Друг отца. Его запретная девочка - Харли Напьер

— Проходи, — говорит он, указывая на одно из кресел у камина.

Кресло мягкое, но я сажусь на самый краешек, не осмеливаясь расслабиться. Андрей опирается на каминную полку, смотрит задумчиво на огонь.

Его силуэт вырисовывается на фоне пляшущих языков пламени, и я вижу, как он собирается с мыслями, словно взвешивая каждое слово.

— Твоя мать... Оля. Мы познакомились в восемнадцать лет. Лето, мы вожатые в детском лагере. Безденежье, романтика. Я тогда был сопливым юнцом, без связей, из деревни. Она казалась мне чудом. Красивая, улыбчивая. И я влюбился с первого взгляда. Как дурак.

Он на секунду усмехается, но в этой усмешке — грусть, и я вижу, как его пальцы сжимаются на полке.

— Это было недолгое знакомство, всего несколько недель, но я тогда был молод, амбициозен, и меня тянуло в столицу. Я хотел покорять её, строить свою жизнь, свою империю. И я уехал, оставив её позади. Мы не поддерживали связь, и я даже не знал, что она была беременна. Она скрыла от меня факт твоего рождения. Не знаю, почему — может, не хотела, чтобы я вмешивался, может, боялась, что я не приму. Но я узнал о тебе только недавно, когда начал искать… — он замолкает, его взгляд становится отстранённым, словно он возвращается в те годы.

Я слушаю, и внутри меня растёт ком. Моя мать никогда не рассказывала мне о нём ничего хорошего, только то, что он бросил её, что он был никчёмным, что скорее всего он сдох где-то под забором. Но теперь я слышу другую версию истории, и это заставляет меня чувствовать себя ещё более потерянной.

— Жизнь в столице закрутила меня, — продолжает Андрей, его голос становится тише. — Я строил бизнес, поднимался с нуля, ошибался, падал, вставал снова. За эти годы у меня не было ни времени, ни желания заводить семью. Я был женат на своей работе, на своей империи. И кроме тебя, у меня нет других детей. Никого. — он делает паузу, глядя мне прямо в глаза. — Я не могу сказать, что сейчас испытываю к тебе настоящую любовь, Лиза. Мы с тобой чужие, и в этом есть моя вина. Но я рад, что твоя мать не сделала тогда аборт. Рад, что ты есть.

В его словах честность, которая заставляет меня уважать его, даже если внутри всё сжимается от неловкости. Я киваю, не в силах вымолвить ни слова, и он продолжает:

— Я хочу, чтобы ты встала у руля моей компании. Ты — моя кровь, и я верю, что ты сможешь. У меня нет времени ждать, пока ты получишь высшее образование. Хотя это было бы идеально, пойди ты по профилю менеджмент, экономика или корпоративное право. Поэтому лучшие из моих людей будут обучать тебя. Частные наставники, практика, кейсы, встречи. Прямо на месте, с завтрашнего дня.

Я глотаю воздух, будто он закончился в комнате. В голове шумит, и я пытаюсь представить себя в этом мире, среди деловых встреч, контрактов, цифр. Это кажется невозможным. Компания? Обучение?

— Вы это... серьезно? — спрашиваю я, и мой голос дрожит от удивления.

— Не тыкай мне больше, пожалуйста, — кривится Андрей. — Серьезнее не бывает. У меня слишком мало времени до операции. И так дотянул. И исход ее может быть любым. Я лично готов ко всему. Но я не отдам просто так кому-то чужому все то, что строил своим потом и кровью. Ни государству. Ни хищным конкурентам.

Он гладит подбородок, бросает взгляд в окно.

— Чтобы избежать слухов и падения котировок, ты не будешь сразу представлена как дочь. Мы начнём с того, что ты станешь личным помощником Марка. Он равноправный акционер и генеральный директор, и я доверяю ему, как себе. Это позволит тебе войти в курс дела, не вызывая слухов. Мы объявим тебя моей наследницей, когда придёт время.

Я моргаю, не веря своим ушам.

— Завтра утром вы поедете в главный офис. А пока отдыхай, осваивайся. Твоя комната готова.

Он делает паузу и смотрит пристально, его взгляд проникает в самую глубину моей души.

— Вопросы есть?

Моё сердце стучит в висках. Я чувствую, как дрожат пальцы, как в груди бушует ураган — страх, азарт, ожидание. Тысячи вопросов кружатся в голове: что будет, если я не справлюсь? Как мне работать с Марком, когда я даже смотреть ему в глаза не могу спокойно? Смогу ли я стать той, кем хочет видеть меня Андрей?

Глава 10

Я глубоко вдыхаю. Вопросы действительно есть. Один из них самый важный.

— А если… если у меня ничего не получится? — выдавливаю тихо из себя. Голос срывается, но я не могу не озвучить свои страхи. — Если я подведу вас... тебя?

— Значит, подведёшь, — пожимает Андрей равнодушно плечами. — И что с того? Ошибки делают все. Даже я, и не раз. Главное — не сдаваться. И не врать себе. А всё остальное можно исправить, научить, исправить снова. Мне не нужна идеальная кукла, мне нужен живой человек, готовый учиться.

Он говорит это без пафоса, буднично, но я чувствую себя растерянно. Разве можно так легкомысленно относиться к делу всей своей жизни, вверяя его в руки неопытной девчонки. Или я чего-то не понимаю? И в нынешнее время даже обезьяну можно обучить и посадить во главе компании?

— А как долго мне жить в вашем доме? — добавляю я, осторожно подбирая слова.

Андрей слегка улыбается, уголки его губ поднимаются в едва заметной, почти печальной улыбке.

— Это не мой дом, Лиза. А наш. Останешься на столько, насколько потребуется. Встанешь на ноги, захочешь уехать я препятствовать не буду. Но я надеюсь, что ты останешься. Мне нужно, чтобы ты была рядом.

Киваю в задумчивости, до конца не понимая, как относиться к его словам. Она звучат слишком... идеально. Но, возможно, я зря ищу подвох, ведь пока ничто не представляло для меня опасности и не ставило в неловкое положение. Андрей идет к двери, давая понять, что разговор окончен.

— Иди, осваивайся. Тебя проводят.

Он распахивает дверь и в комнату входит женщина в строгом костюме, с собранными в пучок седыми волосами и лицом, на котором не отражается ни одна эмоция. Она что же все это время там стояла и ждала, пока мы поговорим?..

— Это Галина, — представляет он мне женщину. — Она будет помогать тебе во всем.

Та, словно в подтверждении его слов, учтиво кивает. Это так странно... Я как-то привыкла, сама заботится о себе. Без чьей либо помощи.

Галина, тем временем,