Между светом и тьмой - Виолетта Иванова

не совершите глупых поступков, не сделаете тех ошибок, которые нельзя будет исправить. Пусть мудрость Фрейи будет с тобой, я буду молить ее, чтобы она не оставила тебя. И помни — любовь мужа преумножит твою силу вельи.

* * *

Через час гости собрались в обеденной комнате, где Агнес вместе с Хельгой уже накрыли стол. Княжич скупо улыбнулся хозяйке дома, занял место во главе стола. Его воины сели по правую его руку. Агнес указала дочери на место рядом с княжичем. Девушка вновь зарделась, но села рядом с женихом. Он вновь смотрел на свою невесту каким-то слишком внимательным взглядом. Агнес тоже смотрела на княжича и молчала. Мудрая велья видела, что в его глазах только интерес к новому человеку, который появился рядом, словно он решал, можно ли его подпустить ближе или оставить в стороне.

Разговор за столом не шел. Хельга почти ничего не ела. Она боялась смотреть на Эрика, который сидел с каким-то непонятным выражением лица.

После обеда Эрик со своими хускарлами отправился посмотреть город, собираясь купить что-нибудь в подарок для родителей. Хельга и Агнес занялись тем, что убрали со стола, а потом пошли в комнату девушки, чтобы собрать вещи. Они складывали платья, чулочки, скромные украшения и молчали. В душе обеих было какое-то тягостное ощущение.

Княжич со своими людьми вернулся поздно вечером, когда солнце уже ушло за горизонт. Они отказались ужинать, сообщив, что поели в трактире. Агнес ничего не сказала, только спросила, когда разбудить гостей.

— Не надо, мы сами проснемся с восходом, — ответил Эрик.

* * *

Утром после утренней трапезы они стали собираться в дорогу. Ехать предстояло верхом на лошадях, которых взяли специально для невесты. Агнес тоже хотела поехать вместе с дочерью в Адельбург, но прибежал посыльный от главы вольного города:

— Госпожа Агнес, умоляю, жене Главы плохо, она умирает. Меня послали за Вами.

Она посмотрела на Эрика, который недовольно поджал губы.

— Мы не можем ждать. Нас ждут в замке, мы должны ехать.

— Ваше высочество, — кинулась к нему Хельга, — прошу, давайте немного задержимся. Пусть матушка сходит к господину Ульриху, посмотрит его жену. Я бы хотела поехать в замок вместе с матушкой, кроме нее у меня никого больше нет.

Мужчина недовольно посмотрел на нее и кивнул головой.

Агнес быстро собралась, взяла свои травы и побежала в дом Главы. Через час ожидания в дом вернулся посыльный, передал Хельге записку.

«Девочка моя, мне придется остаться рядом с госпожой Исгерд, она очень плоха. Поезжай с княжичем. Сердцем я буду с тобой и буду молить богиню-защитницу, чтобы она не оставила тебя».

Хельга нахмурилась, посмотрела на Эрика, который смотрел на нее недовольным взглядом. Она промолчала, только взяла свои вещи и вышла во двор, где их поджидали лошади.

— Нам придется поторопиться, слишком много времени потратили на ожидание, — сухо проговорил княжич, когда Хельга села на свою лошадь.

— Хорошо, — только и ответила она.

До замка они добирались три дня, останавливаясь на короткие ночевки в дорожных трактирах. Чуть свет княжич будил Хельгу, они быстро ели, потом вновь отправлялись в путь. К концу третьего дня показались стены Адельбурга. Хельга плохо запомнила дорогу, хотя старалась смотреть, куда они едут. Но их лошади неслись так быстро, что ветер выбивал из ее глаз слезы. И еще в груди росла тревога за матушку, которой пришлось остаться. О том, что ее ждет впереди, не думала. Во время дороги они почти не разговаривали с княжичем, он не интересовался ее жизнью, ни о чем не спрашивал. Хельга тоже не спешила задавать ему вопросы, замечая, как он недовольно кривит свои красивые губы, когда она к нему обращается за чем-нибудь, словно ему не приятно.

Чем ближе они были к Адельбургу, тем сильнее чувствовалось приближение моря. Адельбург стоял на высоком берегу Седого моря. Город словно был растянут вдоль берега, окружен высокой городской стеной с двумя въездными воротами. Через одни горожане выходили к берегу, к другим с восточной стороны вели две дороги — с востока, которая шла через вековой лес и по которой они сейчас ехали, и с юга, которая шла через большие луга, которые сейчас начинали зеленеть. С северной стороны плескалось холодное море, которое из-за темно-серого цвета воды называли Седым.

На третий день пути небо затянуло тучами, подул сильный порывистый холодный ветер, внезапно пошел снег, который мелкими острыми иглами бил в лицо. Хельга, как могла, закуталась в свой теплый плащ, но и это не помогало. К концу пути она промерзла и молила всех богов, чтобы быстрее доехать до города.

— Ну вот, наконец приехали, — сказал Эрик, когда до ворот города осталось не больше ста шагов. Потом обратился к Хельге. — Тебе покажут твои комнаты, постарайся побыстрее привести себя в порядок, потом служанка покажет тебе, куда идти. Нас уже ждут гости в пиршественном зале.

— Зачем? — с испугом спросила Хельга.

— У нас сегодня свадьба, — сухо ответил Эрик.

— Свадьба? Так быстро? — в ее глазах плескался страх.

Она знала, что это произойдет, но не так скоро. У нее не будет даже хорошо подготовиться к этому, да и матушки не будет рядом. За время в пути она устала, вымоталась. И сейчас ей придется выйти в таком виде перед множественными гостями. Что они подумают о ней?

— Ты же знала, что выйдешь за меня замуж. Так чего же ты испугалась? — его голос был холоден, как этот ветер, который все никак не хотел униматься.

— Но мы же не знаем друг друга, — тихо ответила Хельга, опуская взгляд.

— У нас будет время, чтобы узнать. Прошу, не задерживайся. До захода солнца мы должны быть у алтаря.

Глава 4

Замок показался Хельге одним большим холодным камнем. Даже город был каким-то мрачным. Серые каменные дома, в основном одно и двухэтажные. Только ближе к центру города стали появляться трехэтажные богатые дома. Они проехали мимо центральной площади, вымощенной крупным плоским камнем. Народ, который встречался им на пути, останавливался и кланялся, а потом спешил быстрее убраться по домам. Холодный ветер продолжал заметать улицы снегом, кружил на перекрестках, дергал прохожих за плащи, словно хотел разогнать всех по домам.

Узкими улочками они подъехали к замку, который словно вырастал перед Хельгой каменными блоками. Высокий, огромный, страшный. Огромные ворота были распахнуты, словно замок хотел заглотить девушку в свое чрево. Они проехали довольно большой двор, миновали какие-то одноэтажные строения, которые шли по обеим сторонам дороги, въехали на большую площадку перед крыльцом