Ни толку, ни проку, не в лад, невпопад... - Тамара Шатохина

несколько дней и все с этим делом связанное. Нужно было сделать кучу всего… хотя от права подписи она отказалась. Еще Андрей познакомил ее с секретарем – рыженькой конопатой Нюткой, внучкой его школьной учительницы. Рыжая окончила нужные курсы и нареканий на нее у него пока не было.

А дальше последовал знакомый робкий стук в дверь… его разрешение… и Галочка с подносом. Он был уставлен розетками со сметаной, вареньем и заправленным чесноком майонезом, а еще большой тарелкой с румяными, пышущими жаром блинами. Он вежливо поблагодарил, улыбнулся, посмотрел как-то не так, как раньше… и вдруг понял, что Галочка действительно на что-то рассчитывает. До сегодняшнего дня не видел этого. Голодным обычно был, как собака… думал со злостью. Сжирал, не глядя и не думая… а что делать сейчас? Как доказать, что не баран, а Галочка ему никто, если тут этот поднос и Галочкина блузка, широко открывающая вид на зрелые прелести?

- Ого! – потерла ладонь о ладонь Ольга, - вот это у вас сервис! Андрюша – налетай! Спасибо огромное, девушка, как вас зовут?

- Галина, - протянула буфетчица, окинув безнадежным взглядом Ольгу.

- А я Ольга Валерьевна – ваш шеф с… будущего какого-то там дня. Буду благодарна, если традиция… а это же традиция, как я понимаю? – оглянулась она на Андрея, - продолжится. Андрюша любит блины с мясом, как все мужчины. Я – со сгущенкой. Как тут у вас с оплатой?

Хреново… думал Андрей, с трудом запихивая в себя блин.

Все катилось к чертям – ей пофиг. Опасение, а с ним и робкая надежда на то, что Ольга приревнует, улетела в дым. Первый раз за многие годы он закурил, отъезжая от завода и стрельнув на проходной сигарету. Если уж ревности ни капли, то дело швах. По себе знал – она просыпается раньше любви. Это, как предвестник, как знак, что уже надвигается… что вот оно!

Она поблагодарила его и отправила, чтобы не мешал – составляла черновик договора, пообещав ознакомить его вечером и только потом отослать для консультации с мужем подруги:

- Дробан не юрист, но имеет дело с деньгами. Так что собаку на документации съел. Постараюсь, чтобы учтены были и мои, и ваши, Андрей Владимирович, интересы.

Наедине они опять были на «вы».

Вначале закурив, потом Андрей послал на хрен того, кого давно нужно было послать. Раньше что-то не давало ему хамить подчиненным или просто разговаривать с ними грубо, да даже начальственным тоном. Он помнил, как работал со многими из них на равных правах и началах – мальчишка, выросший здесь же, молодой агроном с непомерными амбициями, о которых до времени никто не подозревал. Да и сам он тоже.

А сейчас вызверился и понял, что правильно – давно пора. Потому что зае…ся уговаривать и доказывать необходимость. И дело сдвинулось. Неприятно было и не его это методы… так может они изначально были не теми, что нужно? Боязнь оскорбить, обидеть, природная деликатность… получается они мешали решать вопросы быстро и результативно?

- Антипыч, или сделай, как положено, или увольняйся на хрен, - ровно посоветовал он человеку, которого знал больше пятнадцати лет и который был старше на столько же.

- За…ся я с вами раскланиваться! В жопу всё! – сорвался он на второй по счету объект, посещение которого на сегодня запланировал.

Пар из ушей уже не валил, он потихоньку остывал, двигаясь по мягкой грунтовке. Движок Круза грел душу тихим пением, мягкость подвески по сравнению с «Нивой» радовала, дорожная подборка для дискокрута из бардачка зашла. С паршивой овцы… зло подумал он и замер, отпуская педаль газа. Остановился и задумался. Соображал, переосмысливал, взвешивал… костерил трехэтажным уже себя. И решил окончательно и бесповоротно.

И вот уже почти полгода после этого, насильно отключив инстинкты, покорно чалился во френдзоне. Потому что понимал – пока или так или вообще никак. Решал не он – давно для себя решил, теперь решала Ольга. Быстро и легко точно не будет - он принял это. И от того, как он себя покажет, зависело теперь все.

Ее не вела к нужному для него решению любовь, не гнала потребность. И ей нужно было время. У Андрея до того было его навалом. Теперь он давал его ей - чтобы узнала его, поняла, потянулась, захотела, полюбила… о последнем мог только мечтать. Все, что она пока демонстрировала – дружелюбие, даже заботу где-то, понимание, но и только.

Что же касалось их общего проекта…

Глава 29

- Там он сам виноват. Его подставляли, а он максимум что делал - увольнял. А иногда даже не увольнял, только лишал премии - грошовой по сравнению с ущербом. Народ в офисе делал только то, чего нельзя было не делать. Штат укомплектован на все сто…

- Это что - плохо?

- Да нет, почему? Слушай дальше – это всё соседи, дети учителей, одноклассник. И не все они с нужным образованием, иных натаскивали по необходимому минимуму прямо на месте. Цимлянский помогает так, когда слезно просят – вроде как у него градообразующее… Контроль технологического процесса и управление им вполне себе на уровне, это понятно даже мне, далеко не спецу. Но контроля над персоналом… я офисный имею в виду – ноль. Хотя именно люди движущая сила любой компании. У него там наблюдалось даже не снижение эффективности работы - катилось к деградации. И еще – вишенкой… Цимлянский гендир, и он же тянет еще минимум пять административных должностей во время, свободное от контроля над полевыми работами, - развела я руками, едва не выплеснув вино из бокала. Лара на это даже не дернулась.

- И только через два с половиной года обещает рассмотреть вопрос о полноценном административном штате. Нет, понятно, что зарплата администрации и низов несравнима и он так экономит. Но офис он буквально трамбует, чтобы еще влезло… а мне бросил копейки!

- Чтобы бонусом поселить у себя и кормить на шару, проявляя нежную заботу - что неясно? Нормально он все просчитал и провернул – ты же согласилась? А вот остальное… идиот он, что ли? – тихо пробормотала она, - и что теперь – вы враги?

- Ну почему сразу враги? И не идиот он, просто хороший. Человек он действительно хороший - ты права. Не в смысле наивный дурачок или слабохарактерный. Он упрямый и умный, ориентируется и решает вопросы мигом – как рыба в