Бессмертная - Елена Александровна Тимофеева

— Не дури, Демира! — Арий Конрад крепко держал её за локти, и ясным покоем наполнились его серые глаза, истаял в них лёд, сломались иглы колючей боли. — О каком поединке ты говоришь? Мы оба бессмертны! Этот бой будет длиться вечность!

— Я готова! — Она и правду была готова вступить в последнюю вечную битву, разнести в клочья свою клятую больную любовь.

— Да мы же в капусту друг друга искрошим! — с притворным ужасом воскликнул магистр. — Ты только-только от ран оправилась!

— Трус! — В гневе она не выбирала слов.

— Я тебя боюсь ранить! — пояснил он снисходительно, точно говорил с капризным ребёнком.

— А раньше не боялся! — напомнила она. — Что изменилось? Прежде не прощал оскорблений!

— Да, наговорила ты на десять драк! — согласно кивнул Арий Конрад. — Ответить придётся, не отвертишься, так и знай!

— Вот и сразись со мной! — бушевала Демира.

— И не жалко тебе меня? Совсем-совсем не жалко? — Он подмигнул дурашливо. — А я думал, ты меня любишь!

— Рот закрой и дерись! — последовал дельный совет.

— Так в чём же дело? Атакуй! — расхохотался магистр. — Бери свой меч, лучшая из воинов!

— Руки пусти! — Она рванулась, но будто железные тиски сжали её локти.

— Так освободись, чего же ты? — улыбнулся Арий Конрад. — Ты же сильная! Наподдай мне уже, облегчи душеньку!

— Тебе конец, Конрад! — взревела Демира.

Ветер поднялся, пронёсся, сминая нежную весеннюю траву. Заржал испуганно конь и пустился вскачь. Замолчали в лесу птицы. Качнулись камни на вершине скалы, дрогнули, скользнули вниз.

— Понеслась! — фыркнул магистр. — Дом разрушишь, где дело делать будем? — спросил сочувственно. — Иди ко мне, безумная! — Отпустил её локти, обнял, поднял, закрыл поцелуем её губы и понес свою бурю желанную к раскрытым дверям, где стояла, разинувши рот, бесиха Марыся.

Она посторонилась, в стенку вжалась, пропуская его, колобком покатилась следом и, когда хозяин переступил порог комнатки с мозаичным окном, захлопнула за ним тяжёлую дверь, задвинула железный засов и радостно потёрла морщинистые ручки.

Сварливая служанка последнего из Сов была всего лишь мелкой нечистью, не умела управлять природными стихиями, менять свой облик, читать чужие мысли. Но чтобы слышать пламенный диалог двух измученных душ, наконец-то обретших покой, ей не были нужны сверхзнания.

«Демира, о, Демира, моё солнце! Моя надежда и мой вызов, мой проигрыш, моя любовь и боль моя, и всё моё отчаянье!

Моя, судьбе наперекор! Моя, судьбой назначенная!

Годами я метался в кромешной тьме гордыни и химерных целей и в сердце угасить пытался ту жажду твоего живого света! Бесчисленны сомненья и терзания, и оправданья глупые стремлений лживых, чтобы себе остаться верным!

Как мог я потерять себя, с тобою обретая целый мир?

Как мог опустошиться, наполнившись твоим огнём?

Как мог быть столь слепым в своём тщеславии?

Как мог использовать тебя так подло?

Играть тобой, играть твоей любовью, уверенный, что устою, что посильнее буду всех чувств земных... Каким был долгим путь к тебе, Демира! Как долго я не понимал, что от любви нет отреченья!»

«Арий Конрад, моя недосягаемая высь!

Мой гордый смелый волк, что волей дорожил превыше всяких благ!

Мой полный древних знаний сосуд, к которому доверил прикоснуться и испить с него!

Как дерзок и силён ты был, когда стремился к своей цели, как безрассуден и бесстрашен, когда вступал в бои, чтоб защитить меня, когда с богиней смерти ты спорил за отпущенный мне срок! Ты к королевству сам меня подвёл, я стала королевой, поскольку ты желал мне счастье дать! Чтоб обрела я под ногами землю, чтобы окончился мой длинный путь! Как долго же я шла к тебе, через стольких мужчин, и вот теперь не нужно, мы дошли. Мы вместе. И перед нами простое человеческое счастье!»

«Я в этих подземельях Аримана с ума сходил, тобою грезя и с тобою говоря! Я погибал в своём самообмане!»

«Я изучала магию всех тёмных книг, чтобы тебе стать равной! А нужно было лишь всего-то отыскать тебя! Поговорить! Договориться и остаться!»

«Отрезать от себя тебя на полтора десятка лет! Безумец, жалкий самодур! Теперь, встречая каждый день, я проживу его с тобой за два! За те упущенные!»

«Арий Конрад!»

«Демира!»

Яркий свет хлынул в комнату, брызнул тонкими лучами сквозь узенькие щёлочки меж досок двери. Марыся взвизгнула в испуге, попятилась назад. Свет набирал силу, пронзал, ослеплял, дверь