Коллекционер - Стаси и Элен Твенти

снова откликнулось на его приказ, затрепетав в новом, менее ярком, но более глубоком оргазме. С рычащим стоном он последовал за ней, вгоняя себя в нее до упора и заполняя ее теплой пульсацией.

Утро разбудило Катю не будильником, а полоской солнечного света, пробившейся сквозь шторы. Она улыбнулась, не открывая глаз. Впервые за долгое время она чувствовала себя абсолютно счастливой. Она повернулась, чтобы обнять Алекса.

Но место рядом было пусто.

Сердце на мгновение екнуло, но она тут же успокоила себя. Он, наверное, просто встал пораньше. Может, он на кухне, рассматривает ее книги. Она накинула халат и, предвкушая продолжение их ночного разговора, тихо пошла на кухню.

Он действительно был там. Но он не рассматривал книги. Он стоял спиной к ней, уже полностью одетый, и смотрел в телефон. Атмосфера уюта и доверия, царившая здесь ночью, испарилась без следа.

— Доброе утро, — тихо сказала она, стараясь, чтобы ее голос не дрогнул от необъяснимой тревоги. — Я как раз хотела сварить кофе. Ты какой предпочитаешь?

— Не нужно, я уже ухожу, — сказал он. Его тон был ровным и деловым.

— Что-то случилось? — она сделала шаг к нему. — Вчерашний вечер… он был таким…

Она не смогла подобрать слово. «Особенным»? «Важным»? Любое из них прозвучало бы сейчас глупо и неуместно.

— Был отличный вечер, — легко согласился он, убирая телефон в карман. Он сказал это так, будто они сходили в кино на неплохой фильм. Не больше.

Его равнодушие било сильнее пощечины.

— Алекс, я не понимаю… — начала она, чувствуя, как внутри все холодеет.

Он подошел к двери и начал обуваться. Она смотрела на его спину, и в голове билась только одна мысль: «Не дай ему уйти вот так».

— Мы… мы еще увидимся? — вопрос сорвался с ее губ, тихий и жалкий.

Он закончил со шнурками и выпрямился.

— Созвонимся как-нибудь.

Алекс вышел на улицу, достал телефон. Он прошел несколько метров, отдаляясь от ее дома, и только тогда его лицо, освещенное экраном, исказила довольная улыбка. Он открыл приложение с заметками, нашел файл «Коллекция» и добавил новую запись.

Глава 9

Тренировка на выносливость

Тренажерный зал пах железом, потом и какой-то модной отдушкой из вентиляции. Слава гибкому графику эсэмэмщика, Алекс мог приходить в зал днем, когда тут было немноголюдно. Он методично делал жим лежа, но мысли были далеко. Подход, еще один, отдых. Скучно.

И тут он заметил ее у стойки с гантелями.

Девушка была похожа на ожившую статую. Каждый мускул на ее теле был прорисован, каждое движение — отточено и выверено. Она не флиртовала, не делала селфи в зеркале, как большинство местных фитнес-див. Она работала. Сосредоточенно, зло, полностью погрузившись в процесс. В ее наушниках, скорее всего, гремел какой-нибудь тяжелый рок. Она была в своей зоне, в своей крепости из дисциплины. Идеальная мишень.

Алекс оставил штангу и, придав своему лицу самое растерянное и неуклюжее выражение, подошел к ней. Он дождался, когда она закончит свой подход, и только потом робко кашлянул.

— Простите, — сказал он, стараясь перекричать музыку из ее наушников.

Она вытащила один наушник и смерила его холодным, оценивающим взглядом.

— Да?

— Я тут новенький, — Алекс изобразил неловкость. — Вы не могли бы подсказать… я вот пытаюсь сделать становую тягу, но у меня, кажется, спина отвалится. Мне сказали, что у меня неправильная техника.

Она окинула его взглядом. Обычный парень, не новичок, но и не атлет.

— Попроси тренера, он для этого здесь.

— Я просил, — вздохнул Алекс. — Он что-то быстро показал, но я ничего не понял. А потом я увидел, как вы работаете. Это… невероятно.

Она приготовилась услышать стандартный комплимент ее фигуре. Но Алекс сказал совсем другое.

— У вас потрясающая сила воли, — произнес он с неподдельным восхищением. — Все смотрят на результат, на мышцы. А я вижу, сколько за этим стоит дисциплины. Сколько сотен часов пахоты. Это вызывает огромное уважение.

Девушка замерла. Это был удар в десятку. Ее всю жизнь оценивали как красивое тело, как объект. И впервые кто-то похвалил не ее внешность, а ее труд. Ее характер.

Лед в ее глазах дрогнул. Она усмехнулась.

— Ладно, показывай, горе-атлет, как ты там свою спину ломаешь. Меня Лера зовут.

— Алекс.

Их «тренировка» превратилась в странный танец. Она показывала ему упражнения, поправляла его стойку, ее руки уверенно касались его спины, плеч. Алекс намеренно делал все немного неправильно, чтобы она подходила ближе, чтобы контакт продолжался.

— Ниже таз! — командовала она. — Спину держи прямо! Ты не мешок с картошкой поднимаешь!

— Я чувствую себя мешком с картошкой, — пыхтел он, с преувеличенным страданием опуская штангу на пол.

Лера рассмеялась. Впервые за все время Алекс увидел на ее лице нечто иное, кроме непробиваемой сосредоточенности. Смех у нее был низкий и немного хрипловатый.

— Ничего, со временем из мешка получится атлет, — сказала она. — Если выживешь.

— Выживу, — Алекс картинно вытер лоб тыльной стороной ладони. — Но только если тренер останется рядом. А то я опять что-нибудь не то подниму. Или уроню. Скорее всего, на ногу.

Она снова усмехнулась. Он видел, как меняется ее лицо: суровая маска дисциплины сползала, и под ней оказывалась обычная девушка, которой явно не хватало простого общения.

— Ладно, давай еще один подход, и на сегодня с тебя хватит, — скомандовала она. — Я прослежу, чтобы твои конечности остались при тебе.

Он выполнил еще один подход, на этот раз почти идеально, чувствуя ее внимательный взгляд. Когда он поставил штангу, его мышцы действительно гудели от непривычной нагрузки. Он с преувеличенным стоном оперся на колени.

— Все. Я официально мертв.

— Неплохо для мешка с картошкой, — одобрительно кивнула Лера.

— Ты меня почти убила, — пожаловался он, выпрямляясь. — По правилам спортивной конвенции, теперь ты обязана меня реабилитировать. Иначе я подам в суд.

Она удивленно вскинула бровь.

— Это что еще за конвенция?

— Очень древняя. Женевская. Для пострадавших атлетов, — с абсолютно серьезным лицом заявил он. — Пойдем к бару. С тебя самый большой протеиновый коктейль. Шоколадный. Это минимальная компенсация за мои страдания.

Она смотрела на него секунду, а потом рассмеялась в голос.

— Ты невыносим. Пошли, реабилитирую.

В фитнес-баре, сидя на высоких стульях, они пили коктейли (за которые, разумеется, заплатила она). Алекс не сводил с нее глаз, но его взгляд был направлен не на ее тело, а в ее лицо, в ее глаза.

— Слушай, я всегда хотел спросить, — начал он. — Что заставляет тебя это делать?

— Что «это»? — не поняла она.

— Вот это все, — он неопределенно махнул рукой. — Железо, диета, режим. Это же