Свидание со смертью - Келли Криг

Седрик коротко, презрительно усмехнулся. Затем он склонил голову набок, и на его лице промелькнуло выражение мрачного изумления, прежде чем черты снова застыли в маске затаенной ярости.

— Во-первых, — произнес он, — думаю, ты и сам понимаешь, что мы давно перешагнули ту черту, за которой возможны любые переговоры. Во-вторых, поскольку у меня на эту жизнь были свои виды с самого начала — то, что ты угадал абсолютно верно, — я могу пообещать тебе лишь одно. В отличие от тебя, когда дело касается Хелены, я буду выполнять свою работу.

Крепко сжав косу обеими руками, я шагнул к нему, прекрасно понимая, что не подойду достаточно близко, чтобы снести ему башку, и зная, что даже если бы подошел, это ничего бы не изменило.

И все же, если мне суждено пасть, я сделаю это в бою.

Каждый, мать твою, раз.

Седрик даже не попытался увернуться. Ему и не нужно было — вперед шагнул Сэр Блэк.

Мне было уже плевать, и я нанес удар, но ангел, демон — кем бы он ни был — перехватил косу и вырвал ее из моих рук с такой легкостью, будто ребенок отобрал игрушку у малыша.

Едва оружие рассыпалось дымом и исчезло, другая его металлическая, черно-когтистая рука взметнулась в воздух и мертвой хваткой вцепилась мне в горло.

Пойманный в эту хватку — куда более неумолимую, чем моя собственная, — я принялся отдирать его кулак обеими костлявыми руками, пока он волок меня к своему Бассейну — входу в мой личный ад.

Хелена. Она снова будет ждать меня, а я опять не приду.

Подумает ли она — хоть на мгновение — что я солгал ей насчет своей любви?

Почему эта мысль казалась мне самой жуткой частью всего происходящего?

Сэр Блэк поволок меня к Черному Бассейну, который, стоило нам только приблизиться, выпустил наружу щупальца эбеновой жижи — маслянистые плети, тоже хлестнувшие меня по горлу. Они обвились вокруг моих запястий, ребер и позвоночника, который хрустнул, когда мучитель согнул меня назад над голодной чашей.

Хелена, прости меня.

Хелена, я люблю тебя.

— Прощай, Жнец, — произнес Седрик, даже когда я все еще продолжал отчаянно рваться на свободу. — Можешь не верить, но я буду скучать. Хотя приятно видеть, что ты наконец-то направляешься туда, где тебя действительно ждут.

Я сопротивлялся Сэру Блэку, даже когда он навалился на меня всем весом, вталкивая в Черный Бассейн, который выпустил новые щупальца — все они цеплялись за кости, опутывая их со страшной силой.

Вместе они пытались расшатать и растворить меня, превращая в бестелесный дух, и я боролся с этим каждой унцей оставшейся у меня воли.

Этой воли хватило лишь на то, чтобы показать Седрику один костлявый средний палец.

А потом, в одно мгновение, Омут забрал меня — и коса смерти наконец-то повернулась против самого жнеца.



45 ХЕЛЕНА

Я надела платье цвета шампанского с поясом и рукавами-тюльпанами, но Смерть так и не приехал за мной, чтобы отвезти на свидание.

Сначала я ждала его на диване вместе с Мауи, ожидания, что он материализуется где-нибудь поблизости. В двадцать минут девятого я подошла к окну и выглянула на парковку, надеясь увидеть, не ждет ли он меня рядом со «Судьей».

— Где же он? — спросила я у Мауи, схватив ананас и прижимая его к груди.

Спустя час я включила телевизор.

Спустя два — сдалась, умылась и легла спать.

Не то чтобы мне удалось поспать.

Мои мысли снова понеслись вскачь. Только на этот раз, вместо того чтобы думать о нем плохое, я терзалась страхом, что с ним и впрямь случилось худшее.

Он сказал, что любит меня. И эта татуировка… Разве она не доказывала, что он испытывает ко мне самые глубокие чувства?

У Жнеца не было телефона, чтобы я могла ему позвонить, а его семья жила в измерении, куда я не могла добраться самостоятельно или с которым не имела никакой связи.

Воскресенье тянулось бесконечно долго, и я изрядно исходила взад-вперед по всей квартире. Я даже не могла заставить себя дойти до продуктового, хотя мне это было жизненно необходимо — просто на случай, если Смерть все-таки заглянет в поисках меня. Или если кто-нибудь из Священных Чертогов заявится.

Однако в понедельник утром мне пришлось идти на работу.

Я поехала на «Судье» в библиотеку, надеясь, что там моя тревога немного утихнет. Но работа оказалась не столько отвлекающим средством, сколько чередой задач, на которых я никак не могла сосредоточиться.

Что-то было не так. Обязательно было не так.

Но… что я могла с этим поделать?

Когда наступил полдень, я собрала отобранные на сегодня книги и направилась в уголок для чтения сказок. Эта зона уже была забита детьми из детских садов и нашими постоянными дневными гостями — мамами и папами с малышами, бабушками и дедушками с внуками.

Растерянная, снедаемая тревожной паникой, я уселась на свой табурет и попыталась взять себя в руки.

Сегодня был первый раз в жизни, когда мне пришлось выдавливать улыбку, глядя на столько сияющих глаз, обращенных ко мне любопытных лиц.

Дети в возрасте от трех до шести лет сидели на ярких круглых подушках, а чуть позади — на покрытых ковролином ступеньках. За ними располагалась красочная роспись стен с сюжетами из сказок и персонажами вроде Рапунцель в ее башне и паука Анаси в его паутине.

Однако сегодня это веселье и причудливая сказочность не смогли передаться мне — как не смогли принести радости ни всеобщее внимание малышей во время приветственной песни, которую я бренчала на укулеле, пока все повторяли за мной выученные знаки жестового языка.

И все же я держала улыбку на лице, когда представила нашу первую книгу на сегодня — классику и мою личную любимицу: «В моем шкафу живет кошмар» Мерсера Майера.

Но в тот самый момент, когда монстр в книге начал плакать, я поймала себя на том, что тоже борюсь со слезами.

Рэмси, один из моих самых преданных и постоянных маленьких читателей, поднял руку. Моргая, чтобы прогнать слезы, я обратилась к нему, радуясь этой передышке.

Наверное, мне не стоило выбирать на сегодня сплошные книги про монстров…

Или приносить укулеле.

— Мисс Харт, — произнес шестилетний мальчик, склонив голову и моргая на меня своими темными глазами. — Вы боитесь монстра?

Этот вопрос… ну, это заставило меня рассмеяться, отчего мой юный посетитель