Божественная судьба - Морган Би Ли

— Куда ты идешь, Лицо со шрамом? — Спрашивает Бэйлфайр.

Откидывая руку назад, мне не нужно смотреть, чтобы понять, что я только что успешно закрыл ему рот. — Найти Дугласа, надеюсь он все еще дышит, чтобы мы могли выбраться из этой чертовой дыры.

28

Сайлас

К счастью для нас, лепрекон был еще жив, и Эверетт нашел все, что у нас конфисковали.

К несчастью для меня, мое проклятие стало настолько сильным, что я то приходил в сознание, то терял его, пока мы не прибыли в Эвербаунд. Даже сейчас, вернувшись в нашу квартиру впервые за шесть месяцев, стоя под теплыми струями душа, смывающими весь бензин и ужасы прошедшего дня, я чувствую, как безумие ползет по моим конечностям, как мокрые, волосатые, длинноногие пауки.

Они кусаются, ползают и плетут свою мстительную, жестокую паутину по всему моему телу, пока я не выбираюсь из воды, яростно царапая кожу, пытаясь отдышаться.

— Кровь, — подсказывает голос в моей голове. — Кровь все исправит. Кровь все исправляет.

— Тебе нужно набраться сил, — согласен мой отец. — Весь мир знает, во что ты превратился ради этой Немертвой шлюхи — и теперь они придут за тобой. Они зарежут тебя во сне. Ты должен быть готов использовать магию крови!

Я запускаю пальцы в свои мокрые волосы, пытаясь дышать, и смотрю на собственное обнаженное отражение в зеркале ванной комнаты в холле. Мое отражение злобно улыбается мне в ответ, делая руками знак, который фейри используют, чтобы отразить злой умысел.

Голоса правы в одном. Мне нужна кровь Мэйвен.

Я жажду этого так сильно, что от одной мысли об этом у меня сводит зубы, и я жажду, чтобы мои клыки обнажились.

Но помимо притягательного, невероятного вкуса, это смягчает мое проклятие и делает меня чуть менее опасным для моей хранительницы. В Эвербаунде сейчас ночь, и мы все измотаны спасательной миссией Крипта, которая быстро превратилась в жестокое, предсмертное публичное унижение.

Не говоря уже о пытках.

— Так много боли, — демоны в моей голове с содроганием соглашаются. — Так много.

Пока Фросты держали меня отдельно от остальных, они заставили фейри с фиолетовыми волосами практиковать на мне «простые техники допроса» в одном из номеров элитного отеля. Все это были любительские заклинания, и сама заклинательница не произвела впечатления ни в атакующих, ни в исцеляющих заклинаниях. И все же, хотя ее приемы заставили бы Гранатового Мага рассмеяться ей в лицо, это было достаточно больно, чтобы голоса в моей голове превратились в приступ безумной паники, постоянно затягивая меня на дно.

Я уверен, что мой кровавый цветок уже подозревает, что они делали с таким некромантом, как я. Нет необходимости говорить ей об этом, когда это может ее расстроить.

И, боги небесные, она уже так расстроена.

Одна мысль о том, что Мэйвен сдерживает слезы, пока Крипт страдает от своего проклятия, заставляет меня стонать от разочарования и снова рвать на себе волосы. Мне неприятно видеть свою хранительницу несчастной, но еще больше я ненавижу то, насколько бесполезен для нее прямо сейчас. Если бы я был в здравом уме, возможно, я смог бы придумать способы ослабить проклятия остальных, пока мы во всем не разберемся.

— Разберись во всем, разберись, разберись.

— Заткнись, — говорю я голосам, вылетая из ванной в большую комнату Мэйвен, размером с квинтет.

Ее здесь нет, но Крипт лежит на кровати, только что приняв душ и одетый в свою обычную одежду, за вычетом кожаной куртки, поскольку его метки остаются подсвеченными. Его лицо осунулось, но когда он видит меня, то фыркает.

— Что-то забыл, Крейн?

— Ревериум, — нетерпеливо выпаливаю я. — Это помогает твоему проклятию, так что иди и, блядь, достань немного. Разве ты не видишь, iomadh thu-сильно как ты расстраиваешь нашу хранительницу? — Поправляю я, нахмурившись.

Бэйлфайр открывает дверь ванной, смежной с комнатой Мэйвен, на нем нет ничего, кроме полотенца, ошейника и поводка, а на теле мерцающая зеленая слизь. Он видит меня и смеется.

— Так что, ты наконец решил, что оборотни правы насчет того, что одежда — это глупо? С этого момента мы все будем появляться на публике в наших праздничных костюмах?

Я понимаю, что совершенно голый, но я так взвинчен, что просто огрызаюсь: — По крайней мере, я не покрыт слизью, ты, гребаный грязнуля.

Крипт едва сдерживает смех. — Некромант прав, Децимус. Отправляйся обратно в душ, слизняк.

Черт бы все это побрал. Я морщусь. — Это у меня в голове, не так ли?

— Что бы это ни было, да, — бормочет Эверетт, входя в комнату в той нелепой шелковой пижаме, которую он всегда носит. Он тоже принял душ и выглядит измученным, но напрягается, когда оглядывается. — Где Мэйвен?

— Она пошла с тобой в душ в твоем кабинете, — хмурюсь я.

— Она сказала мне, что примет душ здесь. — Он клянется, оглядываясь в поисках обуви, поскольку явно собирается пойти искать ее.

Но ему нет необходимости уходить, потому что я слышу шепот Мэйвен откуда-то из этой комнаты. — Ты собираешься сделать мне больно, Сайлас.

— Нет, ima sangfluir, — быстро отвечаю я, что заставляет Эверетта замолчать, когда он понимает, что я обращаюсь к ней. — Клянусь, я этого не сделаю.

Мои заверения бесполезны, и я знаю это. Как слова сумасшедшего могут кого-то утешить?

— Ты уже причинял мне боль раньше, — указывает она. — Я знаю, ты сделаешь это снова. Это всего лишь вопрос времени. Послушай, ты собираешься сделать мне больно прямо сейчас!

Я поворачиваюсь туда, откуда доносится ее испуганный голос, и — боги небесные, она выглядит напуганной мной. Я задыхаюсь, отшатываюсь и тащу Бэйлфайра что бы он стоял передо мной, когда осознание того, что я могу причинить ей боль, пробирает меня до костей.

— Останови меня. Покалечь меня, если это потребуется.

Он озадачен и рассеянно тянет руку к своему ошейнику. — О чем, черт возьми, ты говоришь?

— Избей меня сейчас, чтобы я не причинил вреда ima thanafluir! — Кричу я, моя паника нарастает, а сердце бешено колотится.

Метки Крипта перестали светиться. Он пожимает плечами, соскальзывая с кровати рассчитанной на весь квинтет. — Ну, если он настаивает…

Бэйлфайр небрежно толкает инкуба обратно на кровать, прежде чем сложить руки на груди и повернуться ко мне лицом. — Заманчиво, но Мэйвен сейчас здесь даже нет, приятель.

Я проверяю место, где она только что стояла. Конечно же, там ее нет.

— Daingeath, — бормочу я. — Я чертовски сумасшедший.

Бэйлфайр и Крипт оба выглядят удивленными, но когда Эверетт ловит мой взгляд, все гораздо хуже.

Это сочувствие.

— Не жалей