Мастер Ночи и белая кошка - Дарья Нико

Дархад закатил глаза, Теффа поджала губы и смолкла.

А мгновение спустя объявили о прибытии губернатора города. И после его торжественной речи настоящий прием наконец начался.

Огромный зал наполнился восхитительно-одухотворённой мелодией королевского вальса. Великолепное мастерство музыкантов оркестра вдохнуло душу в музыку, которую знали уже добрую тысячу лет. Бесконечное желание полета вместе с каждой нотой разлилось вокруг, и первые пары оказались словно бы притянуты в центр какой-то силой.

Эрфарин с наслаждением ощутила эту удивительную свободу, когда Дархад уверенно ступил вперед и повел в их дуэте. Она позволила себе на пару мгновений закрыть глаза и снова ощутить, как расправляются крылья.

Она тысячу лет не танцевала, она тысячу лет не чувствовала такой уверенности в человеке, что находился рядом. И тысячу лет не позволяла себе отдаться чужим рукам.

И потому танец, классический, известный, выученный давным-давно, вдруг стал чем-то новым.

Эрфарин открыла глаза и поймала взгляд мужа. Дархад смотрел на нее и, кажется, только на нее.

Музыка играла, полет продолжался, реальность словно растушевали плотной кистью. Четко очерченными остались они двое и их место в этом зале.

И это легкое воздушное счастье, никем не затронутое и не нарушенное ничем извне, длилось долгую четверть часа, пока не пришло время освобождать центр зала другим.

— Завидую твоим сестрам, что имели удовольствие танцевать с тобой столько лет, — призналась Эрфарин с легкой улыбкой.

— Смею надеяться, что смогу дать тебе намного больше удовольствия, чем сестрам, — ответил Мастер Ночи, прикасаясь губами к руке супруги и благодаря ее тем самым за танец. И это прикосновение длилось на целый вдох дольше допустимого в высшем обществе.

Девушка ощутила, что дыхание ее все-таки подвело. И вовсе не от танца.

А потому последующая неспешная прогулка по залам Приемного Дворца пришлась никак кстати. Эрфарин со смущением признавалась себе, что иначе имелся шанс истаять у всех на глазах от упоительного момента.

Вместе с тем как разгорался вечер, как гости сказали друг другу первые слова и обменялись всеми положенными любезностями, а также по завершении первого танцевального круга прием начал приобретать нотки борьбы.

Балы-открытия начинали долгую череду противостояния и соревнований Гильдий артефакторов.

И первые работы уже представлялись прямо здесь и сейчас.

Дархад и Эрфарин вошли в прямоугольный зал. Его центр был заставлен двумя ровными рядами каменных пьедесталов, поверхности которых пока что оставались пусты. Каждый из них содержал символ той или иной Гильдии.

И в самом центре сверкали золотом знаки Ангарет и Даирнэль. По три пьедестала у каждой.

Публика собиралась, шепотки усиливались, названия почетной пары Гильдий Карда-Ормона звучали все отчётливей. На словах делались ставки, на словах же строились предположения того, что сейчас все смогут увидеть.

Эрфарин поглядывала по сторонам с любопытством.

— Разве сейчас будет показано что-то интересное? Я считала, что Гильдии хранят свои секреты до Фестиваля?

— Основные секреты да, но не все, — ответил Дархад, чувствуя, как многозначительные взгляды присутствующих впиваются в него.

Мастер Ночи отвечал холодной улыбкой.

Нет, его работы сейчас никто не увидит.

— Сейчас очень важно подтвердить репутацию, — продолжил мужчина. — И… указать на место тем, кто на что-то надеется.

— А потом придут Мастера из столицы и укажут уже на место нам? — ехидно подметила Эрфарин.

Супруг усмехнулся краешками губ.

— Это вечное соревнование и вечное стремление забраться как можно выше. Благодаря внутреннему противостоянию развитие артефакторики не останавливается. Это если говорить в целом. Если же о частностях… Гильдии существуют и в малых городах, и даже в небольших селениях. Поэтому что столица нашего Королевства, что Карда-Ормон, как второй город, обязаны раз за разом превосходить всех. Даже не зная, что могут представить остальные. На интуиции, на седьмом чувстве понимать, что нужна новая вершина и что она должна быть такой, до которой никто не дотянется. И сейчас это проверят в первый раз.

Публика казалась до крайности возбужденной. Кто-то даже позволил себе спор и негодование в адрес друг друга. Кто-то проявлял любопытство и старался занять место как можно ближе к пьедесталам.

— Разве плохо, что вершины достигнет кто-то другой, если это все равно наша страна? — спросила Эрфарин.

— Плохо не то, что ее достигнет кто-то другой, а то, что мы не смогли до нее дотянуться, — твердо ответил Мастер Ночи. — Это как если бы вдруг главная дорога, ведущая к королевскому дворцу, уступила по качеству деревенскому тракту. Есть недопустимые вещи. Иногда репутация и статус — это сама суть жизни. И власти. Как, например, все представители королевской семьи должны стать Мастерами магии до тридцати пяти лет. И думаю, что, как ты знаешь, это условие соблюдается без досадных провалов уже более пяти столетий. И поэтому все пять столетий правит одна семья.

Эрфарин вздохнула.

Нет, она действительно жила в довольно простом мире, хотя и казалось, что знает и видит гораздо больше самых простых людей.

Но разная высота открывает разные виды. И меняет мировоззрение.

— Быть на вершине слишком сложно, — поделилась она своим мнением.

— Безумно. Поэтому некоторые осознанно не взбираются на нее, — подтвердил Дархад.

Наконец вышли помощники зала, по трое для каждой стороны, и каждый нес в руках удивительный артефакт. Уже сами эти предметы оказались невероятны по своей силе и мастерству исполнения, а всего лишь играли роль шкатулок с сокровищами.

И вот, каждый артефакт раскрылся…

Магическая основа Мастера Ночи, магическая основа Мастера Дня и артефакт защиты. Каждую из этих работ представили и Ангарет, и Даирнэль.

От них буквально хлынула мощная магическая энергия, заполнила собой огромный зал. Коснулась каждого присутствующего. Взбудоражила сердца и вызвала самые разные эмоции.

Публика волной подалась вперед. Они подошли бы и ближе, но пьедесталы оказались очерчены невидимой линией, и никому не позволяли встать к себе слишком близко.

Эрфарин замерла в восхищении.

— Дархад! Если наши Мастера способны на такое, то что же должен будешь представить ты на Фестивале?

— А что, не веришь в меня? — с колеблющейся на губах усмешкой спросил супруг.

— Верю, просто… Ох, мне не достичь такого уровня, — вздохнула девушка.

— Сомнения — первая причина провала, — произнес Мастер Ночи. — Нельзя сомневаться в собственной силе. Нельзя ставить ей препятствия своими мыслями. У магии нет границ.

— Это лекция от преподавателя? — поджала губы девушка.

— Это совет от того, кто преодолел свой предел.

Эрфарин скорчила смешную рожицу, передразнивая мужа.

Впрочем, в его словах была даже не доля, а вся правда. Мысли не должны ограничивать силу. И тогда сила не будет знать границ.

Но одно дело понимать это, а другое верить в подобное всей