Светлая любовь Темного Лорда - Константин Фрес

— это смешивать разумы друг друга, делясь воспоминаниями, знаниями и тайнами. Они скорее мертвы, принадлежат миру духов, чем живы. Но вряд ли мы найдем тут хоть одного древнейшего. Им чужды наши страсти и чувства.

— А вот и не угадал, путник, — послышался насмешливый шипящий голос. — Каких только глупостей не выдумают неразумные шкодливые дети!

Я так и подпрыгнула от изумления.

Мы с Альфсолом даже не заметили, как нас окружили. Еще бы! Ведь те, чьи стрелы сейчас смотрели на нас, носили мягкие кожаные сапоги и черные одежды, сливающиеся с мраком.

Лица у этих существ были черные. Глянцево-черные, будто умащенные дорогим и душистым ароматическим маслом. На высоких острых скулах, на гладких по-юношески щеках этих существ сверкали золотой пылью звезды и расцветали причудливо переплетённые золотые лозы.

И глаза у этих существ были золотые. Страшные, одержимые, жаждущие крови!

Древнейшие Эльфы были сколь ужасны, столь же и прекрасны своими тонкими чертами, в которых запечатлена была вся ярость и смелость этих земель.

— Так зачем вы потревожили нас своим смрадным дыханием? — зло произнес прекрасный и ужасный предводитель, тряхнув гладкими черными волосами. — Чего вы ищете в наших землях?

— Это владения Вейлорна Тенебриса! — отважно и дерзко воскликнула я.

Черноликий эльф рассмеялся, показав острые и длинные клыки.

Он был ужаснее всех. Слишком живой и юный, чтоб быть Древнейшим. Бровь его была пробита в трех местах тонкими золотыми кольцами сережек. В ухе поблескивало увесистое, но изящное золотое кольцо.

Переносица тоже была украшена каким-то золотым изделием.

Древнейший походил больше на бунтующего подростка, чем на мудрое существо.

— Ты не Вейлорн Тенебрис, чтобы я обсуждал с тобой эту тему, — прошипел он высокомерно.

— Вейлорн направил нас сюда, — набравшись духу, произнес князь Альфсол. — Он сказал, что тут его сила хранится. И нам она нужна!

— Зачем бы? — недобро прищурился черноликий.

— Навести порядок, — твердо ответила я. — Так, как сделал бы это сам Вейлорн.

— Мы не подчиняемся никому, кроме Вейлорна, — прошипел черноликий злобно и радостно. Будто радовался, что может ранить нас отказом.

— Ты подчинишься, Древнейший! — яростно зарычал князь, выступая вперед. — Перед тобой князь Альфсол и Темная дева, принадлежащая Вейлорну!

— Передо мной зарвавшийся сопляк и муха-однодневка, — яростно и презрительно рыкнул черноликий. — Я не подчиняюсь мусору под своими ногами!

И он вскинул лук, заряженный блеснувшей острой Золотой стрелой!

Он выстрелил.

В том, что он спустит тетиву, у меня не было никакого сомнения.

Жестокий до безумия, он убил бы нас без колебания.

Он так и сделал.

Да только в моих ушах прозвучал голос Вейлорна: «Будь храброй!».

И я метнулась вперед, оттолкнув от золотого острия князя.

Сама встала на пути Золотой стрелы. Точно такой же, какая поразила Вейлорна.

И та разбилась о невидимый кокон силы, окруживший меня прозрачным сиянием.

Удар Золотой стрелы был так силен, что князя Афсола откинуло на землю взрывом золотого острия. А черноликий припал на колено, закрывая лицо рукой от ранящих осколков.

Одна я осталась стоять ровно, хотя сердце мое неистово билось.

— Ты подчинишься, Древнейший, — произнесла я с напором. — Это воля Вейлорна Тенебриса. Он дал мне «Осколок Души». Поэтому ты подчинишься.

Черноликий убрал руку и нехотя склонил передо мной голову.

