Месть и любовь травницы - Эмма Серсанд

Пленные, которых допрашивали всю ночь, назвали имена — и эти имена совпали с теми, что были в свитках, которые мы с Юнь принесли из тайника. Император был в ярости.

Он приказал провести тщательное расследование, и вскоре вся столица узнала о заговоре, который тянулся много лет.

Глава рода Чо был казнён.

Его сыновья отправлены в ссылку, а имущество конфисковано.

Отец был полностью оправдан.

Император лично подписал указ о восстановлении его доброго имени и возвращении всех титулов. Теперь никто не смел сомневаться в его чести.

Мы с Цзинлэем жили в усадьбе.

Он поправился — рана зажила, оставив лишь тонкий шрам на боку, который он иногда показывал с гордостью, говоря, что это память о самой важной битве в его жизни.

Отец тоже поправился и вернулся к своим обязанностям, но теперь он часто приезжал к нам, и мы вместе ужинали в главном зале, как настоящая семья.

Сяо Мэй осталась со мной.

Она выросла за эти месяцы — стала выше, увереннее и больше не была той испуганной девочкой, которая когда-то пряталась за моей спиной.

Теперь она сама отдавала распоряжения слугам, помогала мне с травами и даже начала учиться читать.

Я видела, как она расцветает, и радовалась за неё.

А Юнь…

Юнь мы похоронили в саду, под той самой старой сливой.

Я сама выбрала это место — там, где она любила сидеть, глядя на цветы.

Мы поставили небольшой камень с вырезанным именем, и каждую неделю я приносила туда свежие цветы.

Я часто думала о ней.

О том, как она появилась в моей жизни — сломленная, брошенная, умирающая.

О том, как она ожила, когда мы с Сяо Мэй нашли её. О том, как она улыбалась, когда мы сидели вечерами в павильоне и перебирали травы.

О том, как она отдала свою жизнь, чтобы спасти меня.

Она была не просто подругой, она была старшей сестрой, которой у меня никогда не было.

Однажды утром, когда я сидела в саду и перебирала травы, ко мне подошёл Цзинлэй, сел рядом и взял меня за руку.

— Ты думаешь о ней? — спросил он тихо.

Я кивнула.

— Каждый день.

Он помолчал, потом сказал:

— Она была храброй и любила тебя. Я знаю, что она хотела, чтобы ты была счастлива.

Я посмотрела на него и улыбнулась.

— Я счастлива. С тобой. С Сяо Мэй. С отцом. Я просто… скучаю по ней.

Он сжал мою руку, и мы сидели молча, глядя на цветы, которые я принесла к её камню.

Прошло ещё несколько месяцев.

Весна сменилась летом, лето — осенью. Усадьба наполнилась жизнью — слуги, гости, дела.

Я открыла лавку с травами на рынке — не для денег, а для того, чтобы помогать людям.

Ко мне приходили за советом, за лекарствами, за помощью и я давала им то, что умела — так же, как когда-то давала Юнь.

Иногда я вспоминала тот день, когда мы сбежали из поместья Пэй.

Тогда я думала, что моя жизнь кончена, что я никогда не найду своё место.

Но теперь, оглядываясь назад, я понимала — всё, что произошло, привело меня сюда к этому дому, к этому саду и к этим людям.

Я стояла под старой сливой, и ветер играл с моими волосами.

Где-то в доме смеялась Сяо Мэй, отец что-то говорил Цзинлэю, их голоса доносились до меня, как музыка.

Я улыбнулась и посмотрела на камень с именем Юнь.

— Спасибо, — прошептала я. — За всё.

Ветер качнул ветви и мне показалось, что она улыбнулась в ответ.