Связанные кровью - Ребекка Сайдлер

– Он довел ребенка до безумия. Но когда тот показал блестящие результаты на Пробацио, все Дома последовали его примеру. – Она горько усмехается. – Этот монстр издевался над женой и дочерьми. Ненавидел женщин после того, как мать променяла его на светские рауты. В те времена существовал второй совет – Малый Совет, – работавший вместе с Верховным Советом, ныне Советом магов. Они занимались наставничеством и защитой магов – в основном женщин, жен и матерей из Великих Домов. Морбиас не мог смириться с этим. Особенно когда они разоблачили его жестокость – он принудил своих дочерей к кровавым сделкам с вампирами ради денег и влияния. И поскольку Совет состоял из мудрых женщин в годах, он разогнал их. Пригрозил, что, если застанет их на собраниях, – приговорит к смерти. Даже собственную бабку. Им пришлось разойтись.

– А что дальше? – оглядываюсь на дом, где ждет Лиам.

– Вампиром, заключившим кровавую сделку за дочь Морбиаса, оказался не кто иной, как сам герцог Кадм – ведь ни один маг не стал бы добровольно выбирать его. Он был слишком скуп, чтобы платить положенную компенсацию. Теперь он редко пользуется такими услугами – слишком печально известен убийствами придворных магов. Когда Морбиас объявил Малый Совет вне закона, его участницы были вынуждены покинуть город. Годы они встречались тайно, пока после смерти тирана не основали новую штаб-квартиру в городе, где ни одна ведьма не знала принуждения. Их покровителем стал вампир, известный принципом «не трогать ведьм» – при условии, что и они оставят в покое его вампирский город.

– Они здесь, – сухо замечаю я.

Хэйлин кивает.

– Как они могут помочь?

– Они могут создать чары, достаточно сильные для того, чтобы помочь тебе проникнуть во Двор Кадма. С твоей силой, но без их помощи, тебе не пробить его защиту. Он заплатил много денег, чтобы создать ее. Я надеюсь, что они помогут нам, ведь некоторые из них потеряли дочерей, когда этот монстр боролся за власть.

– Откуда ты это знаешь?

– Я состояла в Малом Совете, пока не стала пить кровь Лиама для долголетия.

– Тогда давай попробуем, – вскакиваю я.

– Но есть условие. Они не примут тебя, если почувствуют Лиама. Думаешь, он отпустит тебя одну?

Я качаю головой, сглатывая ком в горле:

– Нам нужно уехать сегодня. Без вампиров.

Так я оказываюсь в машине собственного мужа, пока он спит под воздействием зелья. Пальцы касаются губ – на них еще живет призрак его поцелуя. Когда он проснется, его ярости не будет предела.

* * *

Сорок минут – ровно столько потребовалось Хэйлин, чтобы промчаться через весь город и добраться до неблагополучного района Портефлоре. Хотя «неблагополучный» для Портефлоре – понятие относительное. Ломбарды на каждом углу, заведения с развлечениями для взрослых, закрытые в столь ранний час. Мы паркуемся перед полуразрушенным торговым центром – местом, которое давно забыло о лучших днях.

– Это опасно, – шепчет Хэйлин у входа. – Дай мне начать.

Дверь выглядит безобидной, пока не подходишь ближе. Теперь я вижу руны и защитные чары, предупреждающие о страшной участи для любого мага, который попытается войти силой. Работа высочайшего уровня – такие чары требуют месяцев подготовки и тонн денег.

Хэйлин стучит костяшками:

– Бабушка, мать, сестра, дочь.

Руны продолжают двигаться, узор не нарушается. Хэйлин хмурится, словно уговаривая дверь открыться. Наконец руны замирают, дверь приоткрывается.

Женщина с оливковой кожей и белыми косами выглядывает наружу. Между бровей – незнакомая татуировка, в носу – пирсинг с колокольчиком, звенящим при каждом движении.

– Этот пароль устарел, – ворчит она, оглядывая нас. Взгляд становится ледяным. – Хэйлин, мы предупреждали – тебе здесь не рады.

– Знаю. Но нам больше некуда идти. Нам нужна помощь.

Женщина поворачивается ко мне:

– Чего ты хочешь?

Я поджимаю губы, глядя на Хэйлин.

– Она тебе не поможет, – колко произносит женщина. – По-другому тебе сюда не попасть.

Дверь начинает закрываться. Я шагаю вперед:

– Мне сказали, вы помогаете ведьмам. Я прошу помощи.

– С чем именно? – подозрительный взгляд.

– Проблема с вампиром.

– Твое имя и принадлежность к Дому.

– Фаррен, – не называю фамилии. – Я вне Домов.

Сейчас я переживаю что-то вроде кризиса идентичности. Не хочу оставлять имя отца, но говорить фамилию Лиама перед встречей с ковеном ведьм – тоже не лучшая идея

В глазах женщины вспыхивает огонь. Она распахивает дверь, сжимает меня в объятиях так, что хрустят ребра. Хэйлин шипит, и женщина отпускает меня, изучая мое лицо.

– Фаррен Дюбуа. Я ждала этого много лет.

– Теперь я Краннюр, – говорю честно.

Хэйлин задерживает дыхание, качая головой.

– Что? – пожимаю плечами. – Немного откровенности не повредит.

– Верно, – вздыхает женщина, протягивая руку. – Я Калила. Твоя двоюродная тетя.

Сердце замирает. Вглядываюсь в ее черты, ища сходство. Слишком многого хочу?

– Разве вы все не погибли?

Она качает головой, глаза блестят:

– Меня не было там, когда Дом пал. Мой брат, твой дядя, не одобрял мою работу в Малом Совете. А Кадм счел меня недостойной смерти – ведь я не владею даром ветра и бесплодна. Входите, но Хэйлин – только до порога.

Мы следуем за ней по коридору, уставленному горящими свечами – явное нарушение всех мыслимых норм пожарной безопасности. Но они же ведьмы. Судя по всему, электричество здесь не включали уже века.

В холле внезапно воцаряется тишина. Очередная порция «славы», от которой уже тошнит. Женщины всех возрастов оборачиваются, и я неловко машу рукой.

– Привет, – выдавливаю я.

Несколько ведьм машут в ответ. Кто-то протягивает чашку кофе. Еле сдерживаю гримасу – Лиам испортил мне вкус к дешевому кофе. Некоторые смотрят с недоумением, особенно заметив Хэйлин. Не лучшее начало.

Нас провожают в пустую комнату, где вместо мебели – пятнадцать огромных, подозрительно эргономичных пуфов, расставленных по кругу. В центре пылает зачарованный костер – греет, светит, но не обжигает: его пламя замерло, будто стеклянное. Ковер под ногами – все, что осталось от былого офисного прошлого этого места. На стенах – лишь тени от давно снятых картин. Хэйлин и я устраиваемся на одном из мешков. Входят девять женщин, рассаживаются по своим местам. Тетя скрещивает ноги и руки – точь-в-точь как я.

– Чего ты хочешь, любовница вампира? – нападает одна из них. – Не отрицай. Я вижу его след в твоей магии. Вы связаны душами.

Связаны душами?

Впервые слышу, чтобы вампир менял магический почерк ведьмы. Должно быть, это та связь, о которой говорил Лиам.

– Я бы на вашем месте говорила о нем уважительнее. Из всех земель вы выбрали жить именно под его защитой.

Шепот пробегает по кругу.

– Лиам лучший из них, но все