Теория пламени - С. Ф. Э. Блэк

Холодный ветер завыл в переулке рядом с домом. Дым из труб тянулся по воздуху, и по моим рукам пробежали мурашки. Всё это время Ковингтон пытался сохранить Мифу жизнь.

В тишине Ковингтон продолжил:

— Он напал, как только мы пришли. Он уже был в режиме защиты, и я его не виню. В конце концов, я пытался его спровоцировать. Но я всё ещё держу на него обиду за то, что он ранил Азерона.

Он скрестил руки на груди и бросил на Мифа недовольный взгляд.

Миф фыркнул, сосредоточившись на Ковингтоне.

— Он умный, — сказал Ковингтон, делая шаг назад. — Почти уверен, он прекрасно понимает, о чём я говорю.

Я положила обе руки на гладкие чешуйки на шее Мифа.

— Всё хорошо, мальчик. Продолжай в том же духе, пока он не расскажет нам все свои секреты.

Я улыбнулась Ковингтону и заметила, как его брови приподнялись в тревоге.

К моему удивлению, Ковингтон отступил ещё дальше и с усилием сдвинул тяжёлую каменную дверь логова, оставив лишь узкий проход, достаточный, чтобы проскользнуть человеку.

— Нам обоим нужно иметь возможность уйти с линии огня, когда он выпустит пламя.

Ковингтон жестом позвал меня к логову. Когда я замешкалась, он сказал:

— Ты ведь знаешь, что драконье пламя смертельно? Даже малой дозы достаточно, чтобы убить.

— Минус один надоедливый аристократ.

Ковингтон усмехнулся.

— Значит, моя провокация работает?

— Мечтай.

Мой желудок сжался, и взгляд опустился к его рукам. Я всё ещё чувствовала их на своей коже.

Миф, уловив моё напряжение, забегал по двору нервными кругами. Его хвост сбил пустой керамический горшок, который треснул о кирпич. Я ахнула, и он подпрыгнул на одну из скамеек, но его когти раскололи дерево.

— Миф! Перестань всё ломать! Нам нельзя здесь быть.

Он опустил голову, глядя на разбитый горшок. Затем спрыгнул со скамьи и выпустил струю искр в дерево.

— Ари!

Ковингтон обхватил меня и резко оттащил в сторону, когда я вскрикнула:

— Подожди!

За одно мгновение скамью охватили светящиеся искры.

Но дерево не загорелось. Вместо этого искры закружились, завихрились и вдруг исчезли. Скамья осталась прежней, и там, где когти раскололи древесину, не осталось ни следа.

На мгновение я застыла, чувствуя, как руки Ковингтона обвивают мой живот, а его сердце бьётся у меня за спиной. Мгновение он не отпускал меня.

Когда дым перестал подниматься от скамьи, мы отстранились друг от друга и бросились вперёд. Я ничего не сказала, и он тоже, о том, как он оттащил меня от опасности. Но, двигаясь, я всё ещё ощущала тепло его рук.

Я склонилась над скамьёй, боясь коснуться её, боясь отвести взгляд. Дерево было целым, ни малейшего следа обугливания там, где искры касались его.

За моей спиной ощущалось присутствие Раша.

— Святые, — прошептал он.

Я взглянула на Мифа, который гордо фыркнул.

— Что ты сделал?

Обращаясь к Рашу, я сказала:

— Это было…

— Магия, — его слово было обращено не ко мне, а к Мифу.

Мы стояли плечом к плечу, глядя на скамью.

Затем:

— Ари.

Его голос стал низким, предупреждающим.

— Я знаю.

Всё вдруг стало ясно.

Чтобы удержаться, я положила руку на руку Раша.

— Их пламя…

— Да.

— Это…

Я осеклась, не в силах произнести это вслух, едва в состоянии осознать.

— Да.

— Как давно ты знаешь? — спросила я, поворачиваясь к нему, моя рука опустилась с его руки.

— Это была всего лишь теория. До этого момента.

Его глаза пылали.

— У меня не было способа её проверить. Ни одного дракона с сохранённым пламенем. До него.

Я прикусила губу, обдумывая его слова. Затем медленно отступила, кивая. Теперь всё наконец складывалось. Почему он хотел держать пламя Мифа в тайне. Почему хотел его испытать.

— Ари.

Он потянулся ко мне, но я отдёрнула руку.

Я поспешила к Мифу, положив успокаивающую ладонь на его бок.

— Ари, посмотри на меня.

Мой взгляд скользнул к Рашу, затем к крыше его таунхауса, к звёздам над ней.

— Есть причина, по которой каждому дракону при рождении перерезают огненный канал. Это не потому, что мы не можем установить связь с драконами, у которых он сохранён. Ты это доказала.

Он поднял руку в сторону Мифа.

— И не потому, что драконье пламя может нас убить, хотя, конечно, может. Всё из-за этого.

Я наконец встретилась с ним взглядом, но грудь будто сжималась, тяжесть его слов давила на меня.

Он сделал шаг ближе.

— Этим я занимался весь год. Искал ответы. И теперь я знаю.

Он осторожно коснулся моего плеча, и, когда я не отпрянула, подошёл ещё ближе.

— Мы с тобой знаем то, что целая культура, целая империя пыталась стереть из истории.

Мои брови поднялись.

— Империя?

— Самая влиятельная сила в этом королевстве — не королева и не её парламент. Это Империя моего отца.

— Твой отец император? И герцог?

Раш покачал головой, его волосы упали на лоб.

— Это просто название его организации. Его синдиката. Они называют себя Архивистами, но немногие знают это имя. Большинство тех, кто знает об их существовании, называют их Империей.

Я нахмурилась, чувствуя, как поднимается злость.

— Архивисты? Они же хоронят правду.

— Они хоронят не только правду, Ари.

Его глаза были дикими, неуправляемыми, почти звериными.

— Они убивают каждого, кто раскрывает их тайны.

Я медленно повернулась к Мифу.

— Что теперь? Он никогда не будет в безопасности.

— И мы тоже, когда они узнают, что нам известно.

Оглянувшись на Раша, я сказала:

— Я боюсь за него. Твой отец приедет в Кардан Лотт на завтрашний ужин в конце семестра?

Были приглашены все родители, и даже Фэйрфакс собирался прийти. Чтобы попытаться вытянуть из меня информацию, без сомнения. Информацию, которой у меня пока не было.

Раш провёл рукой по лицу.

— Не знаю. Он редко посвящает меня в свои планы. Ты можешь оставить Мифа здесь на ночь, на всякий случай. Завтра его отсутствия не заметят. Мой отец сюда точно не придёт, как и Охота. Здесь он будет в безопасности.

Я кивнула. Наш промежуточный экзамен с Брайсом заключался в выполнении серии простых команд на спине дракона. Он проверял по двух наездников в день, и сегодня была наша очередь с Мифом.

— А мы? Что нам теперь делать?

— Постараться не умереть.

Глава 23.

Он купил нам билеты на поезд до станции Чессон, и мы ехали обратно к школе в давящей тишине. Его