Наследник - Яна Голд

– Я скучала, – вместо приветствий сказала она Марку, а потом отстранилась и перевела взгляд на меня.

– Теона, я столько всего о тебе слышала, что кажется, ты уже живешь с нами. Дочь вчера все уши прожужжала. Сын не был так многословен, но то, что ты тут, уже о многом говорит. Проходи. Не стесняйся, – деловито поторопила она. – Я Марина.

– Очень приятно, – улыбнулась я.

Мне нравились открытые люди, а мать Марка, кажется, еще и была экстравертом. С такими людьми вообще не соскучишься. Они в два счета заговорят тебя и утащат в свой энергичный хоровод.

Не успели мы разуться, как в коридор влетел еще один вихрь под названием Милена. Сестра Марка потеснила свою маму и кинулась ко мне в объятия, игнорируя брата.

– С ума сойти, – выдохнула она. – Моя любимая писательница у меня дома.

– Я тоже рад тебя видеть, сестренка, – насмешливо сказал Марк.

– Дай хоть ребятам войти для начала, – напомнила Марина своей дочери.

В ее интонации не было ни раздражения, ни строгости. Только материнская невозмутимость, которая появляется, когда долгие годы учишься направлять ураган в нужную сторону вместо того, чтобы пытаться его остановить.

Милена отбила «пять» Марку и отступила, давая нам войти.

Я слышала, что в сталинских домах нередко встречались коммунальные квартиры, но здесь из атрибутов прошлого оставались только высокие потолки и паркет елочкой. В остальном – современный ремонт по всем последним канонам дизайна. Светло, просторно и уютно.

За ужином мое первое впечатление подтвердилось – Марина оказалась из тех людей, рядом с которыми молчать не получалось при всем желании. Не было ощущения, что говорит только она, но именно мать Марка задавала тон всей дискуссии. Она была активной, искренне интересовалась всем происходящим, поэтому разговор как-то сразу набрал скорость и не сбавлял обороты.

Погода в Монако, работает ли у Марка домработница, что нового в казино, как мы познакомились, как я стала писателем, как прошла книжная выставка – ее интересовало все.

– Долго мне делать вид, что я не замечаю кольцо на пальце Теоны? – спросила Марина, меняя тему. – На свадьбу пригласите хотя бы?

– Если она будет, конечно, – ответила я и тут же поняла, как это прозвучало.

Как будто свадьбы не будет вовсе.

– Мы еще не решили, как быть, – поспешила я объясниться и посмотрела на Марка в поисках его поддержки. – Пока, мне кажется, неуместно устраивать пышное торжество. Возможно, мы просто распишемся.

При косвенном упоминании событий, связанных с отцом, Марк напрягся, но опровергать мои слова не стал. Ограничился скомканной салфеткой.

– Понимаю, – сказала Марина. – Обстоятельства сейчас не самые простые.

Она с беспокойством посмотрела на сына. Ей явно хотелось сказать ему куда больше, но этот разговор не предназначался для меня и Миланы.

– Но в любом случае, пригласите хотя бы на ужин. Наверняка, и родители Теоны будут рады разделить с вами это событие.

– Это точно, – заверила я.

– То есть мы полетим в Монако? – тут же ухватилась за главную мысль Милена.

– Сестренка, я тебе всегда говорил, что ты можешь прилететь ко мне на каникулы, – обрадовал Милену Марк. – В любое время. Только скажи.

– Я не знаю, когда меня папа отпустит, – грустно вздохнула Милена, поджав кукольные губы. – Мама не против.

– Ты же знаешь, детка, – мягко сказала Марина, с сочувствием глядя на дочь, – покажи папе отличный табель, и езжай, куда хочешь.

Милена несдержанно закатила глаза. Похоже, такой упрек она слушала не впервые.

– Ладно. Вы тут секретничайте пока, а мы с Тео пойдем подписывать книжки, – решила сестра Марка. – Ты готова?

– А чай? – спросила Марина.

– Мам, ты нас так накормила, – Милена демонстративно положила руки на живот в желтой обтягивающей футболке. – Дай хотя бы час, чтобы мы все переварили.

Милена не дала мне опомниться. Как только я прожевала последний кусок курицы из «Цезаря», она схватила меня за руку и потянула за собой. Марина только покачала головой, понимающе мне улыбнулась и начала убирать со стола. Марк проводил нас взглядом и подмигнул мне, сохраняя абсолютно невозмутимое выражение лица.

Я последовала за Миленой по коридору, и вошла в ее комнату.

Что ни говори, а в ее уголке было все, о чем только может мечтать пятнадцатилетняя девчонка. Комната Барби в молочно-розовых тонах. Мягкие игрушки жили по соседству с золотыми интерьерными безделушками. Никакого хаоса и разбросанных вещей. Видимо, ее родители строго следили за порядком и держали дочь в ежовых рукавицах. Но при этом давали ей все.

– У тебя тут уютно, – похвалила я.

– Ага. Папа разрешил оформить все, как мне хочется, когда мы делали ремонт пару лет назад. Я тогда заняла первое место на олимпиаде по английскому.

– Ого. Умница! А где папа сейчас?

– В рейсе, – пояснила Милена. – Ему Сеул поставили. Через пару дней вернется. Останетесь сегодня у нас ночевать? У нас есть комната для гостей. Там Марк обычно останавливается, когда приезжает к нам.

– Не могу ничего обещать. Посоветуюсь с Марком.

– Я уговорю его, – самоуверенно заявила Милена. – Смотри.

Она указала на огромный книжный шкаф, который я заприметила сразу, как только мы вошли в комнату. Одним стеллажом тут дело не ограничилось. Всю стену занимали полки, доверху забитые книгам. Тут классика стояла рядом с подростковыми романами о любви. Огромные ряды занимали всевозможные фэнтези-циклы. Тут же стояли детские энциклопедии. Родители Милены явно не жалели деньги на книги для дочери, а у девочки всегда рядом было окно в другие миры.

– А у тебя серьезная библиотека, – одобрительно кивнула я.

– 1500 книг где-то, – зарделась от похвалы Милена. – Марк говорил, у Рошфоров больше.

– Зато эта только твоя.

– Не только. Мама почитывает мои книги периодически. Твою тоже читала. Кстати, вот твоя полка, – указала Милена на один из стеллажей.

Я подошла ближе. На уровне глаз, аккуратно выстроенные по порядку выхода, стояли мои книги. Все до единой. Некоторые – с закладками, торчащими из-под обложки. Парочка – в двойном экземпляре: одна читанная-перечитанная, с потрепанным корешком, а вторая в идеальном состоянии. Помимо обычных изданий, у Милены стояла моя книга, которая успела выйти