Убийство проклятого принца - Клэр Сейджер

Кадан склонил голову набок, слегка нахмурив брови.

– Как долго ты проработала в «Позолоченных солнцем»?

Я усмехнулась, словно это был весьма странный вопрос. Он не догадывался, что это ловушка, что я ждала его, зная, кто он и что совершил. Кадан держался на расстоянии, оставляя себе возможность сбежать.

Лишь когда я буду уверена, что он убийца, смогу испытать облегчение. Однажды я уже допустила ошибку.

От этой мысли меня пробрала дрожь. Если бы все получилось в ту первую ночь, Сефер был бы мертв. Я бы оборвала его жизнь, толком не познакомившись с ним. Никогда бы не почувствовала все то, что он подарил мне. Я бы оказалась в могиле, пока настоящий убийца разгуливал на свободе.

Нет. Мне нужно точно убедиться.

Наливая Кадану выпить, хотя он и не ответил, я пожала плечами.

– Я была с ними долгое время.

– Ты знала… – Кадан покачал головой и хрипло рассмеялся. – Ну конечно, знала. Ты выглядишь так же, как Цинния. Ты ее сестра, да?

Ярость захлестнула меня, когда он произнес ее имя. Как, черт возьми, он посмел?

Я повернулась и протянула ему виски. Золотистая поверхность покрылась рябью в моей дрожащей руке.

Кадан сделал это. То, что он сказал сейчас, было достаточным доказательством. Ублюдок даже имел наглость выглядеть расстроенным. В его проклятых глазах блестели слезы.

Мой дар кипел во всем теле, умоляя проклясть этого фейри. Но он все еще был слишком далеко. Если я сейчас раскрою свои карты, он сможет сбежать. А быть проклятым – это еще не значит быть мертвым.

Терпение, маленькая ведьмочка. Терпение.

Воспоминание о голосе Сефера пронзило меня.

Тихий, медленный вдох.

– Это твое, не так ли? – Я вытащила астролябию.

Его глаза расширились, когда Кадан узнал диск.

Обтянутая кожей рукоять кинжала скрипнула в моей руке.

– Где ты это нашла? – Его брови сошлись на переносице, он покачал головой.

Когда я не ответила, Кадан посмотрел на меня, и я склонила голову набок, напоминая, что мой вопрос был первым.

– Нет, теперь это уже не мое. Я отдал астролябию Циннии в ту ночь, когда она… – Он сглотнул. – Когда я попросил ее остаться со мной, предложил попробовать построить настоящие отношения, а не видеться всего несколько ночей в год.

Кусочки мозаики складывались в моей голове, как осколки вазы, которую я пыталась склеить. Она всегда исчезала после концертов, когда мы были в Эльфхейме. Я думала, что ее приглашают на частные вечеринки. Но любовное письмо, которое было среди ее вещей, могло быть от Кадана.

Я вздернула подбородок, напрягшись для решительного удара.

– И она сказала «нет», поэтому ты убил ее.

Его глаза округлились, и он перевел взгляд с астролябии на меня.

– Что? Нет, я… Она сказала… – Кадан шагнул ко мне, отчего я была на пределе. Он залпом допил виски и оскалил зубы. – Нет. Она сказала, что ей нужно подумать и обсудить все со своей сестрой, потому что это решение касалось не только ее. Признаюсь, я, возможно, немного ее напугал, не думаю, что она ожидала этого предложения. Она поспешила уйти, и я хотел…

Кадан нахмурился – странное движение для того, кто собирался напасть, но, возможно, таким образом он пытался усыпить мою бдительность. Я поменяла позу, готовая броситься на него или откатиться под стол.

– О, солнце и звезды, я жалею, что отпустил ее. Если бы я только ее удержал… – Кадан опустил голову. – Но я этого не сделал. Я хотел дать ей свободу, в которой она нуждалась. А на следующее утро я услышал… – Его голос стал хриплым от горя, как и мой, когда я разговаривала с Сефером. – Я не убивал Циннию. Я… любил ее.

47

Слова пронзили меня, как когти, зубы или меч Сефера, приставленный к шее.

Мир сузился до образа склоненной головы Кадана, ниспадающих волос, печальной красоты его горя.

Я не убивал Циннию.

Это было невозможно.

Лжец, зашипела ярость во мне. Но как и Сефер не мог солгать о том, что не убивал Циннию, так и Кадан говорил сейчас правду.

Напряженные мышцы расслабились, теперь во мне кипела и искрилась энергия, заставившая меня задрожать.

– Убирайся, – прошептала я.

Его взгляд метнулся к моему, а затем к кинжалу в моей руке.

– Выметайся вон!

Широко раскрыв глаза, он отступил на несколько шагов, затем повернулся и побежал.

Мои легкие обжигало с каждым ужасным вдохом. Я дышала, потому что была жива, потому что не поймала убийцу своей сестры, не отомстила и снова облажалась.

Астролябия принадлежала даже не убийце, а Циннии. Ненадолго. Всего на ту ночь. Но она была ее.

Если это был не Кадан, то кто же, черт возьми, был убийцей? Кто?

Я прислонилась к столу, зрение затуманилось глупыми слезами разочарования.

– Зита? – раздался голос Сефера.

– Это был не…

– Знаю. Я все слышал. Это единственная причина, по которой я позволил ему уйти. – Его руки сомкнулись на моих плечах. – Мне жаль.

Я нахмурилась, посмотрев на него.

– Я думала, ты не извиняешься.

– Ты… – Сефер вздохнул, как будто моя боль была его болью. – Ты – исключение из многих правил. – Уголок его рта дернулся, но все в нем выражало грусть и разочарование.

– Весь этот вечер, все эти планы… Все впустую. – Края астролябии впились в мои пальцы.

Сефер отвел волосы с моего лица кончиками когтей.

– Мы придумаем новый план. Я задержу их здесь. Или мы прямо спросим каждого из них по очереди. К черту тонкости. Я заставлю их рассказать нам. Они не смогут солгать.

Такой терпеливый и здравомыслящий. Но я была не в состоянии мыслить рационально, чувствуя, что тону в разочаровании, обиде, гневе, и мое затянувшееся горе было далекой приливной волной, которая приближалась, готовая довести дело до конца.

Покачав головой, я отвернулась.

– Мне нужно… – Я бросила астролябию на стол, но мои пальцы не отпускали кинжал. – Мне нужно немного времени.

Сефер отступил, уперев руки в бока.

– Мы можем вернуться в наши…

– Время наедине. – Это прозвучало резче, чем я хотела, но его это не смутило.

После всего, что мы сделали друг с другом, он, конечно, не дрогнул.

– Мы с Циннией, – я смягчила голос, – поднимались на мостки над сценой, чтобы поболтать. В театральной труппе трудно уединиться, но у нас получалось. Именно там мне думается лучше всего.

Мгновение Сефер стоял неподвижно, нахмурившись. Наконец он выдохнул.

– Хорошо. Но держи это при себе. – Он кивнул на кинжал. – Хочу, чтобы ты была вооружена. На