Северный роман - Полина Вишневская

горячий житель гор и лесов, сердцеед. По словам Нины, к счастью, он редко появляется. Надеюсь, это была единственная встреча за полгода. Трудно будет выдержать его мрачность. От него веяло негативом, по крайней мере, мне так показалось. А я нахожусь на новом этапе, ищу смысл жизни. Северные характеры меня не пугают. Нет, это начало чего-то нового, и Родиону Стильному-Качку здесь не место.

Глава 4

* Родион *

Когда родители собирались мне сказать, что нашли кого-то в кофейню?

И зачем вообще?

Я провожу рукой по волосам и сворачиваю за угол. На склоне горы виднеется дом родителей. Увидев белоснежное каменное здание, я останавливаю внедорожник.

О чем они думали?

Васька из паба поинтересовался, что я знаю о том объявлении родителей. О том самом, которое разлетелось по всему миру. Я вообще ничего не знал об этом. Уже позор. Но неужели они не смогли найти двух девушек для кофейни? Это уже просто смех!

Пока злость медленно закипает, плечи и шея каменеют. Захожу в их идиллический домик. От звука моих шагов мать и отец, сидящие на чёрном кожаном диване в гостиной, так вздрагивают, что толкаются локтями. Телефон вываливается из рук и шлёпается на пол.

— Господи, Родион, ты нас до смерти напугал, — мать прижимает руку к сердцу, другую кладёт на бедро отца.

Я хлопаю дверью:

— Когда собирались рассказать?

— Что рассказать? — наивно спрашивает мать, но в её карих глазах, цвета горького шоколада, я замечаю хитрый блеск.

— Про двух москвичек.

— Ага, встретил уже? Красивые девочки, правда? — спрашивает мать.

— Когда собирались сказать? — повторяю я, не обращая внимания на её слова.

Отец надевает очки. Обычно его крепкое тело под клетчатой рубашкой кажется странно ослабленным. Последние месяцы вызывают тревогу. Мышцы исчезли, энергии нет, аппетита тоже. Он почти не ест любимые блюда. Пару недель назад даже отказался от любимого печенья — тогда я осознал, что что-то не так.

Недавно я спросил у матери, всё ли в порядке. Она ответила, что всё нормально, он просто на «здоровом питании» и поэтому похудел. Но это не просто похудение — он выглядит измождённым.

— Завтра перед отъездом, — произнёс отец своим командным голосом.

Я вырос, слушая этот голос. Он сделал меня человеком, которым отец мог гордиться. Сильным, заботливым, гордящимся своими корнями и фамилией Соколовых. Да, я горжусь всем этим, но хочу большего. Мне нужно больше. У меня не было возможности подумать о других вариантах, кроме тех, что запланировал для меня отец.

— Завтра уезжаете? Просто соберёте чемоданы, не попрощавшись? — спросил я, глядя на родителей.

— Попрощаемся, — ответила мать, вставая с дивана и подходя ко мне. Её руки осторожно коснулись моей щеки. — Ты уже ел?

— Мам, зачем вы вообще уезжаете? Ваша загадочность на нервы действует.

— Никакой тайны. Отпуск берём. Больше знать не надо, — ответила мать.

Я поворачиваюсь к отцу:

— Это твоя идея — всё держать в секрете?

В Янишполе многие знают, что у нас с отцом сложные отношения. Мы по-разному смотрим на жизнь. Я мечтал развивать своё ремесло, покинуть Янишполь и найти свой путь. Отец же не хотел слышать о моём отъезде, утверждая, что я предаю семью и место, где вырос.

Когда я объяснял своё решение, он обрушил на меня поток обвинений. Яд его слов был настолько силён, что в его глазах читалась настоящая боль.

Угадайте, кто одержал верх в борьбе за мою жизнь? Скажу лишь одно: идея остаться в Янишполе и быть мастером на все руки была не моей. Этого хотел отец. И после всего, что произошло… я ему обязан, и на этом всё.

— Не повышай голос, — говорит он, ворочаясь на диване и морщась.

Пару месяцев назад отец закрыл кофейню и передал все дела маме. Он сказал, что заслужил отдых после тридцати лет работы с местными жителями и туристами. Кофейня стала терять посетителей.

— Я не кричу, — говорю громче. — Просто хочу понять. Ты заболел что-ли?

— Нет, — бурчит он, встаёт и идёт на кухню, где мама суёт ему тарелку. — Просто хотим отдохнуть, и твоё одобрение нам не нужно.

Сдерживая злость, провожу языком по зубам:

— Хорошо. Но важно уважать меня и делиться планами. Я ваш сын.

Напряжение между мной и отцом растёт. Мама подбегает, суёт мне тарелку:

— Садись, поешь, а потом расскажу о поездке.

Я смотрю на отца, беру тарелку и сажусь за кухонный стол.

Его руки дрожат, кожа выглядит нездоровой, а глаза глубоко запали. Что бы они ни говорили, я понимаю: скрывают родители больше, чем раскрывают.

* * *

— Ну наконец-то, — говорит Лёха, мой лучший друг, когда я пробираюсь через полупустой паб «Замок Федьки», который назван в честь тех самых руин. — Мы с Мироном уже устали смотреть друг на друга.

— Удивительно, учитывая, что вы оба нарциссы.

Я сажусь к ним за высокий столик.

Лёха и Мирон Мефодиевы — близнецы и владельцы химчистки «Корзина для белья». В последнее время они становятся популярными в интернете благодаря своим видео с воскресными тренировками. В этих роликах братья занимаются спортом на природе: используют брёвна для жима, камни для отжиманий и прыжки через изгороди для кардионагрузки. Всё это, конечно, затем пикселизируют. Необработанные версии я видел — чуть не стошнило. В тот день им показалось забавным выйти на тренировку без нижнего белья.

— Ты сегодня какой-то раздраженный, — замечает Мирон и протягивает мне бокал виски. — Из-за тех двух москвичек, которые здесь объявились?

Я выпиваю виски залпом и молча ставлю стакан на стол.

— Точно, — подтверждает Лёха. — Говорят, красотки там.

«Красотки» — не то слово.

Вера.

Её ледяные голубые глаза гипнотически изучали меня. Платиновые волосы падали на плечи и грудь, едва прикрытую полотенцем.

Эта встреча с ней, полуголой, с веником в руках — гордой, упрямой, решительной — застала меня врасплох. Я не ожидал, что влечение захватит меня полностью. Что каждый её взгляд будет кружить мне голову.

Но потом она заговорила об отъезде родителей. Это мгновенно отвлекло меня от её красоты и пробудило тревогу. Почему она знает больше, чем я?

— Уже познакомился? — спросил Мирон с излишним энтузиазмом.

— С одной, — ответил я, жалея, что виски уже закончился.

— И как?

Я пожал плечами:

— Нормально.

Мирон заливисто рассмеялся, толкнув меня в плечо:

— Не верится.

— Мне тоже, — сказал я, делая вид, что не услышал его слов.

— Знали, что родители уедут на полгода? — поинтересовался я.

— Догадывался, — ответил Лёха. — Я видел объявление. Ты что, не прочитал?

— Видимо, не всё. Они собираются в путешествие по Золотому кольцу,