Цена любви и мести 2 - Анастасия Разумовская

Она отстранилась и заглянула в его глаза:

— Какой?

— О том, что скоро буду. Чтобы вы с Лисей меня дождались. Если бы ты мне ответила, что у тебя нет времени, я прибыл бы быстрее. Почему ты не дождалась? Не нашла способ связаться? Я заходил на каждую телеграфную станцию по дороге, но ответа от тебя не было.

Ирис провела пальцем по его щеке, бритой, гладкой. Это всё же был Эйв. Сама Ирис не придумала бы такого во сне, ни про какую телеграмму не подумала бы.

— Я не получила её. Видимо, мы уехали раньше, чем она пришла. Эйв, ты понимаешь, что это — я, а не сон?

— Ну конечно, ты, — усмехнулся он устало.

Ей стало ясно, что он не понимает.

— Эйв, Елисель тоже выкрали по приказу Ширана.

— Я уже понял, — процедил он.

Она коснулась желваков, заигравших на щеках брата. Прижалась к нему.

— Ты правда женишься на Ксирате?

— Д-да.

— А как же Елисель?

Лицо Эйва дрогнуло, щека дёрнулась. Принц сел на корточки, взял руки Ирис и заглянул в лицо сестры снизу-вверх.

— Мелкая, тут оказалось, что… Ну, в общем, я незаконнорожденный. Ты читала статью?

— Да. При чём тут…

— От меня отвернулись герцоги. Дайн короновался, а Дайн, маленькая, это Ширан. Братик слишком мал и глуп, чтобы что-то из себя представлять. Увы. Я хотел забрать вас с Лисей и уехать на север, но… Тебя похитили. А потом и Лисю. Я понимаю, что глупо спрашивать сон, но… она жива? Ты не знаешь?

— Я не он, Эйв. Я…

Ирис резко замолчала. Что скажет брат, узнав, что его сестра — дочь демона?

— Лися жива. Только она сегодня вышла замуж за Баэрда.

Его лицо снова исказилось от боли.

— Не злись на неё, пожалуйста, — заторопилась Ирис. — У неё выбора не было. Не вышла бы — Ширан убил бы вашего ребёнка.

Эйв охватил её колени, зарылся лицом в юбку. Ирис принялась гладить его вьющиеся волосы. Она поняла: ему нужно переварить эту информацию.

— Наверное, так даже лучше, — глухо пробормотал Эйв. — Я знаю Баэрда. Он хороший человек.

— Но Лися любит тебя! — зло выкрикнула Ирис.

Брат встал. Он уже овладел собой.

— Мы не всегда с теми, с кем хотим быть. Я люблю Елисель. Но должен жениться на Ксирате. А Лися никогда не согласилась бы быть моей фавориткой. Так что всё к лучшему.

Ирис внезапно вспомнила, зачем она здесь.

— Нет, Эйв, нет! Ты должен жениться на Эстэль. Ты должен сложить оружие! Иначе Ширан тебя уничтожит, слышишь? Я не хочу потерять ещё одного брата. Пожалуйста, Эйв! Пожалуйста, сдайся. Я взяла с него слово, что он не причинит тебе зла.

— И оставить вас — ему? — холодно уточнил принц.

— Да. Оставь меня ему. Я справлюсь. Так нужно, просто поверь. Потому что Южный континент…

— Нет.

Она в отчаянии вгляделась в лицо, внезапно ставшее чужим и холодным. Схватила брата за руки.

— Эйв, пожалуйста! Я прошу тебя. Я тебя люблю, я очень тебя люблю! Больше всей семьи, даже больше Лилиан! Я люблю Ширана, я… я вышла за него замуж, Эйв! Так получилось. Я знаю, что всех предала. Папу, маму, Астора, всех. Но так нужно. И я его люблю. Я… я жду его ребёнка. Но как я смогу делить с ним постель, если он убьёт тебя?! Но я буду это делать. Эйв, я не хочу предать ещё и тебя! Пожалуйста!

Брат смотрел на неё, и с каждым её словом его лицо становилось всё более чужим. Ирис шагнула к нему, обхватила плечи, прижалась щекой к груди.

— Эйв, Эйв, пожалуйста! Я же знаю, ты не мстителен. Ты не…

— Нет, — тихо ответил он, отстранил её и шагнул назад. — Ты не знаешь. Ирис, я убью Ширана. Клянусь.

Глава 22. Политики

Дайну было скучно. Он сидел во главе совета и изо всех сил старался не зевать: мерный, певучий голос советника Гория и огонь бы, наверное, превратил в воду. Такую, болотную. Спящую. Голова короля стала тяжёлой-тяжёлой. Дайн отчаянно моргал.

— … в противном случае нас ждёт война, — донеслось до короля сквозь дрёму.

Монарх встрепенулся.

— Отлично! — воскликнул жизнерадостно. — Вот так бы сразу. А то все эти поставки-доставки, пшеница там всякая. Пусть будет война!

— Ваше Величество, война это не только подвиги, это смерть, болезни…

Он что? Поучает его? Дайн подозрительно прищурился, бросил сердитый взгляд на советника.

— Ирбисов давно пора оттаскать за хвосты, — изрёк гордо. — Я сам этим займусь. Подготовьте всё для войны.

— Ваше Величество… — начал было Горий, но Дайн уже вскочил.

— Я не давал вам разрешения меня перебивать! Герцог Ширан, поезжайте на юг, заберите ваши корабли. Мы обогнём континент и неожиданно нападём на барсов с севера. Вот потеха будет, да? Они-то нас с севера вовсе и не ждут! Герцоги Ярнис, Майнегар и Радорм, если вы все вместе ударите… Только подождите!

Он вскочил с кресла, сделанного похожим на трон, затанцевал было на месте, но тут же замер, осознав, что король должен держать себя в руках и быть величественным. Таким, как статуя Кальдера Великого на Королевской площади. Расправил плечи, немного выпятил подбородок (ему казалось, что так он выглядит солиднее) и изрёк как мог суровее:

— И мне нужен гнедой скакун. Потому что победители всегда взъезжают в столицу на гнедых скакунах под огненными флагами. Горий, у нас есть гнедой скакун?

— Боюсь, что нет, Ваше Величество.

— Если я заберу флот с Неприветливых островов, — процедил герцог Ширан, — то гнедой скакун понадобится демонам.

Дайн скривился:

— Ну оставьте там что-нибудь. И вообще, там же скалы. Поплывут на север и потонут. А вот если барсов сжать в клещи с двух сторон…

— И кого вы назначаете главнокомандующим, Ваше Величество? — Хэлтор, Второй герцог Запада, приоткрыл глаза.

До этого казалось, что герцог спал. У него было вытянутое, похожее на полумесяц лицо, с выступающим вперёд подбородком. И складчатые веки. А голубые глаза блестели и искрились, словно драгоценные камни. Дайну Хэлтор всегда казался похожим на какую-то личинку. Очень бледная кожа, тонкие, длинные пальцы, сам тоже длинный и тонкий. И ещё это лицо с постоянной, немного меланхоличной улыбкой и ярким родимым пятном на всю правую щёку. Казалось, герцог постоянно спит.

Король пожал плечами:

— Я сам поведу войска!

Присутствующие на совете переглянулись.

Хэлтор Багряноликий снова смежил веки, на которых практически не заметны были белесые ресницы. «Он похож на черепаху из аквариума Гория» — неприязненно подумал Дайн.

— Вряд ли