Влюбленный Уайльд - Элоиза Джеймс

— А твой дом тоже расположен возле болота?

Уилла вытянула вперед обе руки, но между ее пальцами и пальцами Аларика все еще оставался промежуток.

— Мы можем его продать, — бросил он. — Эви, ты умеешь плавать?

— Умею. Мы с Лавинией купались в море в Брайтоне.

— Тогда представь, что ты лежишь на поверхности воды, и скользни правой рукой в мою сторону, вот так.

Уилла повторила движение, которое он ей показал, и потянулась вперед всей правой частью тела. От этого движения ее ложе неистово закачалось.

— Полегче, Эви, — тихо, лишь чуть громче вздоха, сказал Аларик. — А теперь понемногу, постепенно, оставаясь на одном уровне, поведи бедром влево.

Уилла попыталась и через секунду сказала:

— Я совсем нисколько не продвинулась.

— Ты продвинешься! — Аларик смотрел на нее с таким напряжением, словно силой взгляда мог протянуть ее через последние полфута трясины.

— Кажется, мой турнюр застрял, — сказала Уилла.

— Что-о?

— Мой пробковый турнюр. — Уилла улыбнулась. — Наверное, тесемки, которые держат его на моей талии, зацепились за какие-то ветки.

Аларик ошеломленно замер.

— Этот турнюр из пробки, — медленно произнес он, — это он держит тебя на плаву?

— Наверное. Когда я споткнулась, мои руки и ноги провалились сквозь мох, но меня тут же вытолкнуло наверх. Только, кажется, я не могу двинуться вперед. Или назад.

Аларик медленным, плавным движением потянулся к ней.

— Ты переносишь свой вес на мох? — Уиллу пронзил страх. — У тебя же нет турнюра, чтобы держать тебя на плаву!

Аларик сделал еще одно движение, такое осторожное, что по поверхности прошла лишь легкая рябь. Уилла поняла, что он идеально контролирует каждый мускул. Когда он двигался, вес его тела не отклонялся ни вправо, ни влево.

— Со мной все в порядке, — тихо заверил он. — Я хорошо держусь коленями за кочку. Не идеально, но достаточно.

Еще одно движение, такое медленное, что Уилла его почти не заметила, и его руки крепко обхватили ее вытянутые пальцы. Уилла улыбнулась дрожащими губами.

— Здравствуй, дорогой. Я… я очень рада, что ты за мной пришел.

— Я не мог иначе, — заявил он безо всякого пафоса. — Теперь я собираюсь потянуть тебя к себе так, чтобы ты заскользила по поверхности. Ты можешь согнуть ноги в коленях, подняв ступни над поверхностью?

— Боюсь, так я… ой! — воскликнула Уилла. — Кажется, я поняла.

— Так твои ступни не будут тебя тормозить, а пробковый турнюр не даст утонуть. Я резко дерну тебя за руку, и это должно освободить застрявшие тесемки. Действуем по моему кивку.

Уилла посмотрела Аларику в глаза.

— Если я упаду в воду, пожалуйста, оставайся там, где ты в безопасности, хорошо?

— Когда я задал тебе этот же вопрос, ты не ответила.

— Мой ответ — нет. — Это была правда, и она исходила из самого сердца Уиллы. Аларик — ее мужчина, а она — его женщина, и если бы один из них погиб, другой ушел бы вслед за ним. Уилле вдруг пришла в голову одна мысль, и она ею поделилась: — Может быть, это и хорошо, что мои родители погибли вместе.

— Мы не погибнем, — твердо сказал Аларик и крепче сжал ее руку. — Сейчас, Эви.

Она мгновенно согнула ноги в коленях, подтягивая их к себе, в тот же самый миг Аларик резко потянул ее на себя. Рывок освободил тесемки турнюра, и Уилла заскользила по поверхности болота, как обруч по лужайке. Аларик рванулся назад, и они вместе откатились на относительно твердую землю.

Аларик крепко обхватил ее руками и зарылся лицом в ее волосы. Уилла дрожала всем телом, от потрясения она чувствовала себя более испуганной, чем минуту назад.

Через некоторое время она обхватила его лицо ладонями.

— Аларик, ты спас мне жизнь.

В сгущающихся сумерках Уилла прочла на его лице муку.

— Эви, одна из моих читательниц пыталась тебя убить. Пыталась убить!

Уилла замотала головой.

— Пруденс не читательница, она сумасшедшая. С ней невозможно было ничего поделать, как, например, со вспышкой молнии. Ты не в ответе за ее поступки.

Аларик поморщился, но потом осторожно встал.

— Ты промокла и замерзла. — Он помог Уилле подняться. — Нам нужно добраться до хижины резчика торфа, пока совсем не стемнело.

— Я мокрая, но мне не холодно, — сказала Уилла. Аларик показал ей, как прыгать с кочки на кочку, и она пошла следом за ним. — К счастью, сегодня тепло.

Когда они дошли до низкой хижины, Аларик помог Уилле войти внутрь и оставил дверь открытой, чтобы в хижину проникали последние лучи солнца.

— Кое-кто хочет с тобой увидеться, — сказал он.

— Душка! — Уилла опустилась на колени. — Ты вся в грязи! — Она прижала маленького скунса к щеке, но тут же заморгала и отодвинула зверька на расстояние вытянутой руки. Потом повернулась к Аларику: — От нее ужасно пахнет! Она никогда так не пахла.

— Она обрызгала Пруденс, — пояснил Аларик, садясь на корточки рядом. — Так я и узнал, что Пруденс мне врет, и также узнал, где именно ты сошла с дорожки. Если бы не Душка, тебе, возможно, пришлось бы провести всю ночь одной на болоте. Кстати, как Пруденс заставила тебя сойти с дорожки?

Уилла поежилась.

— У нее есть пистолет.

— Боже правый! — Он обнял Уиллу. — Я поставил возле ее двери лакея караулить, чтобы она не сбежала. Завтра утром ее передадут в руки шерифа, обещаю.

Душка попыталась выбраться, тогда Уилла опустила ее на пол. Маленький скунс взмахнул хвостом и выбежал из хижины.

— Душка ее опрыскала? Что ты имеешь в виду?

— Этот запах — ее оружие. — Они посмотрели, как зверек обнюхал землю снаружи хижины и помочился, а потом потрусил обратно в хижину. — Я рад, что она не использовала для этой цели мой карман.

— У Душки очень хорошие манеры, — сказала Уилла и положила голову на плечо Аларика.

Он поцеловал ее в макушку, потом осмотрел хижину. Разжечь костер из торфа было минутным делом. Аларик нашел в хижине пару сальных свечей, чтобы разгонять темноту, и три глиняных бутылки с чистой холодной водой, вероятно, набранной из той самой подземной речки, в которую они чуть было не провалились. Он закрыл дверь, чтобы дым от горящего торфа не клубился по хижине, а поднимался вверх через дымоход.

— Люди моего отца нас найдут, — сказал он. — Эта лачуга принадлежит Барти, старому добытчику торфа, он живет со своей внучкой в деревне. Как только люди почувствуют запах горящего торфа, они поймут, где нас искать.

Уилла сидела, прислонившись к стене, на груде грубых одеял, брошенных на импровизированную постель, и пила воду из глиняной бутылки.