Жена герцога-палача хочет развода - Мария Ливи

У меня кровь застыла в жилах.

— А после? — охрипшим голосом спросил я, смотря в пол.

— После вмешался я. — Принц посмотрел на меня. — Напомнив отцу о гостеприимстве. Сказал, что леди Торн — жена герцога Севера, а не преступница. И что герцогиня должна остаться во дворце как гостья, пока не выяснятся обстоятельства дела. Удобно же Блэйк всё обставляет. Мастерски.

Я смотрел на него, не веря.

— Зачем же вы этим занимаетесь, намеренно портя себе и без того подпорченную наследным принцем репутацию?

— Ну, пусть я и славлюсь своими «гуляниями», но помню то, о чём все благополучно забыли. Два года тому назад вы спасли мне жизнь, герцог Торн. Помните ли этот случай?

— Покушение на охоте — такая же классика, как и случаи на пиру.

— Мне не забыть, как вы рисковали собой, отдав приказ стрелять на поражение. Даже убийство слуги знатного рода карается законом. А это был младший сын барона Эймда.

— Вы наследник трона, — сказал я. — Не единственный, но всё же наследник.

— Что ж, мы пришли к тому, что я отдал свой долг вам. Частично. — Дорман чуть улыбнулся. — Теперь пришла моя очередь спасать вас.

— Что вы этим «спасением» предлагаете? — у каждого соглашения своя цена, особенно когда жмёшь руку венценосным особам в клятве на верность вне договора на бумаге.

— Союз. — Дорман сел напротив. — Мой отец уже давно слаб умом. Вы сами видели это совсем недавно. Он давно не правит, а только раздаёт невест да приданое, как напьётся на очередном пиру в честь любого события. Не вы ли женились так по его приказу? Вижу, что не пожалели. Есть у вас искра во взоре. Убьёте любого за неё. А Блэйк неформально, но властвует, прогибая под себя знать. Что касается моего возлюбленного брата, наследного принца... — он поморщился, — он глуп, как трухлявый пень отродясь. Так же глуп, как и отец. И полностью под каблуком у Блэйка.

— Знать недовольна, — откинувшись и смотря на лепнину, произнёс я. — Слышал, и уже давно. Но на севере не беспокоятся ровно до тех пор, пока в столице не прогремит первый бунт.

— Считаете, он наступает вам на пятки? Знать пока что недовольна, но молчит, боится. У Блэйка длинные когтистые руки. Но стоит распространить пару слухов среди люда, как сильные мира сего почувствуют, что можно всё.

— Чего вы хотите? Восстания? Крови?

— Без этого смены власти не бывает, старый друг. Я хочу изменить порядок. — Дорман подался вперёд. — У нас есть общий враг, герцог. И это — Уильям Блэйк. Он — наша общая цель, ведь именно так вы спасёте свою жену и тестя. А заодно... — он понизил голос, — заодно отправите Уильяма Блэйка к плахе за все его грехи.

— У меня есть свидетель обмана его дочери, — сказал я.

— В чём же вы её хотите обвинить? — в глазах принца читалось любопытство. Он, как и все, обожал дурные сплетни.

— О, она могла уже объявить себя...

— Опороченной вами? Слыхал этот прелюбопытнейший слух. А с кем же спала эта поистине «одарённая» особа?

— С сыном конюха. И он остался жив.

— Как же можно. — Хихикнул Дорман заговорщически, а я продолжил, не взирая на его наигранность:

— Он подтвердит, как она пыталась соблазнить его и выдать, возможно, чужого ребёнка за моего.

Дорман усмехнулся.

— Это будет великолепный скандал, о котором вряд ли забудут все.

— Что же вы сами можете касательно лорда тайной канцелярии? — перешёл я на более серьёзные темы, отставив в сторону девицу Блэйк.

— У меня есть свои преданные люди при ведомстве. Ещё не все подкуплены, как видно. Парочка бастардов баронов из моей коалиции просочилась в логово змея-искусителя. И теперь у меня есть доступ к документам Блэйка. Если мы объединим усилия, сможем уничтожить его в кратчайшие сроки.

— Что вы хотите взамен?

— Ничего, — ответил Дорман. — Только справедливости. И чтобы вы, герцог, помнили, кто был на вашей стороне, когда другие молчали, уткнувшись глазами в пол.

Я молча протянул руку для крепкого рукопожатия.

— Договорились.

Он пожал её крепко, по-мужицки.

— Завтра я пришлю за вами. Мы начнём действовать.

— Буду готов.

Дорман надел плащ и направился к выходу. Но на пороге обернулся.

— Ваша жена ожидает вас в покоях хоть сегодня ночью. Я обеспечил вам лазейку, герцог. — Подмигнул принц и, крепче намотав на себя одеяние, скрылся в темноте.

79 ГЛАВА

Я крался в полумраке сада к восточному крылу, где по обыкновению размещали гостей особой важности. Вокруг — звенящая тишина, редко нарушаемая пением птиц. Оставалось надеяться, что смена дворцового караула не заметит следов на свежевыпавшем снеге. А лучше бы их замело чуть раньше, чем они пройдут сквозь опустевшую аллею близ живого лабиринта, от которого остались только ветви. Листья опали с первым снегом.

Никогда так не боялся быть застуканным, как щенок. А ведь, если второй принц прав, то доложат не королю в первую очередь, а Уильяму Блэйку. Но, похоже, Дорман дал мне фору в этом плане, зная, что не стану сидеть на месте, уйду вслед за ним. Разве что разойдёмся по разным углам, вот и всё.

На третьем этаже, в самом конце гостевого крыла, третье окно с выходом на небольшой балкон. Свет горел, и то и дело мелькал силуэт. Беспокойно ходил из стороны в сторону. Буквально метался в волнении.

Пришлось вскарабкаться на рядом растущий дуб, чтобы перебраться на балкон и не спугнуть Мэриэн своим внезапным появлением. Герой-любовник...

Никогда ранее я не увлекался подобными вещами. Просто не требовалось, чтобы герцог Торн, подобно юнцу без головы, перелезал через преграды. Распахнув двустворчатые двери в покои, я огляделся. Полумрак, свечи погашены — остался только запах от недавно горевшего пламени. Но самой Мэриэн не было видно.

— Мэ... — не успел договорить, как позади меня раздался крик и на меня замахнулись, стараясь попасть прямиком по голове. Чтобы разом отключить сознание. А желательно — отправить к праотцам.

Успел перехватить руку с канделябром. Мэриэн смотрела на меня испуганной до жути овечкой.

— Ты дура, — прошептал я, прижимая жену к груди.

Та, разжав руку, уронила своё орудие защиты от злоумышленников. Во взгляде мелькнуло облегчение. Прижавшись ко мне в ответном порыве, Мэриэн разрыдалась.

— Тише-тише, я не хотел тебя испугать. Мэриэн, за дверью...

— Охрана, — чуть успокоившись, произнесла любимая.

— Какая же дурная и горячая на голову, — повторился я. — Знала же, что будет. Так?

Мэриэн кивнула.

— Я не могла иначе. Отец слишком слаб здоровьем, чтобы прозябать в