Опальная принцесса и запретный лес - Мария Ирисова

— Князь? Он тебе понравился? — спрашивает Агнес.

Простой вопрос, а я сразу вспоминаю его объятия, серые и до безобразия внимательные глаза. Улыбку и хитрый прищур — сердце в груди колотится, как сумасшедшее. Но я-то знаю, что Сандр любит другую.

— Он классный… Я таких не встречала, — признаюсь и вздыхаю. — А ты и Рик?

— Мне тоже стыдно… Я не собиралась ничего такого делать… Да, я на него внимание не обращала… И ещё он тебя любит… Десять раз за вчера повторил. А поцелуй — случайность. Вряд ли такое снова повторится.

Мне показалось или последнее прозвучало с толикой надежды.

— Агнес, если хочешь, можешь выговориться, я не собираюсь осуждать или негодовать. Рик… Мы даже не помолвлены… Мы свободны от обязательств, и кого он целует — меня не касается.

Старшенькая глянула настороженно, дернулась вперёд, будто хотела уйти, скривилась. Замерла, глядя на свои ладошки. Сжала пальчики в кулаки и посмотрела на меня с вызовом. А в глазах — боль и непроглядная тьма.

— Когда отец лишил меня статуса наследной принцессы… Казалось, мир рухнул. Сейчас вспоминаю и чувствую стыд… Но тогда, — Агнес поёжилась и обхватила плечи руками, будто её терзал лютый холод. — Тогда я была не в себе… Вышла на крышу и…

Лицо старшенькой вдруг побледнело, а в уголках глаз набухли слёзы. Я потянулась и обняла сестру, прижала к себе, как совсем недавно делала Горяна.

— Принц… Он тоже был там… Увидел меня… Оттащил от края… — её била крупная дрожь. — А я… я просто его не узнавала. Чуть не заорала… Тогда он и…

— Выходит, его поцелуй спас тебе жизнь, — говорю тихонько и поглаживаю старшенькую по плечу, а у самой сердце ледянеет. Агнес оказалась на краю гибели и если бы не принц я могла бы лишиться одной из сестер. — Тогда я даже рада, что Рик оказался в тот момент там!

Но вот кое-что в этой истории меня настораживает, дерёт сердце в кровь. Вопрос неприятный, но промолчать я просто не имею права.

— Агнес!

— Вержи!

Мы заговорили одновременно. Старшенькая улыбнулась, а я следом за ней. Сёстры… кажется, я начинаю понимать, что это такое.

— Можно задам неприятный вопрос?

— Нет, больше я его соблазнять не собираюсь! — мотнула головой Агнес.

— Не о том. В тот вечер ты сказала, что была не в себе… Это был единственный раз? Или…

— Нет, Вержи, свести счёты с жизнью я никогда не… — и умолкла резко, следом брови нахмурила, будто маску кронпринцессы напялила. — Перед тем, как меня накрыла истерика, ко мне приходила Тельма… Могла ли она… Нет, не так! Скажи, есть ли какое-то зелье, которое может подстегнуть неадекватное поведение?

Вот это вопрос — не в бровь, а в глаз, да ещё и со всего размаху. И тут до меня доходит: она Тельму подозревает! Раньше только я видела в этой мегере злодейку, а теперь Агнес пришла к тем же выводам.

— Зелья бывают всякие… Но закон…

— Погоди, и ещё вопрос — что такое заманиха? Она опасная? Вредная? Её можно использовать… — вопросы валятся на меня как из рога изобилия, а глаза старшенькой лихорадочно блестят, будто она на пороге раскрытия заговора. — Вержи, скажи хоть что-нибудь!

— Заманиха — алхимический ингредиент, не то чтобы распространённый, но в отличие от яда купить можно. Её обычно используют для повышения внушаемости… Иногда для зелья правды.

— Ты и такое делать умеешь? — восхитилась Эмбер — оказывается, она даже с другого конца комнаты прислушивалась к беседе. Вот же любопытная какая! А вместе с ней и Люсия.

— Я всякое делать умею… Не из корысти… Просто для меня зельеварение — это способ быть ближе к волшебству! — поясняю для всех и возвращаюсь взглядом к Агнес.

— Ты подозреваешь, что болезнь Мари…

— Думаю, что сейчас сестра симулирует…

— Чего? — воскликнули мы вместе с Люсией и уставились на старшенькую с неподдельным удивлением.

— Пока я не могла видеть. Мари и её поведение… Её голос… Она контролирует свои эмоции. Но откуда взялись истерики? Когда-то проезжий лекарь мне заманиху рассказал… Мол, Мариана слишком усердствует, добавляя её в чай, оттого у неё и приступы… А теперь я думаю, вдруг это Тельма сестру чем-то подпаивала… То и меня могла.

— Комнату Тельмы мы переворошили и ничего, кроме банковского счёта, не нашли, — напомнила старшенькой.

— Да, но остаётся ещё комната Мари… Кстати, сестрёнка упоминала, что у неё есть зелье, — тут щёки старшенькой снова вспыхнули смущением, — страсти… Его тоже не мешало бы найти и отобрать.

— Для себя, что ли, хочешь? — без обидняков уточнила Эмбер.

Краснота переползла на уши старшенькой, а глазки сверкали негодованием.

— Нет, конечно. Просто я за Рика боюсь… — и взгляд в мою сторону. — У нас на носу гулянка, и как бы Мари там ему не подлила чего-нибудь…

— Оставьте её дома — и все дела! — повела плечами герцогиня.

— Если она раздобыла приглашение, никто и ничто не удержит её во дворце.

— Вот! Вержи, дело говорит. — Агнес цапнула меня за руку и улыбнулась. — Предлагаю следующее: давайте наведаемся к Мари, перетряхнём покои и посмотрим, какие секреты полезут. Через час нам всем надо будет явиться на собрание к королю. Подозреваю, он опять будет прогревать вопрос замужества… Если добудем хоть что-то против Тельмы, королю станет не до нас… Проведём гулянку… Если Лаура обретёт свободу, у короля не останется жирного козыря против Рика. Соответственно, принц сможет выбрать любую из нас.

Старшенькая умолкла и посмотрела мне в глаза с надеждой.

— Вержик, ты же поможешь, правда?

Глава 25. Разборки

Как думаете, кого отправили во главе чинить безобразия? Впрочем тут и спрашивать не надо, сестры даже переодеться времени не дали, схватили за обе руки и потащили на разборки.

Как итог, я шагаю впереди бессовестно длинной процесси… Кажется, за мной весь двор выстроился, или, вернее, женская половина. Это свита сестриц.

Целых две свиты! Разряженные и увешанные