прочистил горло.

— Меня волнует лишь сохранение репутации этой школы как лучшего учебного заведения на континенте.

Он прямо говорил мне, что не верит в нашу историю.

Мне нужно было предупредить Мерлона. По крайней мере, единственная часть головоломки, которую он разгадал, касалась