Тьма времени - Сара Сэмюэлс

Несколько мужчин с суровыми лицами молча кивнули.

— Завтра, ещё до рассвета, мы найдём их и устроим засаду. Мы положим конец их тирании! — Серое Перо вскинул кулак.

Воины сделали то же самое, выкрикивая слова поддержки.

Роман тоже поднял кулак.

Я в ужасе отшатнулась.

— Роман! Ты же не можешь идти сражаться.

Роман нахмурился и посмотрел на меня.

— Что значит — не могу? Мы с братом обязаны идти. Мы гладиаторы и справимся со всем, что кайова бросят против нас. Ты сама знаешь, насколько мы оба искусны в бою.

Я покачала головой.

— В племени и без вас достаточно воинов. Тебе незачем идти. У меня очень плохое предчувствие.

— Что с тобой, Маленькая Луна? Почему ты против? — спросил Серое Перо, пристально глядя на меня.

— Я просто не хочу, чтобы с Романом что-нибудь случилось. Да и вообще… ни с кем из вас. — Я обвела рукой мужчин, сидевших вокруг, надеясь, что не выгляжу истеричной. Беременность делала своё дело, превращая мои эмоции в настоящие американские горки.

— Решение принято. — Серое Перо с силой ударил посохом о землю. — Мы выступаем до восхода солнца. Нам предстоит день пути, но двигаться будем, словно призраки. Они не будут нас ждать.

Охваченная страхом, я повернулась к Роману и схватила его за рукав.

— А если я больше никогда тебя не увижу? — прошептала я.

— Оливия, пожалуйста, не говори так. Тебе нечего бояться. Преимущество на нашей стороне — у нас есть ружья, копья и любое оружие, какое только можно пожелать. Всё будет хорошо. — Он не отводил от меня взгляда. — Ты знаешь, что я человек чести. Я вернусь к тебе. Даю слово.

На его лице появилась успокаивающая улыбка.

Но мои челюсти были крепко сжаты, и я лишь покачала головой.

— Оливия, — тихо, но твёрдо сказал Роман. — Я пойду. Мы обязаны сделать это ради племени. Танцующий Огонь хотел бы именно этого. Он настоял бы, чтобы мы защитили свой народ.

— Если тебя это хоть немного успокоит, Маленькая Луна, — произнёс Серое Перо, — сначала мы попытаемся заключить мир.

Это действительно звучало лучше.

Но тревога, поселившаяся в моём сердце, никуда не исчезла.

До конца дня я почти не возвращалась к этому разговору, но ночью страх окончательно взял надо мной верх. Я долго ворочалась рядом с Романом, надеясь, что не разбужу его.

Посреди ночи чья-то рука осторожно коснулась моего плеча.

— Оливия, — тихо позвал Роман.

— Что?.. А?.. — Значит, я всё-таки заснула. — Уже пора?

Я села, протирая сонные глаза.

Роман сидел передо мной на корточках. Его лицо освещало красноватое сияние раскалённых камней в нашем очаге. На щеках были нанесены красные и чёрные боевые узоры, придававшие ему свирепый вид.

— Да, любовь моя. Но совсем скоро я вернусь к тебе. Уверен, всё закончится быстро.

— Тогда почему ты одет как воин, а не как человек, пришедший заключить мир? — спросила я, чувствуя, как тревога всё сильнее сжимает моё сердце.

— Это всего лишь символ, не более того. Не переживай. Обещаю, я вернусь к тебе целым и невредимым, — сказал он. — Удача на нашей стороне… Луна почти полная и будет освещать нам путь. Они не ожидают нашего появления. И помни: я иду защищать тебя и нашего ребёнка.

Он ласково провёл рукой по моему животу поверх толстой меховой накидки.

— Я просто… я просто… — Я прикусила язык. Не стоило провожать его, наполненную страхом и тревогой. — Береги себя. Возвращайся ко мне скорее.

Я заставила себя улыбнуться.

— Вернусь, — ответил он. — Держи кинжал при себе. Всегда.

Я похлопала себя по бедру поверх мехов.

— Всегда. И кинжал, и пистолет — со мной.

Он быстро поцеловал меня и уже собирался уйти.

Но вдруг внутри меня вспыхнуло отчаянное желание удержать его. Я схватила Романа за руку и потянула к себе.

Он опустился рядом со мной на колени.

— Не уходи. Ещё немного…

На глаза навернулись слёзы. Я обвила рукой его шею и притянула к себе.

Когда наши губы встретились, я прижалась к нему всем телом, чувствуя, как по моим венам разливается мучительное отчаяние. Я не хотела отпускать его. Хотела, чтобы он остался рядом.

Он скользнул языком в мой рот, дразня и разжигая моё желание. Тепло его тела окутывало меня блаженством, тогда как спину сковывал холод — холод страха перед тем, что нас ждёт.

Его язык продолжал ласкать меня, настойчиво ища что-то, чего я сама не умела ему дать.

Мы оба слишком хорошо знали цену войны — за свою жизнь пережили слишком много сражений. Как я могла отпустить Романа, хоть на мгновение почувствовав уверенность, что он обязательно вернётся?

Я заставила себя отогнать страх и ответила на поцелуй ещё сильнее. Жёсткая щетина на его лице царапала мою кожу.

Мне было всё равно. Я принимала эти следы нашей любви и знала, что буду хранить это лёгкое жжение до самого его возвращения.

По мере того как наш поцелуй становился всё глубже, между моих ног разгорался жар, наполняя меня мучительным желанием. Мне хотелось вновь принять его в себя, спрятаться вместе с ним там, где до нас не смог бы добраться никто.

Его ладони легли мне на плечи, мягко подталкивая назад, но губы по-прежнему не отпускали мои. Это была наша собственная маленькая война. Ни один из нас не хотел отпускать другого.

С моих губ сорвался долгий стон, растворившись в его поцелуе.

Наконец, тяжело дыша, Роман всё же заставил себя отстраниться. Его губы оставались приоткрытыми, а в глазах стояла такая тоска, что у меня сжалось сердце.

— Я не хочу уходить.

— И я не хочу, чтобы ты уходил. Пожалуйста… останься.

Он облизнул губы.

— Я должен идти, Оливия. Ты и сама это знаешь. Мой долг — помочь защитить племя. Эта война между сиу и кайова длится уже слишком долго.

— Я знаю, — тихо всхлипнула я.

— Жди меня, Оливия. Просто жди. Я вернусь к тебе так скоро, как только смогу.

После ещё одного долгого взгляда он легко коснулся моих губ своими и ушёл.

Я знала, что больше не усну. То ли всему виной были гормоны, то ли последние недели бесконечных испытаний наконец сломили меня, но я никак не могла избавиться от тяжёлого предчувствия. Я лежала, дрожа и мучаясь тревогой, слушая, как дождевые капли тихо барабанят по стенам моего типи.

— Оливия!

Голос Эмили вырвал меня из полудрёмы.

— Что случилось? — спросила я сквозь пелену усталости, всматриваясь в темноту.

Тёмный силуэт приблизился ко мне, и через мгновение Эмили забралась под меха рядом.

— Я не смогла уснуть, — прошептала