Королева Вечности - Л. Дж. Эндрюс

Однако вместо совершения кровавой расправы Вален тяжело вздохнул, положил оружие на стол и уставился на меня.

– Нелегко было видеть, как моя жена выходит на поле боя. В некоторые из пережитых нами ранних сражений я даже не всегда был уверен, что мы выберемся живыми.

– Ты когда-нибудь пытался удержать ее?

– Моя жизнь мне слишком дорога, – произнес он. – Я прекратил потакать своему затаенному страху потерять Элизу и доверился ее силе. Уже в то время, когда мы противостояли твоему народу, мне казалось, что без нее я не выдержу ни одной битвы. Даже здесь мы каждый день разговариваем через эту раковину. С позволения Рорика.

– Я полагал, ты просто передаешь сведения.

– Да, но если все вы считаете, что каждое мое слово исходит только от меня, то сильно ошибаетесь. – Он насмешливо хмыкнул. – Бóльшая часть того, что я говорю, принадлежит Элизе. Хоть ее здесь и нет, но без поддержки жены я никогда не справлюсь. – Вален выдержал паузу, собираясь с мыслями, а затем продолжил: – Однако я разделяю и твои чувства. Ведь я отец Лив, и здравый смысл приказывает запереть ее, пока не минует опасность.

– Тебе следовало бы, – ответил я. – Тогда ей не в чем будет обвинять меня.

Вален добродушно ухмыльнулся.

– Если ты искренне желаешь быть… Боги, ненавижу вас за это. Если ты хочешь быть возлюбленным моей девочки, то не лишай ее возможности стать достойной королевой и воительницей, которой она может быть. Иначе твой запрет погасит ее внутренний свет и подорвет ваше доверие друг к другу.

В этот момент пусть и с неохотой, но повелитель земли дал еще один намек на согласие. Он признал, не сказав ни слова, что знает: куда отправлюсь я, туда пойдет и Ливия. Вален, вместо сопротивления, казалось, стремился сделать из меня мужчину, которого он хотел бы видеть рядом со своей дочерью.

Неожиданно свалившийся с плеч груз позволил мне заснуть этой ночью без сковывающего легкие напряжения.

Пока кожа не стала слишком холодной, а руки – чересчур пустыми.

Стряхнув усталость с глаз, я приподнялся на локте, обнаружив рядом с собой до дрожи пугающую пустоту. Проникавший в комнату сквозь оконное стекло лунный свет окрашивал гладкую загорелую кожу Ливии в холодные голубые тона.

Она грызла ноготь большого пальца, забывшись в раздумьях.

Аккуратно, стараясь не слишком шуршать одеялами, я соскользнул с кровати, натянул брюки, брошенные в тот момент, когда мы практически свалились в постель, и обнял ее сзади за талию.

Сперва Ливия вздрогнула, а затем со вздохом прильнула ко мне.

Я прижался поцелуем к ее шее.

– Мне казалось, мы договорились разделять наши страхи.

Обхватив мои руки, она наклонила шею, чтобы мои губы могли насладиться ее изгибами.

– Я помню наш уговор. Просто мне еще никогда не доводилось видеть тебя так сильно похожим на труп. Ты наконец-то глубоко заснул, и я не хотела тебя будить.

Я прорычал в ее кожу:

– Какие слабые отговорки, Певчая птичка. Разбуди меня. Всегда буди меня.

– Ларссон жаждет твоей смерти, Эрик, – прошептала она. – Стоит закрыть глаза, и я вижу ее. И с каждым последующим днем вижу ее все отчетливее. Я пытаюсь, черт возьми, пытаюсь не дать паническим мыслям взять над разумом верх. – Ее голос дрогнул. – Но мне не удается обрести покой ни когда мы просыпаемся, ведь нас тут же затягивает в подготовку планов; ни даже когда спим, потому что Мары врываются в сновидения, показывая, что тебя больше нет.

Повернувшись, она вцепилась в мою талию, словно это позволяло ей дышать. Стоило одной слезинке скатиться по моей обнаженной груди, как плечи ее дрогнули. Я зарылся пальцами в длинные волосы, прижимая ее голову к своему сердцу.

– Так не пойдет, любовь моя. – Я поцеловал ее в лоб. – Не стоит проливать слезы из-за короткой жизни.

Ливия отстранила лицо и вытерла ладонью намокшие щеки.

– Я намерен провести рядом с тобой не менее тысячи лет. Пока не превращусь в сгорбленного дряхлого старика, а кожа не обвиснет на костях. – Ливия издала влажный смешок и уткнулась головой мне под подбородок. В ответ я нежно погладил ее по позвоночнику. – Это правда. И моя нога в придачу к твоей судьбе с каждым годом будет болеть все сильнее и сильнее. К моменту, когда Иной мир призовет тебя, ты будешь таскать мою костлявую задницу на своей спине, любовь моя. Придется подготовиться к подобным дням и преодолеть свои страхи.

Я ощутил на груди ее довольную улыбку. Она крепче обхватила мою талию.

– Клянусь, что буду носить тебя с собой повсюду, Змей, лишь бы прожить это обещанное тысячелетие с тобой.

Я высвободился из ее объятий и, схватив за запястье, потянул к ведущей в сад двери.

– Пойдем со мной.

Ливия держалась рядом, пока я вел нас по ступеням к террасам и садам. С момента нашего воссоединения у нее почти не оставалось времени, чтобы посещать их и приводить в первозданный вид.

– Там ты просто утонешь в своих бесконечных тревожных мыслях, – сказал я ей. – Помни, что каждый уголок этого дворца, каждый, кто живет в этих стенах, служит напоминанием о том, что наша борьба еще не проиграна. Мне нужно, чтобы ты дышала. – Прижавшись к ней, я обхватил ее тело руками и приник губами к уху. – Мне нужно, чтобы ты помнила, что ты Ливия Ферус, дочь отважных воинов, искусительница Короля Вечности и… ты связана со мной сердечными узами. Мне не нужны ни магия, ни заклинания, чтобы сказать, что ты вплетена в каждую нить канвы моих будущих дней.

Большим пальцем Ливия провела по моей челюсти.

– Змей.

– Певчая птичка.

– Я влюблена в каждую темную и одновременно прекрасную частичку твоего сердца.

Я не спеша и ласково поцеловал ее, а после, отстранившись, отвел к заброшенному кустарнику с круглыми зелеными ягодами, свисающими с ветвей.

– Скажи мне, что делать.

– В каком смысле?

Я развел ладони над садом.

– Когда-то именно здесь ты обрела покой. В этом месте твой хаос вдохнул жизнь в растения, и, кажется, тебе стоит напомнить, как повелевать своим королем. Скажи мне, что делать.

Ливия растянула губы в улыбке.

– Тебе действительно хочется помочь мне ухаживать за садами? Прежде ты никогда этим не занимался.

– А ты получаешь от этого удовольствие?

– Конечно. И тебе это прекрасно известно.

– Тогда этим и займемся сегодня ночью.

– Я едва одета.

– Так даже лучше. – Я изучающим взглядом окинул ее изгибы.

Ливия картинно закатила глаза, однако опустилась на колени перед кустом. Мне пришлось усесться с меньшим изяществом, поскольку