Освободить 10-го - Хлоя Уолш

с кровати каждый день и продолжала бороться. Я не мог не гордиться ею. Большинство взрослых не обладали и десятой частью той стойкости, которую она проявляла ежедневно.

— Не могу поверить, что меня втянули в это, — с хохотом сказала Лиз, всё ещё довольная. — Когда ты видел меня в розовом? — Когда ты носила вот это? — я игриво дернул за один из её хвостиков.

— О боже, прекрати! — её щеки вспыхнули розовым. — Я выгляжу дурацки.

Улыбка сыграла на моих губах.

— Ты выглядишь мило.

— Ладно, я милая дура, — ответила она с усмешкой.

— Нет, эти двое там — милые дураки. — Опершись на локоть, я кивнул в сторону Гибса и Клэр, которые спорили с растерянным Фели.

— А ты — милая.

Её голубые глаза светились теплом.

— Люблю, что ты так думаешь обо мне.

— Перестань так смотреть на меня, Лиз.

Она поднялась на колени и приблизилась так, что между нами не осталось ни дюйма.

— Как так?

Я сдержал стон.

— Ты знаешь.

Глаза её заблестели озорством, она приложила палец к моему уху и прошептала:

— Ты хочешь меня поцеловать ещё, не так ли?

Я кивнул, зажмурился и пытался успокоиться.

Спокойствие. Спокойствие. Чёртово спокойствие, Хью.

— Как тогда, в саду на прошлой неделе, — продолжала она шепотом, дразня меня. — Или как тогда, когда ты целовал меня в шкафу под лестницей. Тебе нравится целовать меня, Хью?

Я бросил взгляд на друзей и кивнул.

— Ммм. — Она тихо взяла меня за руку. — Тогда сделай это снова.

— Когда? — прошептал я, чувствуя, как внутри всё сводит.

Она сжала мою руку и улыбнулась.

— Прямо сейчас.

Чёрт.

— Мы не можем, — пробормотал я, чувствуя, как тело скручивается в узел. Сжав челюсть, я указал на сестру. Хоть я и мог сказать Клэр пойти на хрен, знал, что Лиз не выдержит ещё одного удара. — Она здесь.

— О, чёрт! — вздохнула Лиз, достаточно громко, чтобы все услышали. — Я оставила телефон в домике на дереве! — Она подмигнула мне и вскочила с кровати. — Сейчас вернусь, ребята.

Она была так убедительна, что я почти поверил.

Почти.

Наши друзья даже не моргнули, слишком поглощённые разговором, чтобы заметить отсутствие телефона.

Я досчитал до десяти и смущённо встал, потянулся и медленно вышел из комнаты.

Закрыв дверь за собой, я пулей спустился по лестнице, не останавливаясь, пока не добежал до дверей на кухонный патио, где мама схватила меня за футболку.

— Куда это ты так спешишь, мистер? — спросила она.

— Я, эм, я, эм… я, эм…

— Ты, эм, эм, эм что? — насмешливо сказала мама, руки на бедрах. — Ты тайком собирался в домик на дереве с подругой, вот чем ты занимался.

Сайв, сидевшая за кухонным столом, разразилась смехом, а моё лицо пылало.

— Не знаю, о чём ты говоришь.

Мама закатила глаза.

— Ложись лучше.

— Я хотел помочь ей найти телефон, — оборонялся я. — Чёрт, это теперь преступление?

— Ох, Шинейд, полегче с ним, — засмеялась мама Гибси. — Не видишь, бедняга влюбился по уши?

— Она моя подруга, — солгал я, сердито глядя на Сайв. — Просто подруга.

Мама приподняла бровь.

— Думаешь, я не догадываюсь?

— Просто подруга, — посмеялась Сайв, явно довольная. — Линии не меняются с годами, правда, Шинейд?

— Честно, — выдавил я, теперь пылая ещё сильнее, — я просто друг, и я помогаю ей найти телефон.

— Хмм, — мама щёлкнула языком, глядя подозрительно. — Убедись, что это всё, что ты делаешь, молодой человек.

— Так и есть, — крикнул я, открывая дверь и выбегая.

— Почему так долго? — спросила Лиз, когда я добрался до верхней ступеньки лестницы.

— Мама, — покраснев, я дополз до верха и быстро проследовал внутрь, захлопнув шаткую дверь. — Она просто невыносима.

Я выдохнул с раздражением, оперся о дверь и издал стон.

— Кажется, она знает.

— Знает?

— Да. — Я устало кивнул. — Про нас.

Её глаза блестели от возбуждения.

— Про нас?

— Ну же, Лиз, — пробормотал я, чувствуя, как ещё одна волна жара накрывает мою шею. Сердце стучало так громко, что казалось, будто оно оглушает. — Ты же знаешь.

Она усмехнулась и поползла ко мне, не останавливаясь, пока не опустилась на колени между моих ног.

— Ну и кто теперь выглядит мило? — улыбаясь, она провела пальцем по моей щеке. — Ты краснеешь.

Да, со мной это случалось каждый раз, когда я был рядом с ней. Я поднял руку, чтобы отодвинуть её, но почему-то мои пальцы переплелись с её.

Держать её руку всегда было словно удар тока, и сегодня не было исключением.

Я перевёл взгляд на её лицо и увидел, что она уже смотрит на меня этим знакомым пылающим взглядом.

— Лиз.

Её зрачки расширились, и она прошептала моё имя:

— Хью.

— Хочешь поговорить? — предложил я, пытаясь поддержать её, хотя уже знал ответ. — О том, как ты себя чувствуешь из-за того, что мама на лечении?

Она покачала головой:

— Разговоры — последнее, чего мне сейчас хочется.

— Ты уверена? — я спросил, не принимая отказ близко к сердцу, ведь знал её лучше, чем себя, и когда всё становилось сложно, она предпочитала держаться и не копаться в чувствах.

Лиз прижалась ближе:

— Сто процентов.

Чёрт, это ожидание сводило меня с ума, потому что я знал — вот-вот она поцелует меня. И когда это случится, мне никогда не будет достаточно.

Поцелуй закончится, а я с ума буду сходить, думая о ней, пока не случится снова. И снова. И снова, и снова.

Глубоко внутри я понимал, что никогда не смогу насытиться этой девушкой, и это было ужасно.

Осознание того, что она держит надо мной такую власть, буквально душило.

Когда она наклонилась ко мне, и её знакомый аромат окутал меня, я смирился с тем, что для меня уже нет спасения.

Что меня нельзя исцелить от зависимости от неё.

Что я буду искать её всегда.

Когда она сказала: — Поцелуй меня, я не раздумывал.

Сблизив наши губы, я прикоснулся к ней.

Это был просто поцелуй.

Невинный поцелуй.

Ничего больше.

Но он значил гораздо больше.

Потому что казалось, что