Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат - Диана Фурсова

что решила, что за ней придут кузнечные клещи, девочка покраснела до кончиков ушей и потребовала немедленно сменить тему.

Сегодня женщина приехала за ней.

Не с приказом.

С пустой дорожной сумкой.

И именно это, кажется, пугало Тессу больше всего.

— Я понимаю, — сказала Лейна.

Тесса сразу нахмурилась.

— Нет.

— Что — нет?

— Не говорите, что понимаете. Вы меня не знаете.

Женщина опустила взгляд.

— Уже почти десять лет.

— Вот именно.

Сайвера заметила, как пальцы Тессы медленно разглаживают край стола.

Она делала так, когда старалась не показать, что нервничает.

Раньше девочка просто прятала всё за колкостью.

Теперь хотя бы позволяла себе оставаться в разговоре.

— Ты не обязана сегодня уезжать, — сказала Сайвера.

Лейна подняла голову.

— Я не собиралась её забирать силой.

— Я знаю. Говорю не вам.

Тесса посмотрела на неё.

— А если вообще не захочу?

— Тогда не поедешь.

— Даже если дом вернули?

— Дом вернули Вельранам. Не приказ жить в нём.

Тесса замолчала.

Эту фразу Сайвера уже говорила ей в день Совета. Тогда девочка спросила, обязана ли вернуться в мастерскую, если её признают принадлежащей семье.

Нет.

Сайвера помнила собственный первый вечер в «Старом Пороге» слишком хорошо, чтобы когда-нибудь перепутать владение домом с обязанностью оставаться в нём.

Лейна медленно произнесла:

— Я тоже не живу в мастерской.

Тесса посмотрела на неё.

— Почему?

— Потому что последние годы там жил твой отец. Потом люди, которых поставили следить за участком. А теперь Совет запретил что-либо менять, пока не закончится передача.

— Я думала, её уже вернули.

— Право вернули. Ключи передадут через несколько дней.

Тесса сразу посмотрела на Сайверу.

Та кивнула.

— Так и есть.

— Почему мне не сказали?

— Вчера вечером пришло письмо. Ты уже спала.

— Я не спала.

— Ты лежала в кровати с закрытыми глазами.

— Это другое.

— Совершенно.

Лейна неожиданно улыбнулась.

Не широко.

Тесса заметила.

И на этот раз не отвернулась.

— А вы куда хотите меня забрать? — спросила она.

— Никуда не хочу забирать.

— Вы приехали с сумкой.

— Для твоих вещей.

— Это и называется забрать.

Женщина немного растерялась.

Сайвера спрятала улыбку, занявшись совершенно ненужным выравниванием стопки салфеток на стойке.

Лейна вздохнула.

— Хорошо. Я приехала спросить, хочешь ли ты пожить со мной.

Тесса подозрительно прищурилась.

— Где?

— В доме у западной дороги. До мастерской оттуда меньше часа.

— У вас есть дети?

— Нет.

— Муж?

— Есть.

— Он громкий?

Лейна моргнула.

— Иногда.

— Насколько иногда?

— Когда роняет что-нибудь тяжёлое.

— А так?

— Обычно молчит.

Тесса задумалась.

— Комната отдельная?

— Да.

— Закрывается изнутри?

Лейна ответила не сразу.

Сайвера увидела момент, когда женщина поняла, почему задан именно этот вопрос.

— Сейчас защёлки нет, — сказала она. — Но будет к вечеру.

Тесса впервые за весь разговор опустила плечи.

Совсем немного.

— Вы поставите?

— Если тебе так спокойнее.

— Мне так спокойнее.

— Тогда поставлю.

Сайвера отвернулась к полке.

Иногда доверие возвращалось не красивыми обещаниями.

А защёлкой на внутренней стороне двери.

И тем, что взрослый человек не спрашивал, зачем она нужна.

Тесса ещё долго выясняла подробности.

Кто готовит завтрак.

Можно ли самой выбирать, когда убирать комнату.

Нужно ли носить платье в гости.

Есть ли поблизости лошади.

Что будет с её работой в трактире.

На последнем вопросе Лейна посмотрела на Сайверу.

— Это уже не ко мне.

— Почему? — спросила Тесса.

— Потому что я не твоя хозяйка.

Девочка замерла.

Потом медленно повернулась к Сайвере.

— А вы?

— Я хозяйка трактира. Не тебя.

Тесса смотрела несколько секунд.

— Значит, могу приезжать?

— Если будешь предупреждать.

— Зачем?

— Потому что мне нужно понимать, кому готовить комнату.

— Я могу спать в своей.

— Твоя комната остаётся гостевой, когда тебя нет.

Тесса возмутилась:

— Там мои вещи.

— Вот поэтому вещи заберёшь с собой.

— Все?

— Всё, что твоё.

— А ключи?

Сайвера посмотрела на связку, висевшую у стойки.

За последние недели Тесса сама распределила ключи от комнат так, что теперь замечала пропажу любого раньше хозяйки.

— Один оставишь.

Девочка нахмурилась.

— Почему?

— Потому что у меня только двенадцать гостевых комнат, а не личный дворец для детей, которые решили жить в другом месте.

— Я не решила.

— Пока нет.

Тесса посмотрела на Лейну.

Потом на лестницу.

Потом на старую дверь кухни, где Иврей пытался прислушиваться настолько незаметно, что из-за косяка торчала половина светлой головы.

— Иврей.

Мальчик исчез.

— Я ничего не слышал!

Тесса закатила глаза.

— Врёт.

— Порог не принимает ложь только под подписью, — напомнила Сайвера.

Из кухни донеслось:

— Я не подписывал!

— Вот поэтому и живёшь спокойно.

Лейна тихо рассмеялась.

Тесса повернулась к ней.

Женщина сразу перестала.

— Простите.

— За что?

— Не знаю.

— Тогда не извиняйтесь.

Сайвера почувствовала, что сейчас лучше вообще ничего не говорить.

Тесса снова посмотрела на документы.

Исправленная запись лежала сверху.

Тесса Вельран.

Двенадцать лет.

Жива.

Слово выглядело почти нелепо.

Будто кому-то действительно требовалось официально подтвердить очевидное.

Но требовалось.

Слишком долго другие бумаги утверждали обратное.

— Я попробую, — сказала Тесса.

Лейна не сразу поняла.

— Что?

— Пожить у вас.

Женщина вдохнула.

Сайвера увидела, как она хочет быстро ответить, обнять девочку, сказать слишком много.

Но Лейна только кивнула.

— Хорошо.

Тесса продолжила:

— На неделю.

— Хорошо.

— Если не понравится, вернусь.

— Хорошо.

— И три раза в неделю я работаю здесь.

Сайвера подняла бровь.

— Нет.

Тесса резко повернулась.

— Почему?

— Потому что дорога занимает время, у тебя будут другие дела, и я не собираюсь принимать график, который ты придумала за четыре секунды.

— Я могу два раза.

— Сначала неделю поживёшь. Потом договоримся.

— Но…

— Тесса.

Девочка прищурилась.

— Вы опять правы.

— Запиши дату.

— Не настолько.

Лейна улыбнулась снова.

На этот раз Тесса позволила.

Сборы заняли дольше самого решения.

Оказалось, что за несколько недель Тесса успела обжить комнату настолько, что её первоначальное «у меня почти нет вещей» больше не соответствовало действительности.

Два платья.

Рабочие штаны.

Шерстяная кофта.

Пара новых ботинок, которые она купила на собственные деньги после осеннего торга.

Три тетради.

Расчёска.

Небольшая деревянная