Богиня без титула - Рэнди Гарнер

Солярис сделал ещё шаг:

— Марина, мы придумаем что-нибудь другое…

Марина подняла голову, и от одного этого движения Соляриса отбросило назад.

Её убийственный взгляд метнулся к Найе. Тьма — густая и удушливая — окутала их туманом. Найя больше не видела ни склада, ни пивоварни. Дыхание перехватило, она отступила назад. Её глаза лихорадочно всматривались в ониксовую пелену, стараясь не упустить сестру из виду.

Пара рук сомкнулась на её талии, она вскрикнула, откидывая локоть назад.

Знакомая ладонь, холодная на ощупь, перехватила её за руку.

— Это я, — прошептал Ронин ей на ухо.

Она выдохнула, расслабляясь в его объятиях.

Рядом мелькнули белые волосы.

Теон поднял руку, и из земли вырос ледяной барьер. Удар Марины пришелся в стену, но та выстояла, подобно непробиваемому стеклу.

Марина с другой стороны бросилась на него, как дикий зверь:

— Тебе не сбежать от меня, Найя! Слышишь?

Ави стоял по другую руку от Найи, его костюм был разорван и испачкан кровью Ронина; он крепко сжимал флакон с ярко-синей сывороткой.

— Где бы ты ни спряталась, я найду тебя, притащу обратно в Кайману и заставлю вечно страдать за то, что ты сделала с Матерью!

Безумный тон голоса Марины ужаснул Найю. За все столетия, что они прожили, Марина никогда не обнажала подобных эмоций.

— Теон, сейчас! — скомандовал Ронин, положив руку на плечо бога.

Ави протянул руку через Найю, хватаясь за предплечье Теона.

И вселенная содрогнулась, обрушиваясь на неё.

Она почувствовала твёрдую землю под ногами. В нос ударили запахи солёной воды и сладковатого аромата пальм. Вокруг Найи плескалась вода, лениво бьющаяся о металлические борта лодок и деревянные сваи причала. Резкие лучи фонарей с ослепительным блеском падали сверху.

Впрочем, ничего вокруг не обретало чётких очертаний.

Найя ссутулилась, стоя на коленях и хватая ртом воздух. Сердце пропускало удары, а в голове эхом отдавалась угроза Марины.

— Боги, — Ави сидел на корточках, запустив пальцы в волосы, округлившимися глазами он смотрел в пустоту, мерно раскачиваясь из стороны в сторону. — Чёрт. Чёрт! Мне нужно вернуться и убедиться, что всё в порядке. Ви… Она… — Голос его дрогнул.

— Иди, — скомандовал Ронин. — Барьер вокруг склада надёжен. Убедись, что все в безопасности. Собери тела. Мы достойно предадим их земле. Теон, возьми…

— Какого чёрта происходит? — Теон ворвался в круг их внимания, остановившись за спиной Найи.

Они заслуживали объяснений. Но Найя просто не могла их дать сейчас.

— Теон, — перебил Ронин. — Дай ей…

— Она чуть не погибла! Я хочу знать, как это вышло. Леди Руэль всегда защищала её!

Ронин проигнорировал его и опустился на колени рядом с Найей. Лёгким, подрагивающим движением он убрал за её ухо прядь волос, испачканную с запёкшейся кровью.

— Найя, — прошептал он.

Найю передернуло. Он заслуживал правды, но она не знала, как подобрать слова, чтобы не разрыдаться. Он, впрочем, тоже не знал, что сказать. Она чувствовала это по тому, как он пристально, не моргая, смотрел на её руку, отмеченную проклятием, беззвучно приоткрывая и закрывая рот. Сколько же он услышал?

— Теон, отведи Ави назад и убедись, что все в порядке. Пожалуйста, — снова скомандовал Ронин.

На сей раз Теон не стал спорить. Воздух вздрогнул, издав звук, похожий на шипение втягиваемой в вакуум грязи, и они исчезли.

Найя сквозь слёзы уставилась на метку проклятия.

Всё пошло наперекосяк. Она держала счастье за горло, веря, что способна преодолеть что угодно — даже брак с Солярисом и принесение в жертву собственной свободы. Ронин дал ей обещание. Неважно где и при каких обстоятельствах, он найдет её и вернёт себе.

Но это?

Найя прижала ладонь к своему животу, где…

Она сорвала вторую перчатку и встала. Ронин поднялся следом. Всё ещё стояла глубокая ночь. Вокруг, кроме них, ни души.

Она решительно зашагала к краю дока, ведущего на пустынный пляж.

— Бог Смерти и Проклятий! — крикнула она. — Явись ко мне!

Она резко обернулась, высматривая его, пока края поля зрения не окрасились в красный цвет. Вдоль песчаного берега шелестели силуэты раскачивающихся деревьев.

— Найя! — Ронин побежал следом, пытаясь её догнать. — Что ты делаешь?

— Мне нужны ответы. — Она бросилась через песок, и в каждом её шаге сквозила осязаемая ярость.

— Найя. — Ронин протянул руку, кончики пальцев едва коснулись её рукава, прежде чем он опустил ладонь, словно вспомнив все те разы, когда она вздрагивала от прикосновений.

Ей хотелось заверить его, что теперь она не испугается; что она привыкла к его коже на своей, даже жаждет этого. Но она была слишком расстроена, чтобы говорить с такой нежностью.

— Поговори со мной, — мягко взмолился он.

Найя выкрикнула имя Высшего Бога.

Она не остановится, пока этот ублюдок не покажется.

Найя впилась ступнями в песок, ожидая, стуча зубами.

Прошла долгая секунда, мышцы напряглись.

— Кассиан, явись к…

— Вы кажетесь взволнованной, Маленькая Богиня. — Его голос раздался у неё за спиной, гладкий, словно порция виски.

Ронин потерял сознание и рухнул на землю, не успев даже развернуться и вскинуть руки для защиты.

— Ронин! — Найя рванулась к нему, вскинув голову в сторону бога. — Как ты посмел!

Тот размял плечи.

— Назовём это мерой безопасности.

Найя опустилась на корточки рядом с Ронином, проверяя, в порядке ли он. После такой кровопотери он был бледен, как призрак. Потеря сознания хотя бы не даст ему совершить очередную глупость.

— Я никогда не считала тебя таким же жестоким, как она, — Найя выпрямилась и повернулась лицом к Кассиану. — Но это лишь доказывает пределы моей глупости.

Казалось, его ничуть не задела её вспышка. Он оставался невозмутимым, источая невыносимый холод отстранённости. Свет фонаря с дока ярко освещал его бледные светлые волосы, а монохром тёмной одежды на фоне светлой кожи делал его похожим на мёртвый куст роз посреди снежного поля.

— Жестокость и амбиции — вещи совершенно разные, — заметил он. — Ваша мать крайне вспыльчива. Именно поэтому она и была проклята.

Найя замахнулась, чтобы ударить его кулаком, но он рассыпался в облачке дыма.

— Осторожнее, Маленькая Богиня, — промурлыкал он, — а то я могу дать сдачи.

Появившись в нескольких футах от прежнего места, он на мгновение окутался тенью, скользнувшей по его резким, неземным чертам лица.

— Какова причина, по которой вы призвали меня?

— Твоё проклятие! Я должна отдать тебе своего ребёнка, да? — Найя всхлипнула. — Почему мой ребёнок?

Кассиан внимательно наблюдал за ней, склонив голову в очарованном любопытстве.

— Ты знаешь историю клана Химура?

Она не могла вымолвить ни слова, рыдая сквозь стиснутые зубы.

Он соизволил объяснить, поправляя запонки на рукавах.

— Тысячу лет