И его Древнейшие собратья тоже поклонились мне, припав на одно колено.

— Почему он сам не пришел за нами? — недовольный, пробурчал черноликий.

— Он пал, — ответил князь Альфсол, поднимаясь.

— От чего?! — удивился Древнейший.

— От Золотой стрелы, что пронзила его сердце, — ответила я.

— Что?! Это невозможно! — изумился Древнейший. — Золотые стрелы верны Вейлорну! Они не могли его предать!

— Значит, одна из них смогла, — заметила я.

— Кто поразил его стрелой?

— Темнейшая, Элениэль, — ответила я. И содрогнулась от отвращения. Здесь ее имя звучало как-то особенно тревожно и… страшно.

— Что за Темнейшая? — удивился черноликий. — Никогда не слышал этого имени. Откуда она?

— Говорят, из Западных лесов, из одного Древа оттуда.

— Чушь, — фыркнул древнейший. — Никогда не слыхал о Темнейшей с таким именем. Самозванка! Подлог и обман! Напялила чужую личину, втерлась в доверие, а сама непонятно кто!

— Но Совет благоволит к ней, — заметил Альфсол. — И любой ее каприз удовлетворяет, будто от ее желаний зависят все судьбы мира. Она пробудила Вейлорна ото сна, хотя на это не было его согласия. Она убедила Совет, что его род должно продолжить.

— И предложила себя, разумеется? — фыркнул черноликий. — Самозванцы так и поступают обычно.

— Неужто Совет так легко провести? — изумился Альфсол.

Черноликий прищурился снова недобро.

— Думаю, это весьма сложно, — ответил он после некоторого раздумья. — И даже невозможно. Если она касалась нечистой магии, это заметил бы любой.

— Вейлорн тоже так говорил. Но она не сама твоорила черные дела. Не своими руками. У нее есть помощник, — вступилась я. — Некромант. Он нечистыми чарами вернул Вейлорна из мира грез.

— Ах, даже так! — вскричал Древнейший. — Темная мерзкая тварь! Верно, хорошо упрятался, и они его не разглядели! Это объясняет многое, но не все.

— Так самое время спросить, — зловеще произнесла я. — Вейлорн хотел некроманта отловить, и Совет заставить на своей шкуре испытать всю боль нечистых прикосновений.

Черноликий глумливо усмехнулся.

Так, словно его забавляли предполагаемые страдания Совета.

— О, да, — протянул он, довольно щурясь. — Вейлорн мог это провернуть. И вполне заслуженно. Так чего же мы ждем?

— А вам не нужно собираться? — удивился Альфсол. — И созвать остальных? Десяток лучников с Золотыми стрелами — это много, но…

— Десяток? — расхохотался черноликий, и темнота подхватила его смех тысячами глоток. — Да тут нас десятки тысяч, мальчишка. Вся темнота, что ты видишь — это не мрак подземелий, это мы.

— И у каждого стрелы Золотые? — произнес Альфсол.

Я не видела его лица, он отвернулся, оглядываясь кругом.

Но я почуяла его дрожь. И только теперь поняла, как велика была армия Вейлорна, завещанная нам.

Древнейшие воины подчинялись ему. Оружие их было не только остро, но и волшебно, и умно. Оно могло поразить любое существо насмерть, будь то человек или маг.

И каждый воин мрака был ужасно, невероятно силен.

Так силен, что отважный князь Альфсол был перед ними крохотной песчинкой, которую они даже не заметят под подошвой своего сапога.

Вот что означала сила Вейлорна Тенебриса.

— Но как так вышло, что одна Золотая стрела предала его? — пробормотала я. — Оружие, от которого он не ждал подвоха? Чем можно было подкупить Золотую стрелу?..

Глава 53

Чтобы добраться до Совета, нам пришлось покинуть Пень и выехать далеко. Даже за пределы моего небольшого городка.

Да, снова Пень снова стал нем. Не Древом.

И от этого мне