Бракованный принц и замок в кредит - Кристина Ло

И он ожил. Сначала просто слабо засветился, а затем передо мной, прямо в воздухе, проявились строки изящного почерка.

«Графиня Лилианна Вуастель, законная владелица и управительница графства Вуастель...»

Дальше шло перечисление земель. И оно, скажем прямо, было более чем скромным для столь громкого титула. Как я поняла, мне принадлежал лишь участок, на котором стоял сам замок, небольшая долина где-то неподалёку да, как венец всему, какая-то хилая деревенька аж на двадцать домов. Энтузиазм начал медленно испаряться.

— Слушай, Шушик, — С последней надеждой спросила я, — если есть деревня, должен быть и налог с неё, так? Пока я не продала эту ткань, а кушать хочется уже сейчас...

— То, конечно, верно, — Кивнул он, но его уши печально обвисли. — Но бабка твоя, Розария, ещё при жизни, в порыве великодушия, освободила их от подати. Да и что с той деревни-то возьмёшь? Они сами-то с трудом сводят концы с концами.

Печально. Но сдаваться было рано. Я продолжила водить пальцем по тексту, вглядываясь в строки. А вдруг там есть упоминание о наследстве? Может, деньги или фамильные драгоценности, хранящиеся в каком-нибудь банке? Но судьба, как обычно, оказалась ко мне неблагосклонна. Единственным «наследием», красовавшимся в графе «Обязательства», был долг. Причём, как пояснил Шушик, заложенный ещё моим дедом и благополучно приумноженный моим отцом.

— Да ты не грусти, хозяюшка! — Запрыгнул он мне на колени тёплым, мурлыкающим комочком. — Я чувствую, вуастель скоро зацветёт! — Он блаженно прикрыл глаза, словно предвкушая нечто прекрасное.

— И что с того? — Спросила я без особого энтузиазма.

— Как что? — Он раскрыл глаза, полные искреннего недоумения. — Соберёшь его, обработаешь и продашь! Золотые монеты так и зазвенят в наших сундуках!

— Ты ведь понимаешь, — Терпеливо сказала я, — что я не то что не знаю, как его обрабатывать, твой этот вуастель... Я даже не знаю, как он выглядит!

— Ничего-ничего! — Заверил он, виляя всем телом. — Я всё расскажу, всё покажу, всему научу! Ух, заживём тогда!

— А что это вообще такое, этот вуастель? — Задала я самый главный вопрос.

— Потом покажу, — Таинственно ответил Шушик, прыгая на пол. — Сначала позавтракаем, а там видно будет. День только начинается, хозяюшка!

Глава 5

Желудок жалобно ныл и сжимался, напоминая о себе всё настойчивее. Слюнки текли при одном только воспоминании о тёплом, хрустящем хлебе или сытной овсянке, но приходилось довольствоваться лишь заваренными вместо чая собранными Шушиком травами. Вся моя надежда теперь была на эту затею с продажей ткани. В голове так и крутились навязчивые мысли: «А вдруг её никто не купит? Что я буду делать тогда?»

Как уверил меня Шушик, он каким-то магическим образом связался со старостой деревни, что числилась в моих владениях. И вот-вот должен был подъехать кто-то, кто согласится подбросить нас в город. Сама мысль идти туда пешком все шесть километров вызывала лёгкую дрожь в ещё не окрепших после вчерашних потрясений ногах.

Пока я спала, это неугомонное создание не теряло времени даром. Оно почистило все ткани, которые ещё можно было спасти, и теперь они, аккуратно завёрнутые во что-то, напоминающее то ли старую штору, то ли пожелтевшую скатерть, лежали у моих ног, издавая слабый запах трав.

— Шушик, — позвала я, вглядываясь в бескрайние зеленеющие луга, расстилавшиеся вокруг замка. Ощущение было странным — будто я застряла на краю света, в месте, где время остановилось. — Ты уверен, что за нами вообще приедут?

— Проигнорировать магпослание староста не имеет права! — проворчал он, запрыгивая на наш свёрток, словно наседка на яйца. — Он и так, когда замок хозяйку обрёл, не явился с отчётом, хотя был должен! Бездельники, совсем обнаглели без присмотра!

Ветерок, хоть и лёгкий и не слишком холодный, заставлял меня ёжиться в одном-единственном платье. Я нервно прохаживалась у подножия замка, вглядываясь вдаль, пока наконец справа, из-за пригорка, не показалась... не повозка, нет — животное.

Это было огромное, величественное существо. Его мощные, ветвистые рога полупрозрачного синего цвета переливались в лучах восходящего солнца, словно выточенные из камня. Длинная, чёрная как смоль шерсть спускалась до самой земли, скрывая ноги и колёса повозки, которую оно везло. Я так засмотрелась на это сказочное создание, что почти не заметила худощавого мужчину, управлявшего телегой.

— Здравья желаю, Дарна! — Подъехав почти вплотную, он ловко спрыгнул на землю и коротко, по-деревенски, поклонился. — Ужо и не чаяли, что хозяева в замке объявятся. Корнис, кады сказал, что ему пришёл энтот сигнал ваш магический, мы ж думали — врёт али гоблинской пыльцы нанюхался.

Я стояла, растерянно уставившись на него, и чувствовала, как краснею. Мозг лихорадочно соображал, как реагировать на столь пространное и малопонятное приветствие.

— Ты, Ис, нам тут зубы-то не заговаривай! — вступил Шушик, скатываясь с тюка и принимая вид строгого надсмотрщика. — Знаю я вас! Небось, боялись, что спрос у хозяйки будет за ваше самоуправство!

— Да што ты мелишь, шар мохнатый! — Мужчина насупился и упёр руки в боки. — Чтоб мы, да помимо воли хозяина што-то творили? Да не в жисть!

— А это мы проверим, — ехидно ответил перкин. — Ты это, давай, ткани на повозку грузи, да поаккуратнее! Они тебя дороже будут!

Пока мужчина возился с нашим нехитрым скарбом, я подхватила Шушика и отошла в сторонку, наклонившись к его мохнатому уху.

— Ты мне скажи, это же обращение было — «Дарна»? Чудное такое.

— К благородным — «Дарна» и «Иссар», — тихо прошептал он в ответ. — К простолюдинам — «Дара» и «Ис».

Когда погрузка была закончена и мы устроились на повозке, я, соблюдая вежливость, спросила:

— Юлих я, Дарна, — не поворачивая головы, коротко бросил он, пощёлкивая вожжами. Загадочное животное тронулось с места плавно и почти бесшумно.

Дорога предстояла неблизкая, и молчание грозило затянуться.

— Дык, вырастим што-то... Ежели много будет — то продавать везём, вот как сегодня, на энто дело даже гринборн выделяется. Повезло Вам, Дарна, што сегодня базарный день, то бы никто не... —