Попала в книгу Главной злодейкой - Елена Звездная

Когда я ступила на террасу своей комнаты в Элиантаре, ту самую, я вернулась не просто в начало сюжета. Я вернулась к себе.

— Госпожа, — Йоли подошла сзади, набрасывая на мои плечи легкую шаль из эльфийского шелка. — Старейшины уже знают о вашем возвращении. Завтра будет совет.

— Да плевать. Я им всем просто скажу, что меня много, часто и даже разнообразно имел Император Драконов. И это дерево абсолютно точно подтвердит сказанное.

* * *

Глава 13

На следующее утро я выбрала свое самое роскошное платье. Золотистый шелк струился по телу, словно расплавленный солнечный свет, а по подолу и лифу распускались яростно-алые цветы — символ нашего дома Алого Заката.

Храм Истины встретил нас звенящей тишиной и холодным сиянием Белого Древа. Его ветви уходили так высоко под своды, что казались живыми капиллярами самого мироздания. Магия здесь была плотной, осязаемой — она вибрировала в воздухе, готовая испепелить за любую попытку солгать.

Отец шел справа, его лицо было бледным и торжественным. Братья выстроились позади него мрачной стеной. Галдор то и дело сжимал рукоять меча — они все абсолютно точно знали, что я чиста, и уже планировали, как будут разбираться с последствиями.

Я прошла к самому центру зала, не дожидаясь приглашения. Мои шаги гулко отдавались в пустоте храма. Старейшины в своих расшитых серебром мантиях замерли, глядя на меня свысока.

Ничуть не колеблясь, подошла к исполинскому стволу. Погладила серебристую кору, как старого знакомого, чувствуя под ладонью знакомый пульс древней магии. Древо отозвалось мягким золотистым свечением, признавая мою суть.

Я обернулась к совету и заговорила. Мой голос, лишенный малейшей дрожи, разнесся под сводами, как удар колокола:

— Вы хотите знать правду? Так слушайте. Да, я принадлежала Императору Драконов. Это было многократно, часто и порой на всю ночь. Я познала его во всей полноте его страсти, и это было моим осознанным выбором.

В зале повисла такая тишина, что стало слышно, как падает пыльца с цветов в садах Элиантара.

У отца натурально отвисла челюсть. Галдор, Гилион и остальные братья застыли, словно их обратили в камень. Для них я все еще была маленькой Лири, которая до этого рокового отъезда ни разу не ночевала вне дома, и чей мир ограничивался лесной охотой и уроками этикета. Услышать из моих уст признание в столь… «бурной» личной жизни было для них шоком похлеще объявления войны.

А Древо под моей рукой вспыхнуло чистейшим изумрудным светом — знак абсолютной Истины.

Старейшины побледнели. Весь их план по выгодному замужеству «наследницы крови» рассыпался в прах. Оскверненная Драконом эльфийка больше не подходила для их политических игр.

Я убрала ладонь от Древа и посмотрела на свою семью. Несмотря на колоссальное потрясение, Гладиар первым взял себя в руки. Он медленно закрыл рот, выпрямился и обвел Старейшин тяжелым взглядом, в котором читалось: «Да, она моя дочь, и попробуйте только пикнуть».

Братья, хоть и выглядели так, будто их огрели обухом по голове, синхронно шагнули ко мне, смыкая ряды. Тактично промолчав, они просто дали понять — что бы я ни творила, я все еще их сестра. И они сожгут этот мир дотла, если кто-то посмеет меня осудить.

— Вопросы остались? — ядовито поинтересовалась я у замерших эльфов. — Или я могу пойти домой и, наконец, нормально позавтракать?

Вопросов больше не было. Старейшины замерли в своих креслах, похожие на изящные, но совершенно безмолвные изваяния из слоновой кости. Моя правда была настолько сокрушительной, что она не просто сломала их планы на политический брак — она выжгла саму возможность обсуждать моё будущее в рамках их эльфийского кодекса чести.

И началось самое счастливое время в моей жизни. В обеих моих жизнях.

Элиантар стал для меня не просто декорацией из красивой книжки, а настоящим домом. Каждое утро теперь начиналось не с визитов вышколенных служанок тетушки, а с шума водопадов и далекого перезвона хрустальных колокольчиков в садах.

Я ездила с братьями по окрестностям Элиантара. Мы неслись наперегонки сквозь рощи, где деревья пели от ветра, и Галдор больше не смотрел на меня как на хрупкую фарфоровую куклу. После того «перформанса» в Храме Истины братья зауважали меня какой-то суровой, мужской гордостью.

— Лири, ты так лихо скачешь! — смеялся Гиван, перепрыгивая через поваленный ствол, сияющий древним мхом.

С Йоли мы исследовали каждый закоулок эльфийских рынков. Площади Элиантара пахли сладостями, амброй и магией. Мы покупали невесомые шелка цвета утреннего тумана, ели воздушные пирожные из цветочной пыльцы и нектара, от которых во рту оставалось послевкусие летнего дождя. Йоли расцвела. Здесь никто не грозил ей казнями, и она наконец-то перестала вздрагивать от каждого шороха.

Вместе с отцом я часто ездила в бухту. Это было мое любимое место — там, где бирюзовое море встречалось с изумрудными скалами Леса. Мы встречали наши торговые корабли, пахнущие солью, пряностями и далекими странами (контрабанда наше все). Гладиар терпеливо объяснял мне тонкости семейного дела, показывал свитки и карты, и я видела, как он счастлив, что я рядом.

А из Империи тем временем летели письма.

Золоченые конверты, пахнущие тяжелыми духами тетушки и дворцовой пылью, скапливались на моем столике. Тетушка Глариэль была в ярости. Она переходила от угроз к мольбам, расписывая, какого «лучшего мужа в мире» я теряю.

«Лириэль, дитя мое, одумайся! Император Рейнхард в великом унынии. Его взор мрачен, он никого не принимает. Твое место подле него! Это твой долг, твоя судьба!» — гласило очередное послание, написанное дрожащей рукой.

Я лениво перечитала его, сидя на своей террасе и доедая засахаренный лепесток фиалки.

— Угу, сейчас, — пробормотала я, сворачивая письмо в трубочку и отправляя его прямо в пламя свечи. — Долг? Судьба? Нет, тетушка, это была плохая глава плохой книги.

Я посмотрела на закатное солнце, окрашивающее Элиантар в алые тона нашего дома.

— Пусть ждет Оливию. Это ей положено разливать суп и падать в обмороки. А мой Дракон… Рейнхард, если ты и правда меня любишь, то ты поймешь, почему я выбрала этот Лес, а не твой трон. Но скорее всего, автор скоро подсунет тебе «Предсказанную», и ты забудешь свою «злодейку».

Я потянулась, чувствуя, как магия эльфийской земли наполняет меня спокойствием. Я была дома. И в этот раз я не собиралась пить яд — я собиралась жить. Долго, счастливо и по своим правилам.

* * *

Пять лет в Элиантаре пролетели как один затянувшийся летний вечер — теплый, напоенный ароматом хвои и ощущением