Расставание по согласию. Книга 1 - Цзюлу Фэйсян

я знала, что любой может оказаться нечистью, моя жизнь изменилась бы навсегда. Прогулки с Мэнмэн, тренировки в лагере, да и просто повседневные встречи – все стало бы отравлено подозрением. Я бы стала мнительной, недоверчивой. Жила бы в вечном страхе, видя врага в каждом знакомом лице.

«Если ты счастлива, то лучше не знать слишком много», – всплыли в памяти слова Се Чжо.

Вот что это значило.

Если я узнаю, это станет моей бедой. Если узнает весь Куньлунь – бедой всего Куньлуня. Если узнает весь мир – бедой всего мира. Все города превратятся в Бессмертный город, все их жители станут частью этого кошмара.

– Как удается скрывать такое? – спросила я. – Почему никто в мире не знает о Бессмертном городе?

– У этого города есть вход, а выхода нет. Все совершенствующиеся, попавшие сюда, либо становятся нечистью, либо сражаются с ней до самой смерти.

У меня свело челюсть. Простое правило, но сколько невинных из-за него уже костьми полегло. Сколько жизней, сколько судеб.

– Владыки всех священных гор знают об этом.

– Сиванму знает?

Се Чжо молча кивнул, подтверждая. Я сжала губы. Он же нес меня дальше сквозь туман и продолжал говорить:

– Цинь Шуянь тоже знает. Такие, как он, – последняя линия обороны Бессмертного города снаружи.

– Что это значит?

– Нечисть в Бессмертном городе не только трудно отличима от прочих существ, но и намного сильнее той, что встречается во внешнем мире. Бессмертный город не выпускает нечисть наружу, а Цинь Шуянь и ему подобные – это продолжение города в большом мире. Они отправляют сюда тех, кто случайно узнал правду, и передают сообщения извне к снежному барьеру.

Чтобы никто не узнал.

Жестоко. Но неизбежно.

– Они? – уцепилась я за слово.

– Во всех восьми пустошах, везде, где живут совершенствующиеся, есть места, подобные павильону Изумрудного озера. Там смешиваются рыбы и драконы [43] и собираются все слухи мира.

Так вот как раскинулась эта сеть. Управляемая владыками священных гор и сплетенная бесчисленными «старинами Цинями» по всему свету. Она запирала нечисть в Бессмертном городе и скрывала само знание о его существовании, позволяя миру пребывать в иллюзии покоя. Жить на острие ножа и не подозревать об этом.

Се Чжо скрывал это от меня, потому что правила этого мира заставляли его молчать. Ни слова не проронил под страхом смерти и ради моего блага, чтобы меня не отправили в Бессмертный город и я не жила в вечном страхе.

Поэтому Се Чжо доверял старине Циню: они оба знали правду. У них не было нужды что-то скрывать.

– А ты? – спросила я. – Какова твоя роль во всем этом?

В Бессмертном городе есть вход, а выхода нет, но Се Чжо жил снаружи. И теперь принес внутрь меня. Свободно пересек барьер. Он знал правду, но Сиванму и Цинь Шуянь позволяли ему это. Не отправили сюда насильно.

Раньше я думала, что наши чувства тронули Владычицу Запада и она дала разрешение на наш брак из милосердия. Теперь мне казалось, что она просто сделала исключение для Се Чжо по какой-то иной причине.

Почему он может существовать вне правил, установленных богами?

Его связь с нечистью, кажется, более странная и глубокая, чем у кого-либо в этом мире.

– Я…

Се Чжо задумался. Надолго.

Мы шли сквозь туман, и я разглядывала его профиль, понимая, что он не тянул время и не избегал ответа намеренно. Он просто думал. Словно… и сам не знал, где его место в этом мире.

После долгого молчания уголки его губ чуть дрогнули в подобии горькой улыбки.

– Я – ошибка, которую нужно исправить.

Понятнее мне не стало.

Се Чжо повернул голову и посмотрел на меня. Его кадык дернулся, словно он проглотил тысячи слов, которые хотел сказать.

То, как он ушел от ответа, было мне знакомо, но сейчас в его поведении ощущалось что-то иное. Странное чувство зародилось в сердце – как тогда, когда он сказал, что спасет меня не из-за завета.

Се Чжо в последние дни стал каким-то странным. Незнакомым.

Впереди, в тумане, в небе вдруг зажегся оранжевый огонек. Вслед за ним по соседству вспыхнули другие – один за другим, словно сигнальные башни. Они выстроились в воздухе в слегка изогнутую линию, уходящую в обе стороны.

Только тогда я увидела, что под оранжевыми огнями возвышается вторая стена: такая же высокая, в сотню чжанов. Она была еще очень далеко от нас.

– Там еще одна стена?

– Да. – Се Чжо скрыл свои чувства, снова став холодным и собранным. – Бессмертный город не совсем обычен. Он напоминает гигантское замкнутое кольцо.

Город в виде кольца?

Я оглянулась на огромную стену позади нас. Она действительно слегка изгибалась, уходя в туман с обеих сторон.

– Сзади – внешняя стена. Впереди, с неугасимым огнем, – внутренняя. Две стены, каждая из которых замыкается в кольцо, образуют город.

– Две стены по сто чжанов каждая… – Я задумалась. – Если это просто тюрьма для нечисти, зачем строить внутреннюю стену? Разве что… в центре есть что-то еще?

Се Чжо взглянул на меня. Сегодня он отвечал на все вопросы – его сговорчивость удивляла.

– В пятидесяти ли от внутренней стены, в самом центре, находится родина племени Снежных волков. Зеркальный лес.

Бессмертный город кольцом окружает родину Се Чжо?

– Что там?

– Бесчисленное множество нечисти. И ледяное озеро, которое может избавить тебя от скверны. Мы идем туда.

– Место, кишащее нечистью, но с озером, изгоняющим скверну? – удивилась я. – Как оно появилось? Если оно изгоняет скверну, может, зараженным просто войти в него и исцелиться?

– Если они войдут в озеро, то просто исчезнут. Обратятся в прах.

Я замерла.

– Но ты ведешь меня именно туда? Почему ты думаешь, что я не обращусь в прах?

– Я буду с тобой.

Несколько самоуверенных слов, и разговор окончен.

Я замолчала, заметив, что Се Чжо не пошел дальше к внутренней стене, а свернул в узкий переулок между руинами.

– Не идем дальше?

– В Бессмертном городе всегда туман, день и ночь не различить. Время определяют по неугасимому огню на внутренней стене. Огонь горит – значит, ночь. Пора отдыхать.

– Отдыхать?

Слова Се Чжо прозвучали дико. Как я могу отдыхать? Увидев этот невероятный город, узнав столько ужасного, я была в полном потрясении. Уснуть сейчас стало бы чудом.

– Мне не нужен отдых. Можем идти дальше.

Не дав мне возразить, Се Чжо занес меня в тупиковый переулок. Он развязал веревку на поясе, осторожно усадил меня на землю и присел рядом на одно колено. В переулке с трех сторон были глухие стены: единственный выход загораживал собой Се Чжо.

Он смотрел на меня серьезно. Очень серьезно.

Мне передалось его напряжение. Да и обстановка давила: полумрак, тишина, запах сырости и тлена. Я