Ведовская. Говорящая с тенями - Анна Лерн

- Да… бывает, - вздохнула она. - Проснусь ночью и думаю: какая из жизней мне приснилась? Та, прошлая, или эта? А потом донесётся с кухни уютный аромат оладушек, что моя Анфиса ни свет ни заря печёт, и сомнения сразу улетучиваются.

Ирина вдруг замолчала, и уголки её губ дрогнули в нежной улыбке. Взгляд девушки потеплел, наполнившись искренним чувством, которое невозможно было спутать ни с чем иным.

- К тому же я здесь тоже не монашкой живу. На горизонте появился достойный мужчина. Настоящий человек, каких поискать. Осталось только со всякими сложностями его знатной семейки разобраться.

Я смотрела на гостью и чувствовала, как во мне разливается ответное тепло. Грусть в глазах Ирины окончательно сменилась тем живым огнём, который зажигается, когда сердце находит свою пристань.

Не удержавшись, я взяла Бесову за руки и весело поинтересовалась:

- Это правда? Не шутишь? И кого же ты умудрилась очаровать? Царевича?

Ирина громко засмеялась.

- Ну, ты палку-то не перегибай, Таня! Это у тебя ухажёры один другого страннее. А у меня человек простой, земной... хоть и барон.

Напряжённость между нами совсем испарилась. Прасковья принесла свежего кипятка, и мы ещё целый час проговорили о всякой ерунде: обсуждали нелепые петербургские моды и жаловались на сырость, от которой не спасают никакие камины... В этом простом разговоре было столько жизни, столько тепла, что тени Вальмонтов казались чем-то далёким и почти нереальным. Мы отдыхали в этом хрупком затишье перед бурей, которая неизбежно должна была разразиться.

Глава 62

Когда гостья ушла, я отправилась искать Серафиму. Хотелось увидеть её зелёные глазки и предложить погулять в парке. Я намеренно не стала упоминать о своей воспитаннице при Ирине. Ей для одного дня с лихвой хватило известий о Северском и Вальмонтах. Не стоило обрушивать на Бесову ещё и тайну этой необычной девочки.

Фима сидела в гостиной на широком подоконнике, поджав ноги. Рядом уютным рыжим клубком на бархатной подушечке свернулся котёнок.

- Как настроение, маленькая? – я ласково коснулась её плеча. - Вижу, что ты совсем не в духе. Расскажешь, что случилось? Какая тучка набежала на твоё солнышко?

Фима не сразу повернула голову. Когда она, наконец, подняла на меня серьезный взгляд, в которых снова плескалась уже знакомая мне печаль.

- Я не хочу, чтобы Дмитрий Александрович уходил, - негромко произнесла малышка, и её голос дрогнул. - Пусть он останется с нами, Танечка. Пожалуйста.

Я почувствовала, как по спине пробежал неприятный холодок. Но всё же мягко спросила:

- А почему ты решила, что он должен нас покинуть?

Серафима потянулась ко мне, и её горячий шёпот обжёг мне ухо:

- Дмитрия Александровича заберёт тот, кто живет в нём. Он призывает его обратно. Потому что хочет вернуть в то место, где нет света.

Я на секунду замерла, отрицая услышанное. Дмитрий вернётся к Тьме? Растворится в том мраке, который так долго и мучительно пытался в себе обуздать?

Заставив себя глубоко вдохнуть, я натянула на лицо самую безмятежную улыбку, на которую только была способна. Нельзя было пугать девочку.

- О нет, Фима, моя дорогая, ты тревожишься попусту. Дмитрий Александрович - человек невероятной силы воли. Он ни за что не позволит кому-то взять над собой верх. Скажу тебе по большому секрету: совсем скоро мы все будем жить в одном доме.

Но Серафима даже не посмотрела на меня. В её взгляде, устремлённом куда-то сквозь стены, было такое знание, что мороз пробегал по коже. Она молча спрыгнула с подоконника и, не сказав больше ни слова, убежала из комнаты, оставив меня в полной растерянности. В груди неприятно скользко зашевелился червячок страха.

- Ma petite colombe! Прошу вас! Умоляю! Спасите меня! - отчаянный надрывный возглас заставил меня подпрыгнуть на месте.

Я схватилась за сердце и резко обернулась.

- Адам! Вы в своем уме?! Зачем же так пугать?!

Поручик выглядел в высшей степени взволнованно. Его призрачная фигура то и дело подёргивалась рябью. Он испуганно оглядывался, судорожно одёргивал рукава своего мундира и переступал с ноги на ногу, явно намереваясь дать стрекача при малейшем шорохе.

- Что такое? Поручик, на вас лица нет... - я насторожилась. - С вами всё в порядке?

- Нет, клянусь честью, нет! - воскликнул он. – Меня преследуют! Это ужасно! C’est une catastrophe! Эта ужасная женщина, эта валькирия в пропахших нафталином кружевах! О боги! Она вознамерилась использовать меня для самых низменных, самых предосудительных постельных увеселений! Она желает, чтобы я попирал законы природы и совершал с нею непотребства, кои приличный офицер не смеет даже вообразить! Она а́лчет моих ласк!

- Адам, успокойтесь! О ком вы вообще говорите? — мои брови против воли поползли вверх.

Тем временем Адам прижал ладонь к груди и горячо зашептал:

- Это ваша соседка, мадам Лопухина! Та самая престарелая вдова, что тридцать лет не выходила из почивальни, изводя прислугу жалобами на одышку! Она скончалась этой ночью! И, едва стряхнув земные оковы, эта мегера в папильотках явилась сюда! Лопухина увидела меня в коридоре… Вы не представляете, Татьяна Фёдоровна, что она сотворила! Mon Dieu, Quelle horreur! Quelle indécence!

- Господи, Адам… Что?

- Она набросилась на меня с криком: «Наконец-то кавалер без ревматизма!». И прежде чем я успел напомнить пожилой кокотке о правилах приличия, она бесстыдно забралась в мои панталоны! Знаете, что заявила эта престарелая Наяда загробных спален?! Что хочет проверить: «крепка ли гвардейская выправка под сукном»!

Поручик выглядел так, будто над его честью совершили надругательство государственного масштаба.

- Сделайте что-нибудь! Призовите её к порядку! Сошлите в чистилище, в конце концов, пока она не лишила меня последних остатков офицерского достоинства! Эта астральная корсарша ещё и щиплется!

Я едва сдерживалась, чтобы не расхохотаться в голос. Героический поручик, переживший дуэли и сражения, пал жертвой темпераментной вдовы, которая, видимо, решила наверстать упущенное за тридцать лет болезни в первый же день после смерти.

Так! Не хватало, чтобы ситуация окончательно вышла из-под контроля. Мне было жаль Адама, и к тому же в доме находился ребёнок. Детская душа и без того была встревожена мрачными видениями о Дмитрии. Только появления игривой вдовы, гоняющейся за поручиком, нам сейчас не хватало!

В этот момент из-за двери донеслось кокетливое:

- Голубчик... где же вы спрятались, мой неистовый Марс? Я скоро вернусь и всё равно вас найду!

Поручик издал тихий стон, а потом лихорадочно зашептал:

- Одна радость,