Завет Влюбленных - Софья Хейдекраут

потрескавшегося деревянного потолка свисали длинные лохмотья паутины, колыхавшиеся от малейшего дуновения ветра, точно призрачные саваны. Кьеран, обессилев, медленно опустился на холодный каменный пол, спрятавшись за массивным полуразрушенным алтарём.

— Это потому, что… не смогут ступить на священную землю? — попыталась пошутить Иветт дрожащим голосом, стараясь хоть немного разрядить обстановку. Она принялась неумело расстёгивать пропитанную кровью рубашку Кьерана, чтобы осмотреть рану, словно пытаясь отсрочить неминуемое. — Вероятно, — прохрипел он и тихо зашипел, когда девушка осторожно коснулась кожи вокруг раны. Потом откинул голову назад на холодный камень, закрывая глаза.

Иветт ощущала его боль, словно ей самой под кожу вонзили тысячи острых осколков стекла. Но физическая боль не пугала её так сильно, как страх за Кьерана. Она дрожала, предчувствуя несчастье, страшась, что он пострадает, что он… умрёт, и тогда её мир рухнет в бездну отчаяния.

— Зачем ты вынул стрелу? — тихо спросила она, боясь нарушить хрупкое безмолвие. — Она меня раздражала… — Кьеран вновь нахмурился, и гримаса боли исказила его лицо. Иветт, видя его страдания, отвернулась и закусила губу, стараясь сдержать слёзы. Она торопливо оторвала полосу ткани от своей мантии и попыталась вытереть кровь, но та всё ещё сочилась из раны тонкими струйками, словно не желая останавливаться, словно жизнь утекала вместе с ней.

Кьеран, едва сдерживая стон, глубоко вздохнул и подался вперёд, заставляя её податься в его сторону. Внезапно Иветт осознала, что сидит у него на коленях, лицом к лицу. В этом мрачном, заброшенном соборе, среди разрухи и надвигающейся опасности, поза казалась невероятно интимной, почти кощунственной. Кьеран положил тёплую ладонь ей на талию, притягивая ближе. Они были совсем близко, и Иветт чувствовала его горячее дыхание на коже, терпкий аромат крови и пота, смешанный с едва уловимым запахом леса.

— Попробуй залечить… своей силой, — прошептал он хрипло и слабо. — Но я не… — попыталась возразить Иветт, чувствуя, как краска стыда приливает к щекам. Кьеран перебил её, крепко сжал её ладонь и приложил к кровоточащей ране, словно возлагая последнюю надежду. От прикосновения к обожжённой, будто пылающей изнутри коже Иветт невольно вздрогнула, как от удара током. Кьеран зашипел сквозь зубы, облизнув пересохшие губы. — Просто… попробуй, — прошептал он умоляюще.

Иветт, повинуясь, закрыла глаза и глубоко вдохнула, стараясь отбросить страх. Она вспомнила слова Меланты, знания, переданные шёпотом, точно тайну, которую нельзя произносить вслух. Почувствовала, как в кончиках пальцев начинает покалывать, словно тысячи иголочек впиваются в кожу, пробуждая неведомую силу. Тепло разлилось по телу, растапливая лёд в венах.

— Боль утихла… — прошептал Кьеран с искренним изумлением. В его глазах мелькнула благодарность, подобная лучу надежды. Она выглядела совершенно сбитой с толку, охваченной страхом и перепачканной его кровью; что-то в её взгляде неуловимо изменилось. Но в следующий миг рана снова яростно запульсировала, кровь хлынула с новой силой, пропитывая рубашку, стекая по животу, окрашивая ремень и пояс Кьерана в багровый.

— Ты лжёшь… — прошептала Иветт, с ужасом осознавая, что её сил недостаточно. — Хватит, я… позову на помощь, — она попыталась слезть с его колен, но Кьеран с неожиданной силой схватил её за запястье, удерживая на месте. Его пальцы впились в кожу, словно стальные тиски. — Нет, — ответил он коротко, властно. — Никого не зови. Он сильнее сжал запястье, оставляя болезненный след. — Посмотри на меня, — прошептал он с отчаянной мольбой.

