Цена любви и мести 2 - Анастасия Разумовская

и горячо. Ирис обхватила ногами пояс мучителя, обняла руками плечи, задвигалась в такт, захныкала от порочного желания. Ощутила, как Ширан взорвался в ней, дёрнулся несколько раз. Захрипел, навалился всей тяжестью, дрожа. И от этой тяжести её саму накрыло волной оргазма.

Ширан поцеловал мокрую от пота шею девушки, прилипшие к ней пряди волос, снова поднялся на руках и усмехнулся:

— С добрым утром, девочка.

В глазах его искрился смех.

«Я никогда раньше не видела, чтобы Ширан смеялся, — вдруг осознала Ирис. — Ни, когда была ребёнком, ни потом. Даже не подозревала, что такое возможно. А в последнее время он стал делать это всё чаще и чаще».

Герцог вскочил и ушёл в душ. Вышел, обнажённый. Струйки воды стекали по его телу, испещрённому шрамами, мокрые волосы прилипли ко лбу.

— Пошли купаться.

— Ты почему такой радостный? — подозрительно уточнила Ирис, прищурившись.

— У меня сегодня свадьба, — Ширан пожал плечами, отбросил одеяло, подхватил невесту и понёс в душ. — Разве это не повод радоваться?

Ирис обняла его за шею.

— Повод. Для тех, кто любит радоваться. А ты, наоборот, любишь унижать, доминировать, воевать и…

Запнулась. Отстранилась и взглянула в его лицо:

— Ты радуешься приближающейся войне, да?

Он поставил девушку на деревянную полированную решёточку, прижал к себе, открыл вентиль. Усмехнулся, запрокинув лицо под струи.

— Д-да, — признался сквозь зубы, снова посмотрев на неё. — Ты меня уже неплохо знаешь, верно?

— Тебе нравится противоборство? Нравится побеждать, но не сама победа, а…

— Да, — он наклонился и заткнул ей рот поцелуем.

«Я не должна быть послушной, — вдруг поняла Ирис. — Он говорит, чтобы я была послушной, но на самом деле он хочет не этого. Ему нужна борьба, он наслаждается ей, самим процессом «побеждания», а вовсе не победой. Он — человек войны, а не мира».

Когда они спустились в обеденный зал, там уже всё было накрыто к завтраку. Длинная скатерть урывала стол, между колонн потрескивали жаровни на витых латунных ножках.

— Мы кого-то ждём? — удивлённо спросила Ирис.

— Меня.

Принцесса резко обернулась. Из колонн вышла улыбающаяся Эстэль в нежно-голубом платье с изумрудными вставками. Золотистые кудри были собраны в высокую причёску, зафиксированную сапфировой заколкой. Дочь герцога Исольва опустилась в реверансе, неглубоком, подобающем её статусу.

— Доброе утро, Ваше Высочество!

Пальцы Ирис стиснули вышитую салфетку. Принцесса попыталась заставить себя улыбнуться:

— Доброе утро, Эстэль. Прошу вас, присаживайтесь.

— Вы прекрасно выглядите, Ваше Высочество, — промурлыкала дочь Исольва.

Ширан вежливо отодвинул ей стул и сел сам. Они принялись есть.

— Знаете, я так рада, что мы с вами породнимся! — нежно улыбнулась Эстэль, хлопая глазками. — Его Светлость предложил быть мне свидетельницей с вашей стороны. Надеюсь, вы не против?

Ирис метнула взгляд, словно дротик, в сторону Ширана. Он издевается?

— Боюсь, это невозможно, — улыбнулась в ответ не менее мило, — я обещала уже это почётное место другой.

— Елисель? — утонил герцог невозмутимо.

— Разумеется.

— Боюсь разочаровать вас, Ваше Высочество, но госпожа Елисель не сможет присутствовать на нашей свадьбе: она уехала ранним утром на завод.

У Ирис дрогнули губы.

— Благодарю за завтрак, — выдохнула она резко. — Распорядитесь отнести меня в комнату. Так много подготовки ещё, а аппетита совершенно нет!

