Яблочко раздора в академии невест - Нелли Штерн

class="p1">– Пока мы вынуждены отступать, сдерживая натиск врага у подножия Вечных гор. Зверь прячется, скрываясь от наших дозоров, отправляя отродий тьмы вперед себя, но Леоринэль найдет его.

Моргнула, как наяву увидев скалистые склоны, залитые алым маревом. Полчища тварей, что, словно саранча, прожорливая и безжалостная, уничтожают этот мир, высасывая жизнь по капле, и его, моего эльфа, безумно уставшего, но невероятные сине-зеленые глаза горели решимостью, упрямством и надеждой. И тогда я потянулась к нему всей душой в истовом желании поддержать, дать сил сделать то, что должен. «Я жду тебя», – прошептала легким дуновением ветерка, скользнула по сухим потрескавшимся губам. Леоринэль прижал их пальцами, и в сосредоточенной взгляде ярким пером феникса мелькнула надежда и что-то еще, настолько глубокое и бескрайнее, что в груди счастливо заныло. Моргнула, и мое наваждение исчезло.

– Что я должна буду сделать? – спросила Геноа, все еще удерживая его за ворот рубахи.

– Просто будь очень осторожна, а когда придет время, ты почувствуешь, а мы будем рядом и не позволим случиться ничему плохому, – мягко ответил он.

– Когда, Фаб? – прошептала с мучительным надрывом.

– Не думай об этом. Учись чувствовать свою магию вот здесь, – он коснулся центра моей груди, ласково проведя кончиками загрубевших пальцев по коже. – Не сопротивляйся ей. Люблю тебя, мой огонек, – горячие губы на секунду коснулись моих губ.

– И я тебя, – прошептала едва слышно в удаляющуюся широкую спину.

Глава 46

Очередная ночь почти без сна. Все они слились для меня в один серый безжизненный поток, затягивающий меня все глубже в омут отчаяния. Видят боги, я боролась, гнала прочь гнетущие мысли, начиная каждое утро с молитв за моих мужчин и всех защитников этого мира. Сам замок затаился в ожидании, и даже адептки притихли. Редкие в те дни споры на уроках зельеварения проходили без прежнего огонька. Лиана, лишившись поддержки отца, присмирела. Ее потухший загнанный взгляд все чаще скользил мимо меня. Лорда Рашмира вместе с другими лояльными ему членами совета, как я узнала совсем недавно, прямо из тюрьмы отправили на поле боя, как самых обычных магов.

Учебную программу пришлось перестроить. Я подумала, что рецепты зелий для сияющей кожи и блестящих волос сейчас совершенно бесполезны, потому сосредоточилась на повторении средства для сращивания костей, мази для лечения магических ожогов и заживления ран. Пока однажды…

– Как вы не понимаете? – воскликнула на одном из занятий моего любимого четвертого курса адептка Виллоу, маленькая подельница Рашмир, та самая, что специально устроила себе ожог, дабы доказать мою некомпетентность. Приподняла бровь, ожидая продолжения.

– Все это, – она обвела рукой котелки с булькающей темно-серой основой мази, – совершенно бесполезно, если речь идет о магических ранах, нанесенных тьмой. Там, за стенами академии, наши мужчины гибнут, жертвуя собой, а мы здесь… заперты и совершенно бесполезны, – тихо и безжизненно закончила она.

По правде сказать, я не знала, что ей ответить. Виллоу была права. Мои зелья могли лишь облегчить симптомы, но не излечить зараженного тьмой. Шиана никогда не интересовалась созданием средств борьбы с иномирной заразой. Зачем? Если всем и так ясно, что от нее не может быть лекарства. А вдруг она была не права? Вдруг есть шанс придумать что-то? Идея, внезапно захватившая меня, была поразительна по своей простоте.

– Значит, – решительно поднялась из-за преподавательского стола, оглядывая испуганных девушек, – мы попытаемся придумать средство, которое могло бы помочь! – решительно ответила я, умолчав об одной маленькой детали. Чтобы создать лекарство, мне необходимо своими глазами увидеть хотя бы одного зараженного. Но не стоило и мечтать, что меня выпустят из академии, а, тем более, позволят сунуться на поле боя.

Даже Рашмир подняла голову и уставилась на меня заплаканными красными глазами с такой надеждой, что в груди кольнуло сочувствием.

– И вот вам задание: к следующему занятию мне необходима вся информация о природе и воздействии тьмы на магических существ, которую вы сможете отыскать. Нам нужно знать врага в лицо, чтобы создать оружие для борьбы.

Странно, но в один миг я не только обрела смысл и опору под ногами, но и преданных соратниц, которые истово желали помочь.

В отсутствие ректора всем теперь заправляла Летиция, его помощница. Со стороны этот выбор мог бы показаться странным, но никто кроме Лети не знал все об академии, ее преподавателях и адептках. Илайя не смог позволить себе отсиживаться за надежными стенами и отправился на передовую в полевой госпиталь. Его опыт и сила, а также невероятное упорство уже помогло многим. Он слал нам с Летицией магические послания. Это стало уже своего рода ритуалом для нас. Стоило только прийти новому письму, как Лети сразу же являлась ко мне, и мы вместе дрожащими руками ломали печать и вчитывались в ровные скупые строки нашего друга.

Господин главный целитель был первым, кому я сообщила о своем намерении, даже еще не зная, что именно хочу создать, и он без раздумий велел своему заместителю выдать мне магический допуск к его личной библиотеке, где были собраны весьма редкие издания о природе тьмы. Своей коллекцией Илайя гордился по праву. Пожалуй, больше информации можно было бы почерпнуть только в императорской библиотеке, но Дарион больше не приходил, да мне и самой не очень хотелось во дворец в его отсутствие.

Леонард покинул стены академии одним из первых, вливаясь в ряды защитников. Наше прощание вышло слишком сумбурным. Во мне все еще жила обида на него, а он все еще испытывал ко мне чувства. Но не прийти я не могла и даже думать не хотела, что могу больше никогда не увидеть его упрямый взгляд и наглую улыбку. Обнимая его, совершенно искренне и трусливо просила поберечь себя и не слишком геройствовать.

– Если пообещаешь, что будешь ждать меня, я вернусь, – убийственно серьезно сказал он мне тогда и поцеловал, горячо и дерзко, а после легко вскочил на коня и, не оборачиваясь, умчался, поднимая целый шлейф опавшей листвы.

Я не могла ответить ему взаимностью, но и отнять надежду тоже не могла. Не тогда, когда он будет рисковать своей жизнью. Потому, несмотря на недовольство Фабрициуса, принимала магические послания от огненного мага, радуясь, что он жив и неизменно писала несколько строк в ответ.

Каждый вечер после ужина с Летицией я отправлялась в лекарское крыло и запиралась в рабочем кабинете Илайи. Без конца изучая