Рождество по-драконьи. Лучшие враги - Леси Филеберт

смотрела на лица сокурсников, которые постепенно начинали загораться от моих же слов, и видела в них зарождающуюся надежду. Надежду, которую я сама разожгла. И знала, что, возможно, мне придётся её предать.

«Цель оправдывает средства, — сурово напомнила себе я. — Ты должна вернуться. Для Лакора. Для семьи. Для себя».

Но от этого не становилось легче.

Меня грызла совесть, не скрою. Но я провела в библиотеке несколько часов этой ночью, составила все возможные варианты своих действий и пришла к выводу, что в моем случае это единственно верное решение — оказаться на Турнире и под шумок сбежать на каком-нибудь финальном этапе, чтобы дальше ребята могли дойти до финиша уже без меня. Если я их подготовлю — они справятся с последними шагами, я не сомневалась в этом.

В конце концов... При необходимости я могу даже сымитировать свою гибель от лап каких-нибудь тварей, подставившись под удар и улизнув в последний момент. Меня даже искать не будут, если я якобы погибну на глазах сокурсников.

Подло? Наверное.

А похищать меня с поездом было не подло разве?

— Не обещаю, что будет легко, — выдохнула я. — Будет невероятно тяжело, на пределе наших возможностей. Но я обещаю, что буду тренировать вас сама, мы будем готовиться вместе. Мы научимся работать, как одна команда, где сила одного покрывает слабость другого!

Я замолчала, собравшись с духом для последних, самых важных слов.

— Я верю в вас, — сказала, и в моём голосе не было ни тени фальши, потому что я и правда, неожиданно для самой себя, в это верила, в этих странных, не таких, как все, ребят. — Я верю в нас всех. И я предлагаю нам стать первыми в истории адептами клана Дисгард, которые примут участие в Турнире и займут призовое место.

Я замолчала. Мои слова повисли в воздухе, смешавшись с треском поленьев в камине.

Воцарилась тишина. Глубокая, тягостная, полная невысказанных мыслей, сомнений и... зарождающейся веры. Никто не смеялся, не возражал. Все просто смотрели на меня, а потом переводили взгляды друг на друга, безмолвно советуясь.

Первой тишину нарушила Морвенна. Она медленно, как кошка, поднялась со своего места, её тёмные глаза, холодные и проницательные, сверкали в полумраке, уставившись прямо в меня.

— Интересно, — произнесла она мерзким тоном. — А что получишь от этого лично ты, Кьяра Винтер? Зачем тебе вдруг понадобилось вести за собой самых отстающих?

Все взгляды снова разом приковались ко мне.

Я вздохнула.

Ну кто бы сомневался, что эта «мурена» будет сеять раздор...

«Она похожа на гончую, которая учуяла кровь, — прошипела Зигорра. — С-с-соври что-нибудь правдоподобное, но не слишком с-с-сладкое. Они не поверят в чис-с-стый альтруизм. Нужно найти грань между правдой и ложью».

Как раз к этому я была готова и заранее продумала ответ.

Я заставила себя медленно выдохнуть и встретиться взглядом с Морвенной. Улыбка, появившаяся на моих губах, была уверенной и спокойной.

— Лично мне? — я пожала плечами, изображая лёгкую досаду, будто ответ лежал на поверхности. — Очков для перевода в другой клан, Морвенна. Репутация. Возможность вырваться из Дисгарда не через год, а уже после Турнира, если мы хоть что-то покажем.

Я обвела взглядом остальных, давая понять, что говорю со всеми, а не только с ней.

— Мастер Скаар взял меня на индивидуальные занятия, вы об этом знаете. Но его интерес — это интерес преподавателя к потенциально сильному адепту, который зарыт в клане, который называют самым слабым в академии. Если я ничего не сделаю, если мы и дальше будем тихо гнить на задворках академии, этот интерес испарится. Ему не нужны бесперспективные ученики. Академия — не благотворительное общество.

Я сделала шаг навстречу Морвенне, гордо задрав подбородок, уверенно расправив плечи, сцепив руки в замок за спиной, мой голос стал тише, но от этого только весомее.

— Но если я, новичок, смогу собрать команду из, как вы сами себя называете, «отстающих», и мы покажем хоть что-то на самом престижном событии года... Это докажет, что мастер Скаар не ошибся во мне, что у меня есть не только потенциал, но и умение вести за собой. Это — моя личная заявка. Не на личную благосклонность, — я чуть презрительно скривила губы, будто сама мысль об этом была отвратительна, — а на уважение. На то, чтобы меня воспринимали всерьёз. Чтобы моё слово что-то значило. И да, чтобы получить шанс на перевод в достойный клан досрочно. Не через постель, как некоторые, возможно, думают, — я нагло усмехнулась Морвенне, — а через реальные достижения.

«Неплохо, — одобрительно проурчала Зигорра. — С-с-смешала правду с-с-с ложью, как хорошее зелье. Правда — твоё желание вырватьс-с-ся и зас-с-служить уважение. Ложь — конечная цель».

— Считаете, что я использую вас? — я снова обвела взглядом Тею, Брендона, остальных и постаралась, чтобы в моих глазах читалась суровая солдатская прямотa. — В какой-то степени — да. Мне нужна сильная сплочённая команда, чтобы достичь моей цели. Но вы что, думаете, для вас в этом нет выгоды? Я уже перечислила её. Это взаимовыгодное сотрудничество. Я даю вам шанс, тренировки, план. Если вы проявите себя и даже просто громко заявите о себе на Турнире, на вас обратят внимание, и это каждому даст дополнительные бонусные очки по жизни, так сказать. А вы — вы даёте мне шанс доказать, что мы все здесь — не ошибка системы. Мы либо вытащим друг друга наверх, либо вместе останемся на дне. Мне, если честно, первый вариант нравится больше. Вы мне нравитесь. Ну, почти все, — я кинула на Морвенну вызывающий взгляд. — И я искренне хочу вам помочь. В этой затее нет проигравших сторон.

Я скрестила руки на груди, бросая Морвенне открытый вызов.

— Так что — да, Морвенна, у меня есть личный интерес. Я не святая. Но мой интерес не исключает ваш, более того, он с ним полностью совпадает, лежит на одном векторе. Если тебя это не устраивает, если ты предпочитаешь и дальше сидеть в углу и смотреть, как другие пытаются что-то изменить... — я пожала плечами. — Это твой выбор. Но не мешай тем, кто готов бороться.

Я замолчала, давая всем обдумать услышанное, в груди отчаянно колотилось сердце, хоть внешне я выглядела холодной и спокойной.

Это был рискованный ход — признать корысть, но представить её как общую, почти благородную цель. Я молилась всем драконьим богам, чтобы