И она посмотрела. Лицо его было искажено болью, на щеке запеклась кровь, тёмные волосы слиплись от пота. Левой рукой он продолжал зажимать рану, но правая была свободна. Медленно, боясь спугнуть, он поднёс руку и неуверенно коснулся пальцами шеи Иветт, перебирая пряди её волос. Это прикосновение заставило её сердце бешено заколотиться. Она сомкнула веки, стараясь обуздать дрожь. Кьеран, будто читая мысли, притянул её ещё ближе — их лица разделяли лишь сантиметры.

— Попробуй ещё раз, — прошептал он, и дыхание коснулось её губ, как раскалённый уголь. — Ещё раз? — растерянно повторила она. — Закрой глаза и попытайся вновь, — в его голосе звучала усталость и надежда.

Иветт прижалась лбом к его горячему лбу и попыталась сосредоточиться. В голове роились хаотичные мысли, мешая собраться. Но она ощутила, как в пальцах разгорается нестерпимый жар. Не открывая глаз, она приложила горячую ладонь к его животу, касаясь кожи лёгкими, невесомыми движениями. Кьеран, чувствуя прикосновение, закрыл глаза и тихо застонал от боли.

— Ты справишься, — прошептал он, — ведь… мы связаны, не так ли?

На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь их сбивчивым дыханием. А затем Иветт почувствовала, как в груди что-то болезненно треснуло — будто лопнула тонкая ледяная корка. По венам заструилась чистая, обжигающая энергия, и она, собрав все силы, прижала ладонь сильнее, отдавая себя без остатка. Он накрыл её ладонь своей, нежно касаясь кончиками пальцев. Прикосновение было лёгким, как дуновение ветра, но обжигало, проникая в самую душу. Он взглянул на неё из-под опущенных ресниц, и в глубине его карих глаз плескалось что-то тёмное, необузданное.

— Не останавливайся… — прошептал он, и его дыхание коснулось её щеки.

Первые рассветные лучи, пробиваясь сквозь разбитые витражи, окрасили пыльный воздух золотистыми искрами, озаряя их силуэты призрачным светом. Собравшись с духом, Иветт медленно убрала руку и с изумлением увидела, как рана закрывается, затягивается прямо на глазах. Края кожи стягивались, образуя тонкий розоватый рубец.

Он взглянул на Иветт, и в его глазах светилась благодарность, смешанная с чем-то ещё, чего она не могла понять. Лицо её всё ещё было близко, испачканное его кровью, но это, казалось, нисколько его не смущало. — Спасибо, — прошептал он хрипло и искренне. Лёгким движением убрал прядь волос с её лица, обнажая покрасневшую щеку, положил тёплую ладонь ей на макушку и легко коснулся губами лба. Этот нежный поцелуй оставил след на коже, вызывая странную, непривычную дрожь.

Он вдруг почувствовал, как её грудь вздымается часто и тяжело. Медленно переместив голову чуть ниже, Кьеран кончиком носа едва коснулся её щеки, оставив между их губами лишь сантиметр томительного ожидания. Взгляд его карих глаз, затуманенный желанием, замер на её губах. Она чувствовала его горячее, прерывистое дыхание, и это сводило с ума, заставляя трепетать. Слова, которые она так долго сдерживала, вырвались на свободу — Я так скучала.

Он нежно провёл ладонью по её щеке, ощущая шелковистую гладкость кожи. Его прикосновения коснулись волос, перебирая мягкие пряди. В наэлектризованном воздухе замерла сама Вселенная. — Я тоже, — прошептал он бархатным голосом. — Так сильно, моя Иветт… С этими словами он положил ладонь на её затылок, нежно притягивая ближе. И мир вокруг исчез, осталась лишь невидимая нить, натянутая между двумя сердцами. Его губы коснулись её