— Позвольте, я вас довезу? — мило прочирикала Эстэль.

— Нет, — вырвалось у Ирис, но принцесса тут же смягчила рычание вежливым: — Поручим слугам хлопоты слуг.

Ширан поднялся и выкатил коляску с невестой в коридор. Сел перед невестой на корточки, опершись о подлокотники.

— В чём дело, Ирис? — спросил мягко.

От гнева у неё дёргались губы.

— Ты серьёзно? — прошипела она. — Твоя любовница станет подружкой на моей свадьбе?

— Твоя будущая невестка, — спокойно возразил он.

— С которой ты спал!

— Которую ты сама мне подложила.

— Это неважно! Я передумала! Я не выйду за тебя замуж и…

Ширан вытащил невесту из коляски, закинул на плечо и поднялся в комнату. Сел в кресло и посадил к себе на колени.

— Ирис…

— Женись на Эстэль! А я стану её подружкой. Вот так!

В голосе девушки зазвенели слёзы. Глаза Ширана полыхнули золотом. Он их закрыл.

— Ирис, ты же понимаешь, что госпожа эль Диар не может быть свидетельницей на свадьбе дочери короля?

Ирис зажмурилась, но слёзы всё равно вырвались из-под ресниц и побежали по щекам.

— Я не хочу, чтобы Эстэль была…

Он стал целовать эти слёзы, эти ресницы, гладить её волосы и… сдался.

— Хорошо. Не будет. Объясни, что не так. Ты ревнуешь?

— Нет, — прорычала она. — Вовсе нет! Мне противно смотреть на неё. Она… она… мы поссорились. Она наговорила мне гадостей. Она…

Всхлипнула и уткнулась в его плечо. Ширан снова погладил её волосы.

— Ты же волновалась, чтобы я её не убил. А сейчас переживаешь, что не убил.

— Это другое, — снова всхлипнула Ирис. — Я не желаю ей смерти. Мне её жалко. Но я не хочу её видеть. Тем более, на моей свадьбе, и тем более — свидетельницей.

— Я поищу другую свидетельницу. Однако вам с Эстэль нужно будет помириться, Ирис. Она станет женой твоего брата и короля.

— Но не моей свидетельницей!

— Хорошо. Не будет. Обещай, что помиришься с ней?

Ширан попросил мягко, но Ирис почувствовала в его интонации приказ. И герцог всё ещё не открывал глаз.

— Я сделаю вид, что мы не ссорились, — буркнула сердито, — но просить прощения точно не буду. И подругами мы не станем.

— Хорошо, — шепнул он.

Весь день заняло приготовление к свадьбе. Модистка крутилась вокруг Ирис, подшивая и утягивая платье. Парикмахер, ювелир, много-много знакомых лиц из другой жизни. Воздух вокруг гудел от их шепотков. Эстэль не было, и Ирис тихо радовалась отсутствию соперницы. Пыталась разобраться в собственных эмоциях, но их было слишком много, и все противоречили друг другу.

«Я предаю Эйва» — в ужасе думала она.

«Он запомнил, что я люблю вишнёвые ткани… Так странно, что Ширан запомнил это…»

«Став моим мужем, Ширан будет претендовать на трон? Да? Ведь да? Он же сказал, что будет королём! А Дайн? Как же Дайн?»

«Какой нежный муар! Как жаль, что мне нельзя танцевать…»

И ей до дрожи на коленках захотелось на бал, и чтобы Эйв, хохоча, снова начал выделывать нелепые па и…

«Стоп! Нельзя об этом! Я разнюнюсь»

Ирис закрыла глаза, попыталась упорядочить хаос из мыслей. Итак, став её мужем, Ширан поднимется на ступень к трону. Она может этому помешать? Да. Может в решающий момент отказаться выходить замуж?

И тогда?

Тогда он швырнёт её в застенки, превратив снова в игрушку, в вещь, с которой можно делать что угодно. И никто из герцогов и именитых людей