Богиня без титула - Рэнди Гарнер

Она открыла рот, чтобы окликнуть его, но тут нутро затопило дурное предчувствие. Тревога, к которой она привыкла, мгновенно обострила чувства.

На периферии затанцевала чёрная вихревая тень.

Пульс участился: тень неслась к Ронину быстрее, чем мог заметить любой смертный глаз.

«Не в этот раз, Марина».

Оттолкнувшись от земли, Найя помчалась с такой скоростью, что мир вокруг смазался, пока она лавировала между сражающимися.

Время замедлилось.

Кровавые шипы Ронина перекрыли пространство перед ним, как щит. У него хватало чутья понять, когда он становится мишенью. Но Марина, быстрая, как летучая мышь, в последний момент извернулась, избегая удара.

Найя вонзила пятки в гравий, оказавшись перед Ронином, и вложила всю силу в удар кулаком — её костяшки врезались Марине в солнечное сплетение.

Удар отозвался вибрацией в руке Найи, когда Марина отлетела назад, в стену пивоварни. Обломки и пепел взметнулись в воздух, подобно грибу от взрыва.

— Найя! — влажные пальцы Ронина коснулись её плеча, прежде чем она рванула в сторону Марины.

Найя успела преодолеть лишь половину гравийной дороги, когда мощная сила отбросила её назад.

Дракон из пламени взревел в ночном небе, выплёвывая пульсирующие струи огня. Он возвышался над плечами Высшего Бога Огня, который неспешно шёл по дороге. Лужи крови Ронина на гравии, шипы, пытавшиеся удержать его — все сгорало.

И он направлялся прямо к ней.

Осколки камней впились в колени, когда она поднялась на ноги. Она приготовилась, мышцы ног напряглись, принимая устойчивую позу.

Солярис никогда не причинит ей вреда. По крайней мере, физического.

Он остановился в нескольких шагах, и волны его огня опалили ей лицо.

Лозы кровавого терновника обвились вокруг его пламени, лишь чтобы тут же увянуть.

Ронин прорывался сквозь тела, чтобы добраться до неё.

Слева от неё из обломков вышла Марина, а рядом с ней, словно призраки, парили Мракорезы. Она была подготовлена, защищенная слоями чёрного шёлка. Лишь смертоносный блеск её глаз пробивался сквозь тёмную маску на лице.

Сквозь броню из огня Солярис протянул руку, и ударил барьер из пламени в двадцать футов высотой, отделяя смертных от неё.

— Найя! — крикнул Ронин с другой стороны.

Тени Марины задрожали, нападая на руки и ноги Найи. Их прикосновение напоминало насекомых, впивающихся в поры. Она зарычала и топала ногами. Кровь Ронина, которой она была покрыта, на них не действовала. И пока Найя пыталась стряхнуть их, её осенило: они пожирали кровь. Чтобы та не коснулась Марины или Соляриса.

Осознавая пугающую ауру сестры, Найя впилась ногами в гравий. Марина возникла рядом с ней, выбросив вперёд руку.

Найя согнула колени и пригнулась. Она не могла сдвинуться с места, так как тени сковали лодыжки.

Марина схватила её за горло и сжала. Найя вскрикнула и ударила основанием ладони в грудь Марины. Раздался хруст кости, и удар отбросил сестру обратно в руины пивоварни.

Тени, окутывавшие конечности Найи, поредели, даруя свободу. Она посмотрела на свою одежду, на перчатки — всё было очищено от следов крови Ронина. Но она всё ещё чувствовала её корку на лице, в волосах. Если бы она смогла обманом заставить кого-нибудь из них…

За спиной ощутилось мощное присутствие Соляриса. Она повернула голову и увидела, что его рука тянется к ней. Не давая себя схватить, она увернулась и нанесла быстрый удар ногой ему в живот.

Он издал глухой звук и одновременно ухватил её за лодыжку, дёргая вперёд. Она выставила руку, упираясь ему в плечо, и подняла вторую ногу, чтобы врезать мыском ботинка ему в подбородок.

Он пошатнулся, дав этим Найе время пробежать сквозь стену огня и взобраться по обломкам в пивоварню. Она не позволит Марине скрыться из виду. Не когда Ронин рядом.

Она была на втором этаже, выбираясь из того, что осталось от лестницы.

Найя схватила Марину за загривок и швырнула вниз, на обугленные ступени. Те не выдержали удара и обрушились.

Капюшон Марины спал на плечи, и её некогда безупречные чёрные пряди превратились в спутанную копну, под стать рваной чёрной ткани плаща. Гордость наполнила сердце Найи, когда она увидела Марину в таком состоянии.

Марина склонила голову и зарычала. В мгновение ока она исчезла и возникла посреди вихря дыма прямо перед Найей, вцепившись в её серебристые волосы. На краткий миг Найя понадеялась на успех, но тут же заметила, что руки Марины защищены изящными перчатками.

Жгучая волна боли пронзила голову, когда Марина швырнула её через зияющую дыру в стене пивоварни, отправив в полёт через гравийную дорогу.

Найя скрестила руки над головой, готовясь к удару о стену склада. Острые камни впились в кожу рук и ног, за ними последовала нестерпимая агония: осколки костей пронзили плоть.

Она покатилась по бетонному полу и врезалась в огромный металлический бак. Тот загудел на своих креплениях. Внутри здания слышались крики и суета тех, кто искал помощи и убежища.

Найя попыталась подняться, морщась от острых вспышек боли в рёбрах. Свежая кровь текла по ноге, согревая кожу. Она выругалась сквозь зубы, ковыляя вперёд. Вялость делала движения вялыми.

«Найди его».

К ней бросились люди.

— Ты в порядке?

«Оберегай его».

— Помогите! Нам нужна помощь!

— Я буду… в порядке, — пробормотала она, чувствуя, как язык заплетается.

Её руки подхватили нежные, уверенные ладони.

Перед ней стоял Ноа, с рассечённым лбом, его кудри намокли от крови Ронина. Он уставился на кусок камня, торчащий из её бока. Словно спрашивая разрешения, его глаза встретились с её глазами, и она кивнула.

Найя сжала челюсти. Хватка его пальцев на руке чуть усилилась. Она отвела взгляд, когда каменный осколок вырвали из плоти.

Найя вскрикнула. Поток крови хлынул по бедру, и она подалась вперёд, повиснув на бицепсе Ноа. Он поддержал её, когда приступ головокружения едва не сбил её с ног.

— Спасибо, — прошептала она онемевшими губами.

Он отпустил её с коротким кивком.

Она пробралась через дыру в стене, вцепившись в грубые, зазубренные края камня.

— Найя! — рука Ронина обхватила её за грудь со спины, прижимая к себе. Его нос и губы уткнулись в затылок. Дыхание было прерывистым, а прикосновения — липкими от крови.

— Ави! — крикнул Дэмиан из глубины склада. — Нам нужно больше целителей!

Зловоние пота вперемешку с металлическим привкусом крови тяжело висело в воздухе, въедаясь в кожу всех, кто остался на поле боя. Найя с трудом понимала, их ли это кровь или кровь Ронина. Они спотыкались о трупы, разбросанные по гравию, изуродованные жуткими следами укусов и рваными ранами на горле. Один из них принадлежал