На полной скорости - Рут Стиллинг

ответа или хотя бы признака, что он меня слышит, но ничего нет. Я удивлена, что у него до сих пор не появились ямочки в тех местах, где я его так часто целовала.

Не снимая с него кислородной маски, я наклоняюсь вперед и целую его в щеку. Я удивлена, что у него не появились язвочки там, где я так часто его целовала.

— Пожалуйста, пожалуйста, проснись, Томми. Я скучаю по тебе. Так чертовски сильно.

Достав свой телефон, я открываю YouTube и ищу песню, которую ещё не включала ему. “Paranoid” от Black Sabbath.

— Я имела в виду то, что сказала в тот день в твоей машине, — говорю я ему. — Слова этой песни всегда будут напоминать мне о тебе. Но не в том смысле, в каком я знаю тебя сейчас. А каким ты был, когда я встретила тебя.

Я встаю с его кровати и беру расческу, зачесываю волосы на один пробор и укладываю так, как, я знаю, ему нравится больше всего.

Отложив расческу, возвращаюсь на место рядом с ним и беру его руку.

Он всё ещё выглядит таким умиротворенным, мягкое движение груди говорит мне, что его большое сердце продолжает работать.

Я

Я сказала ему, Коллинз. Он ещё не засмеялся, но я уверена, что он засмеется, когда проснется. И он, вероятно, предложит тебе месячный абонемент в его домашний спортзал. Просто чтобы позлить тебя.

Коллинз

На данный момент я подпишусь на весь гребаный год, если это будет означать, что Томми спросит меня об этом сам.

Кендра

Парни поедут в больницу сразу после тренировки. Джек решительно настроен что если он не проснется к их приходу, то он добавит луковой пасты в гель для волос Томми.

Дарси

И я заставлю его пройтись со мной по магазинам. Я знаю, как сильно он любит торговый центр. И людей.

Коллинз

Да, на самом деле это намного хуже, чем ходить в спортзал.

ПРОСЫПАЙСЯ, ТОММИ!

Стук в дверь заставляет меня подпрыгнуть, и я оборачиваюсь, замечая Холта. Он должен был покинуть Бруклин сразу после игры и отправиться домой, чтобы навестить маму на новый год. Но он решил остаться здесь и поддержать меня. По правде говоря, я нуждалась в нём, и он это знал.

Он опускает глаза на мой телефон, когда заканчивается песня.

— Это была одна из моих любимых песен, когда я был младше.

Я поворачиваю голову в сторону Томми, закрывая YouTube и откладывая телефон, чтобы взять его за руку обеими руками.

Доктор сказал, что разговор с ним поможет ему лучше сориентироваться, когда он проснется. Помню, когда я однажды села к нему в машину, эта песня была в его плейлисте. Он сказал мне, что это одна из его любимых песен.

Холт садится лицом ко мне, рядом с кроватью Томми.

— Могу я спросить тебя кое о чем?

Я киваю.

— Когда мы только приехали сюда и доктор рассказал нам о коме, ты сказала, что Томми спас тебя от чего-то.

Я смотрю на Холта, а затем снова на Томми, и в моих глазах появляются слёзы.

— Да.

Холт наклоняется вперед, кладя руку мне на предплечье.

— Я буду с тобой честен, Дженна.

Моё сердце замирает от того, как он это говорит, и я крепко закрываю глаза. Последнее, что мне нужно, это чтобы Холт сказал мне, что я идиотка, раз попадаю в дурацкие ситуации.

— Я доверила парню проводить меня домой и думала, что это всё, что он собирается сделать. Поверь мне, я уже достаточно ругала себя за то, что произошло.

Холт отстраняется, на его лице отражается шок.

— Дженна, ты сейчас шутишь? Я бы никогда не стал винить тебя в том, что произошло. Единственный человек, который должен винить себя, — это парень, который пытался напасть на тебя, — он медленно выдыхает и снова откидывается на спинку кресла. — Это был тот же парень, который утверждал, что Томми ударил его? Его звали Итан, верно?

Я не отвечаю, позволяя своему молчанию ответить за меня.

— Да. И прежде чем ты спросишь, я дала показания, чтобы прояснить ситуацию, и я также сообщила полиции о том, что произошло. Я знала, что ты ждал и молился о том, чтобы Томми перевели из Нью-Йорка. Честно говоря, я боялась этого. Итак, я встала на защиту справедливости и того, что было правильным. Думаю, это послужило катализатором в наших с Томми отношениях. Это был звонок для нас обоих — осознание того, как много мы значили друг для друга, несмотря на всю ту боль, которую мы причинили.

Холт секунду смотрит на Томми. На его лице тревога, но и благодарность, я понимаю, что это из-за того, что Томми сделал для меня. Моему брату не обязательно знать все подробности того, что произошло той ночью.

— Ты хотел быть по-настоящему честным со мной? — я напоминаю Холту о том, что он сказал ранее.

— Да, — отвечает он, прищелкивая языком.

— Скажи мне, что ты собирался сказать, — настаиваю я.

Холт выглядит неуверенным.

— Пожалуйста, — говорю я.

Он ерзает и снова смотрит на моего парня.

— Когда ты впервые сказала мне, что Томми спас тебя от нападения, я забеспокоился, что ты считаешь себя ему чем-то обязанной. Или что ты могла запутаться в своих чувствах.

Я хочу остановить его и сказать, что всё не так, но Холт делает это быстрее.

— И я рад, что не сказал тебе этого тогда, потому что... — он опускает взгляд на мои руки, обхватившие руку Томми. — Теперь я знаю, что ты совсем не запуталась.

Он улыбается так, как будто у него есть личная шутка, или это чувство ему знакомо. Я хочу спросить, в чём дело, но решаю, что сейчас неподходящее время.

— Ты любишь его, не так ли, Джен?

За всю свою жизнь я никогда не была более уверенное в чём-либо, чем в этом.

— Да, — шепчу я, поднимая руку Томми и целуя его татуированные костяшки пальцев. — Да. Жаль только, что я не перестала дурачиться раньше и не ответила на его слова до того, как он получил удар.

Ещё одна слеза скатывается по моей щеке и падает на руку Томми. Я не утруждаю себя тем, чтобы вытереть её. Я знаю, Томми бы этого не хотел.

Холт встает, наклоняется и нежно целует меня в волосы.

— Тогда скажи ему сейчас. Врачи сказали, что он, вероятно, слушает. Так что давай, сестренка. Скажи своему мужчине, что ты его любишь.

Когда дверь за Холтом закрывается,