Любовь на кафедре - Дженнифер Смит

— Я не планировал признаваться и уж точно не хотел, чтобы ты услышала это случайно. Думал дать тебе время; я не жду от тебя ответных признаний, вовсе нет. Но я рад и спокоен, что теперь ты знаешь.

— О, — повторила она. Откуда взялся этот незнакомый Рис, такой умиротворенный и рассудительный?

— Хочешь, провожу тебя до машины? Уже темнеет, — предложил он.

— Э-э-э… — Как ни странно, она этого хотела. Очень.

— Я не настаиваю, — поспешно добавил он, — просто освещение на парковке не очень.

— Да, — Лила судорожно сглотнула, — да, хорошо.

Рис кивнул и поджал губы, пытаясь не улыбаться, как Чеширский Кот. Она пошла за вещами. Он встретил ее у лифта. Находиться в замкнутом пространстве с Рисом А-Ты-Сомневалась Обри, любоваться его расслабленными (и мускулистыми) плечами и подтянутым (и идеальным) задом было сладкой мукой.

Мукой, потому что она страшно по нему соскучилась.

Даже после всего, что он сказал и сделал, она скучала по его объятиям, утренней ворчливости и напускной неохоте, с которой он брал печенье, притворяясь, что оно ему не нужно.

Значит, Рис пытался все исправить. Он даже кое-что сделал: извинился перед Сью и Джейсоном. Начал ходить к психотерапевту, уважал ее желания и держался на расстоянии, пока она сама к нему не пришла. Даже сейчас, в лифте, он уважал ее желания и не пользовался тем, что ей некуда деться. Он мог бы начать объясняться, умолять, оправдываться и лгать. Но из уважения к ней он этого не делал.

Лила прижала к груди сумку и уставилась на свои ботинки. Она вся горела, ощущая каждый шовчик платья. Все дело было в его близости, его сдержанности, в нем.

Хоть раз в жизни сделай что-то для себя.

Лила краем глаза посмотрела на него, но он невозмутимо смотрел на двери, сунув руки в карманы. Он выглядел очень довольным собой.

Раздался звуковой сигнал, дверь открылась, и он выставил ладонь, пропуская ее вперед.

Было холодно, и Лила натянула розовую вязаную шапку под цвет пальто. Она напоминала большую розовую ягоду на черных ножках.

Они молча дошли до парковки, хотя кровь так бешено шумела в ушах, что он мог бы рассказывать о том, как открыл для себя Ричарда Гира, а она все равно бы ничего не услышала.

— Вот и мы, Петуния. — Он постучал по крыше ее голубой машины.

— Да. — Она поправила сумку на плече.

— Слушай, Лила… — начал он, но договорить не смог: Лила бросилась на него, обвила руками его шею и крепко поцеловала. Он потерял равновесие, но быстро нашел опору, прижал ее спиной к маленькой Петунии и жадно раскрыл рот, позволяя их языкам найти друг друга.

Как же Лила скучала по его поцелуям! И по нему.

Ей хотелось пригласить его к себе и полностью в нем раствориться, но она не могла и знала, что так делать нельзя. Она уперлась ладонями ему в грудь и мягко его оттолкнула.

— Рис, — запыхавшись, произнесла она. Он отстранился и встревоженно на нее посмотрел.

— В чем дело? Прости, я…

— Нет-нет, ты не виноват, — ответила она. — Я просто… не могу.

В его глазах промелькнула обида, но он отошел назад и провел рукой по губам.

— Прости, я зря это сделала. — Сделала что? Поцеловала его? Кинулась ему на шею? Позволила надеяться, что хочет его возвращения? Все перечисленное.

— Нет, я рад, что ты это сделала. — Он натянуто улыбнулся одними губами. — Я уже говорил, Лила. Можешь целовать меня сколько угодно и не извиняться.

Лила вспомнила, как когда-то притворялась его девушкой, и у нее перехватило дыхание. Сейчас в ее чувствах не было притворства, и они ее переполняли. Эмоций было слишком много, а она была не готова преподнести ему себя на блюдечке.

— Э-э-э… ладно. Спасибо, что проводил до машины. — Она завозилась с ручкой.

— Пожалуйста, Лила, — ответил он. — Обращайся в любое время. Если что-то нужно — просто скажи. Думаю, даже слепому ясно, чего я хочу.

Он не добавил «тебя», но она все поняла и покраснела.

— Но я не хочу тебя торопить. Ты должна сама принять решение и захотеть, чтобы мы были вместе, потому что этого хочешь ты. Не потому, что я этого хочу, — подчеркнул он. — Я не похож на него, Лила, и собираюсь тебе это доказать.

— То, что ты мне тогда сказал, Рис… — По вечерам перед сном она прокручивала в голове эти обидные слова, и ей снова и снова казалось, что она недостаточно хороша и никогда такой не станет. Она поклялась, что не будет поднимать эту тему, но сама же и подняла.

— Ты не представляешь, как я о них жалею. Я был зол, рассержен, раздражен, а ты попалась под горячую руку, и я выплеснул на тебя все свои фрустрации. Я был неправ. — Его голос дрогнул. — Лила, прости, что обидел тебя. Я никогда в жизни ни о чем так сильно не сожалел.

— Ты действовал за моей спиной и угрожал Сью увольнением, Рис. Втайне от меня связался с Джейсоном и вымогал у него деньги. Ты вмешался в мою жизнь, хотя я прямо просила этого не делать. — В горле застрял комок, но она продолжала говорить: — А потом сказал, что я «нежелательная персона» и отвлекаю тебя от главного.

Он поморщился; на его лице отчетливо читались отчаяние и сожаление.

— Да, я все это сказал. Я знаю. Но ты никогда не была для меня «нежелательной» и не отвлекала от главного. Я зря это сказал; я многое сделал зря. Ты ни в чем не виновата, и обвинять тебя было неправильно. — Его голос надломился, и он судорожно вздохнул.

Лила с трудом сдерживалась, ведь ей так хотелось разгладить его хмурую морщинку на лбу, обнять и успокоить. Но она не могла и не собиралась этого делать. Ей надо было научиться ставить свои интересы превыше всего, и, если для этого потребуется не пытаться исправить ситуацию с Рисом, пусть будет так.

— Я поступил неправильно, когда угрожал Сью и Джейсону. Я всецело это признаю. Я не стану добавлять «но» и оправдываться — мой поступок нельзя оправдать ничем. — Он часто заморгал. — Да, я пытался сделать, как лучше для тебя. Но ты взрослая женщина и сама можешь за себя постоять. Я должен был поддержать тебя и позволить сделать все по-твоему, а не брать ситуацию в свои руки.

— Это правда, — обиженно и горько произнесла она.

— Теперь я это понимаю. Думаю, я понимал это даже тогда, но не мог остановиться. Я просто хотел уберечь тебя от общения с людьми, которые унижают тебя. — Он печально покачал головой. —