Светлая любовь Темного Лорда - Константин Фрес

От страха я закричала.

Но некая сила снова остановила руку Элениэль на расстоянии от меня.

Я чувствовала жар ее пальцев.

Но они не коснулись меня.

Элениэль страшно закричала и отдернула руку.

На ладони ее зияла сквозная рана.

Кровать под откинутым пологом была пуста!

А прямо передо мной стоял Вейлорн, закрывая меня собой от монстра! И в его руках было верное оружие, та самая пика, которой он отбивал меня когда-то от разбойников!

Но ее светлому лезвию текла темная кровь.

Живой, во плоти…

От радости я вскрикнула.

Я могла протянуть руку и дотронуться до него. Но не время было обниматься.

— Ничтожество! — прорычала обозленная Элениэль сквозь зубы. — Червяк! Я раздавлю тебя! Тебе не сравниться со мной! Проклятья не победить простым оружием!

— Это мы еще посмотрим, — пробормотал Вейлорн, крепче сжимая оружие.

Его пика рванула вперед и снова поразила Элениэль, вырвав из ее пальцев кусок плоти.

И от этого коварного удара Элениэль как будто б уменьшилась.

Боль заставила ее отступить еще на шаг.

В ее глазах плавал страх.

— Все равно верх будет за мной! — прокричала она в ярости. — Сколько ты сможешь еще размахивать своей никчемной иголкой?

— Столько, сколько ты сможешь вынести боли и страданий, — рявкнул Вейлорн.

— Я раздавлю вас!

Элениэль занесла ногу над нами.

Но Мрак выдернул меня из-под ее удара.

А Вейлорн безжалостно пронзил насквозь ее подошву своим оружием.

Элениэль закричала от мучительной боли.

Теперь, после трех ударов, Золотые стрелы жалили ее силнее.

Элениэль яростно выдергивала их из рассеченной кожи, но каждая рана несла ущерб и чудовище уменьшалось в размерах.

Взревев, Элениэль кинулась к выходу, расталкивая нападающих.

Она и лучников с Золотыми стрелами хотела подавить ногами.

Но разве можно растоптать дым?

Они исчезали, ускользали от нее, и появлялись в другом месте, снова с луками и стрелами наизготовку.

Оставляя кровавые следы, Элениэль бросилась вперед, вон из замка.

А Древнейшие ринулись за ней, как охотники за загнанной дичью.

Не знаю, на что рассчитывала Элениэль.

Или она думала, что ей удастся убежать от погони. Но кто может обогнать наступление ночи? Древнейшие были всюду с нею. Дымным мраком окружали ее, заглядывая в глаза и шепча ей на уши страшные обещания.

И она с воплями ужаса отбивалась от Древнейших, крутясь на месте и разгоняя сгущающийся вокруг нее мрак.

Но это не помогало.

Я выскочила на балкон, чтоб увидеть финал этой странной схватки.

Далеко Элениэль не ушла.

Пересекла дворцовую площадь, сбежала по лестнице, оставляя кровавые следы за собой.

Вейлорн неумолимо следовал за ней, крепче сжимая свое оружие. Древнейшие следовали за ним темными тенями. Не один из них не смел больше ранить Элениэль. Видно, это право Вейлорн оставил за собой.

От его ярости, казалось, воздух кипел и плавился. Или мне это показалось?

С каменистой тропинки потек, журча, ручей, омывая израненные ноги Элениэль.

Закапали ледяные наросты на опаловых стенах. Заклубился пар.

И Элениэль закричала во весь голос, когда под ее ногами прорезалась зеленая яркая весенняя трава. А само место сделалось похожим на какое-то другое.

Где похоронена несчастная возлюбленная Вейлорна?

Этого мы не узнаем.

Никто не узнает.

Но магия и преследователи вывели преступницу на террасу, в которой бил поземный ключ в небольшом углублении, обратившемся в пруд.

Плотный серый туман клубился над парящей водой. И где-то несмело пели птицы, пробравшись в эти края, отошедшие от многовековой стужи.

Бежать дальше было некуда.

Элениэль, израненная, в истерзанной одежде, навалилась на дерево и некоторое время стояла, тяжело дыша, набираясь сил.

Шаги Вейлорна неумолимо приближались. Под его ногами скрипели мелкие обломки разноцветных опалов, плескалась вода.

— Весна все-таки пришла в эти края, — пробормотала Элениэль.

Она прижалась лицом к оттаявшей коре дерева и с жадностью вдохнула весенний острый аромат.

— Мы могли бы быть с тобой счастливы, Вейлорн, — произнесла она.

Вейлорн догнал ее и теперь стоял молча за ее спиной. Не разил.

— Я любила бы тебя вернее и преданнее всех, — продолжила Элениэль. — Мой разум, получив твою любовь, успокоился бы. И я подарила бы тебе вечность, полную счастья. Я ведь просто хотела счастья.

— Не бывает счастья, в основе которого лежит убийство, — возразил Вейлорн. — И черная зависть.

Усталая задумчивость исчезла из черт лица измученной Элениэли.

Рот ее снова исказился злобным оскалом. Глаза вспыхнули ненавистью.

— Ты не понимаешь, глупец! — прокричала она, оборачиваясь к Вейлорну. — Ты не умеешь ценить! Это я сделала для тебя! Я готова была на все — ради тебя! Я!..

Договорить она не успела.

Вейлорн легко взмахнул вооруженной рукой, и остро отточенное лезвие снесло голову Элениэли с плеч.

А ее тело повалилось, бездыханное, в первую весеннюю траву.

Вейлорн отшатнулся от нее, словно это было самым жутким, что он видел в своей жизни.

— Нужно ее сжечь, — хрипло велел он материализовавшемуся рядом с ним Мраку. — Чтобы даже памяти не осталось…

— Ее могилу никто и никогда не найдет, — пообещал ему Мрак. — Но есть вещи и поважнее.

— Поважнее, да, — пробормотал Вейлорн, оглянувшись.

За его спиной стоял его замок и ждала его возвращения его женщина.

— Совет, — напомнил Мрак. — Его больше нет.

— У нас будет свой Совет, — уверенно произнес Вейлорн. — Но это мы решим немного позже!

И он поспешил обратно по той е тропинке, что привела его сюда.

Вода разлилась веселым ручейком. Она текла по камням, смывая с них кровь и следы Элениэли, будто бы ничего и не было.

Глава 59

— Дея! Дея!

Вейлорн звал меня, как влюбленный мальчишка, спеша по ступеням наверх, в замок, где ждала его я.

Он бежал, а следом за ним шла весна. Она проникла сюда в горячем сердце пробудившегося ото сна Владыки и с каждым его шагом завоевывала все вокруг.

Становилось все теплее. Звенела веселая капель и просыпались замерзшие упрямы, отвергнувшие власть Элениэль и так и не принявшие из ее рук чаши с соком Древа.

И Древо, наше Древо!

Теперь я абсолютно была уверена, что оно по весне расцветет и оживет!

— Дея!

Вейлорн ворвался в спальню, где оставил меня.

— Дея…

Древнейшие закрыли почтительно за ним двери, забрали его оружие с собой.

Ибо к женщине не водят с оружием — это шепнул мне Мрак, уходя последним и оставляя своего господина со мной наедине.

— Моя храбрая Темная дева…

Он обнял мое лицо горячими ладонями и жадно припал к моим губами своими.

Не в силах сдерживать слезы радости, я обхватила его за шею, охмелев от сладости