Попаданка. Переполох в школе Эттерфилда - Яна Сандерс

в любви, как древний бог, и умеет без усилий соблазнить всякую, кого выберет своей целью, не напишет так. Думаю, вы понимаете меня. Книги Риккардо Альдонсо продаются лучше всех в моих магазинах, уступая разве что именитым авторам. Но и их они скоро догонят.

Пролистав несколько страниц, я отложила роман.

— Вы сказали, что отправляете ему книги. Куда?

— До востребования на почтамт Арденхилл.

— А гонорары?

— Тоже.

— И теперь вы хотите, чтобы я отдала книгу моей знакомой?

— Будьте так любезны, — мужчина улыбнулся. — И передайте ей, что я был бы очень рад познакомиться с ней лично.

— Боюсь, это невозможно.

— Почему?

— Её, скажем так, держат в строгости.

Мужчина хмыкнул.

— Не очень-то хорошо они с этим справляются, правда? — заключил Джеймс, косясь на книгу, которую я сжимала в руке.

Убрав её в сумку, я попрощалась с издателем и покинула кабинет.

Почти все места за станками и столами в большом зале к тому времени были заняты мужчинами. Пока я спускалась по лестнице, ощущала спиной заинтересованные взгляды, и лишь когда покинула издательство, неловкость моя улетучилась.

Полагая, что сейчас отыщу какой-нибудь живописный парк со скамеечками, чтобы окунуться в чтение, я сбежала с крыльца и зашагала по тротуару, как вдруг люди по обе стороны дороги остановились, начали воодушевлённо переглядываться и переговариваться, вынуждая меня замедлить шаг. Причиной, по которой горожане разом забыли о своих делах, стал экипаж, который вывернул из-за поворота. Нарядная сбруя двух белых лошадей и украшения кареты, обитой золотом, не оставляли сомнений в принадлежности этого великолепия кому-то очень знатному.

— Королева! Это королева! — шептались в толпе.

Я успела лишь заметить в небольшом оконце силуэт человека. Как вдруг в это самое оконце, разбив его, влетело что-то горящее.

Поднялся крик. Лошади встали на дыбы. Люди вокруг бросились врассыпную от кареты, из окон которой потекли струйки дыма.

— Пожар! — кричали одни.

— Убили! — подхватывали другие.

Дверь экипажа с шумом распахнулась. Вереща на все лады, из него выскочили две дамы в светлых сияющих блёстками платьях и высоких причёсках. Одна из них с воплями лупила себя по многоэтажной конструкции волос, полагая, что те горят.

Следом за ними из кареты, кашляя и придерживаясь рукой в белой перчатке за наличник, тяжело выбралась женщина с не менее сложной конструкцией на голове, украшенной короной. Поверх её светлого, серебристого платья была наброшена длинная голубая мантия, закреплённая замысловатой булавкой на груди. И весь подол этой самой мантии полыхал огнём.

Глава 45

С запяток кареты соскочил лакей и принялся топтать стремительно ползущее по ткани пламя. Но это не помогало. Заметив, что горит, испуганная женщина вскричала:

— Помогите! Помогите! Снимите же её!

Она схватилась за крепление на груди, густо увешанное декором и принялась дёргать его, чтобы расстегнуть. Никто не торопился помочь ей, тогда как огонь уже на треть завладел лежащей на земле мантией и подбирался к юбке.

Девушки, к которым относилось требование, и которые, судя по всему, обязаны были помогать своей госпоже с туалетом, в ужасе наблюдали за пламенем и жались друг к другу. Как и люди вокруг, которых с каждой минутой становилось всё больше.

Я не могла бездействовать. Потому что ужаснулась, представив себе горящую заживо королеву. Наплевав на опасность, а уж тем более на положение, не предполагавшее, чтобы такие, как я приближались к таким, как она, бросилась к женщине и, схватившись за мантию, потянула её вверх, чтобы снять через голову.

Манёвр не удался. Горловина оказалась слишком узкой. Вдобавок ко всему, я ещё и причёску авгусейшую попортила.

Недолго думая и стараясь не смотреть на изумлённую моей наглостью женщину, я схватила мантию за край прямо у основания крепления и с силой потянула её.

— Что она делает? — взвизгнула одна из фрейлин.

— Это же реликвия правителей! — подхватила другая. — Простолюдины не смеют касаться сокровища королевы Сюзанны!

Бросив на королеву красноречивый взгляд, я дождалась её кивка, а следом раздался хруст рвущейся материи.

Когда мантия повалилась к ногам женщины, та резво отскочила. Реликвию королей на глазах объяло пламя, и вскоре от символа величия и власти осталась лишь дымящаяся, пахучая, бесформенная куча пепла и почерневших кусков ткани.

Тогда только я опомнилась, отступила от женщины и склонилась перед ней в подобии реверанса.

Следом в себя пришли фрейлины. Да и любопытные вновь загомонили.

— Ваше Величество! — запищали дамы, бросаясь к своей госпоже, и бесцеремонно отстранят меня. — Какой ужас! Вы целы? Кто мог это сделать?

— Пошли прочь, — ответила им Сюзанна и, обойдя изумлённых служанок, подошла ко мне.

Теперь я могла рассмотреть её и видела перед собой женщину чуть меньше сорока лет, стройную и привлекательную, со светлыми волосами и голубыми глазами. Её пышное платье серебрилось на солнце множеством блёсток. А белые перчатки делали тонкие руки ещё более изящными.

— Как вас зовут, мисс? — спросила она.

— Линда Петерсон.

— Откуда вы?

— Из Арденхилл, мадам. То есть, простите, Ваше Величество.

Королева рассмеялась.

— Вам не нужно извиняться, Линда. В моей свите сегодня были трое. Слуга и две фрейлины. Но лучше бы я не брала с собой этих бестолковых неумёх. Вы спасли меня, мисс Петерсон. Не испугались ни огня, ни величия, которое ничего не стоит. Ведь перед лицом опасности чины утрачивают свою силу, и мы становимся теми, кто мы есть — самыми обыкновенными людьми, напуганными и беззащитными.

Она оглядела свою свиту, за спинами которых толпа благоговейно взирала на миловидную блондинку в короне.

— Ваше Величество! — скопление горожан прорезал человек в кольчуге и упал ниц перед королевой. — Нам удалось задержать того, кто бросил в вас факел.

— И кто же он?

— Мятежник из местных рабочих.

— Чего же ему не хватало, он сказал?

— Нет. Но я уверен, он всё расскажет на допросе.

Сюзанна покачала головой. Поджав губы, она взглянула на меня.

— Воистину людям всегда будет мало, чего бы ты ни делал для них. Мы с братом дали им больше свободы, меньше рабочих часов, увеличили оклад и добавили обязательные перерывы в расписание. Но им всё равно чего-то не хватает. Впрочем, это уже неважно. А вы, мисс Петерсон, приглашены сегодня на торжественный ужин, который пройдёт в белом зале дворца. Все должны узнать о вас.

— Что? — изумилась я. — Но у