Желание богов - Тан Ци

Приблизившись к земле, дракон принял человеческий облик. Вспышка серебристого света – и перед ними предстал молодой мужчина в белых одеждах, статный, как нефритовое дерево. Он спокойно остановился на северному берегу. Веер Усмирения зла, зависший неподалеку, издал мелодичный звон, сложился и полетел к хозяину. Лянь Сун протянул правую руку, и веер опустился прямо в его ладонь.

Принц Миньда олицетворял смысл фразы «У великого мужчины под коленями золото»[45]. Даже перед божественным драконом он не преклонил колен, лишь не отводил от этого странного явления недоверчивого и цепкого взора.

Но когда он разглядел лицо молодого мужчины, то побледнел:

– Великий генерал Си… Как?..

Принц узнал Лянь Суна, в отличие от жителей Си – ни один из них так и не понял, что с небес к ним спустился их полководец. Все стояли на коленях и истово молились. Куда им отвлекаться на разглядывание лица божества…

Взгляд наставника государства скользнул по третьему принцу, затем вернулся к небу, где еще мгновение назад вился серебряный дракон. Казалось, Су Цзи все еще любуется величественным видом истинного облика третьего принца.

Теперь рядом с придворным даосом стояла Тянь Бу. Заметив дракона, Чжу Цзинь мгновенно исчез во вспышке света. Хотя бегство посланника и удивило наставника государства, он не придал этому большого значения.

– Впервые вижу истинный облик третьего принца, – восхищенно прошептал он, не отрывая глаз от неба. – Единственный в мире серебряный дракон… Поистине необыкновенное величие!

Тянь Бу тоже смотрела на клубящиеся тучи.

– Наставник государства, известно ли вам, что у небожителей есть истинная форма и формы преображенные?

Су Цзи, как даос, знал это.

– Истинная форма – это изначальный облик бога, а преображенные формы – это формы, приобретенные в ходе совершенствования, верно?

Тянь Бу кивнула:

– По идее, у богов может быть тридцать две преображенные формы, но не все ими овладевают. Однако третий принц под руководством владыки Дун Хуа освоил их, едва достигнув совершеннолетия.

Наставник государства ничего не понимал.

– К чему вы ведете?

Тянь Бу нахмурилась:

– Чаще всего принц использует человеческий облик. Иногда в шутку превращается во льва, цилиня или красную птицу. Я служу его высочеству много лет, но дракона я видела лишь несколько раз…

Она сделала паузу.

– И если господин являет драконье обличье, значит, собирается вершить великие дела…

Су Цзи усмехнулся:

– На этот раз он просто крадет невесту. Что уж тут великого…

Но вдруг вспомнил о том, как третий принц обычно ведет дела.

Он помолчал, затем осторожно спросил:

– А что происходило в прошлые разы?

Тянь Бу вздохнула:

– В последний раз он явил истинный облик, когда рухнула Сковывающая башня и тысячи злых духов заполонили Двадцать седьмое небо.

Ее голос налился тяжестью:

– Все могущественные боги были в затворничестве, остальные не могли справиться с бесчинствующими духами. Пришлось использовать плетение Диша, но оно продержалось недолго… Тогда третий принц и принял облик дракона, чтобы усмирить десятки тысяч злых духов, очистить скверну и вернуть на Двадцать седьмое небо покой и ясность.

Тянь Бу помедлила.

– Вот какие великие дела вершит его высочество в драконьем облике.

Наставник государства сглотнул.

– Значит, он задумал нечто большее, чем просто похищение княжны… – Его лицо исказилось от беспокойства. – И в какое же несчастье он нас втянет?

Тянь Бу не ответила, лишь серьезно посмотрела на одинокую фигуру молодого мужчины вдали.

Свирепый ветер поднял снежную пыль, застилая луну.

Третий принц двинулся вперед – к девушке в красном на другом берегу, словно река не была для него преградой. С безупречно прямой спиной, он шагнул в бурлящие волны. Когда его сапог коснулся воды – река внезапно вздулась, затем успокоилась, обратившись под ногами его высочества в гладкий лед.

С каждым его шагом ветер стихал, и только белесые пылинки еще парили в воздухе. Снег и лунный свет причудливо переплелись в полотно туманного шелка, окутавшего этот уголок пустыни и придавшего ей неземную красоту.

Чэн Юй, завороженная, сделала шаг вперед – но Чжаоси мгновенно обхватил ее за талию и, оттащив назад, прошептал на ухо:

– Не ходи.

Третий принц был еще далеко, но, должно быть, заметил движение Чжаоси. Он остановился, наблюдая за ними, затем спокойно произнес:

– А-Юй, иди ко мне.

Его тихие, но четкие слова услышал каждый на южном берегу.

От звука знакомого голоса у Чэн Юй бешено забилось сердце. Она прижала руку к груди, немного так постояла, успокаиваясь. Затем опустила голову, избегая взгляда Лянь Суна. Идти к нему она явно не собиралась.

Ее выбор был очевиден.

В полной тишине Чжаоси посмотрел на остановившегося посреди застывшей реки бога и насмешливо скривил губы. Но в этот момент тонкая красная полоска света, словно змейка, поднялась от подола платья Чэн Юй к поясу княжны. Она почти сливалась с алыми свадебными одеждами, поэтому ее никто не заметил.

Незаметно превратившись в ленту, она обвилась вокруг талии княжны, резко дернула – и девушка с легким вскриком очутилась на льду.

Ди Чжаоси среагировал мгновенно, но все произошло слишком быстро. Ледяная стена взметнулась из ниоткуда, отрезая его от Чэн Юй. Он ударил по ней мечом, но лед, хоть и тонкий, оказался прочнее стали.

Посреди реки клубился туман, скрывая все от посторонних глаз.

За стеной красный свет доставил Чэн Юй прямо к Лянь Суну.

Когда его красивое лицо возникло перед ней, все защитные барьеры самой княжны рухнули. В горле встал ком, глаза покраснели. Беспомощность и печаль переполнили сердце, но она изо всех сил старалась их подавить.

Чэн Юй подумала: он появился сейчас, потому что не принял ее выбор.

Но какими бы ни были его чувства, ее решение оставалось неизменным. Она первой взяла слово, стараясь говорить как можно тише и ровнее, будто появление Лянь Суна оставило ее равнодушной:

– Зачем ты пришел? Неужели в прошлый раз я неясно выразилась? Я не пойду с тобой.

Княжна посмотрела на людей Уносу, стоявших на северном берегу.

– Смертные бессильны против дракона. Если ты уведешь меня, они не посмеют бросить тебе вызов.

Она глубоко вдохнула, собираясь с силами.

– Но этот брак неизбежен. Если не я, замуж выйдет другая. Я не могу отказаться и не выполнить свой долг. Братец Лянь, – она снова посмотрела на него, – прошу, не заставляй меня.

Чэн Юй думала, что каждое ее слово и действие выверено и безупречно, но слезы на ресницах ее выдали.

Лянь Сун дождался, пока она закончит, прежде чем заговорить:

– Ты не то чтобы не хочешь выбрать меня. Ты думаешь, что не можешь это сделать.

Он немного помолчал.