Что несёт тьма - Дженна Вулфхарт

class="p">Мысли путаются, мир теряет очертания, а грохот битвы словно начинает отдаляться. Перед глазами вспыхивают чужие, но мучительно знакомые образы: огромные крылья, распахнутые перед броском, ревущее пламя, кровь, заливающая землю. Я уже была в такой битве. Очень давно. Словно это было в другой жизни.

И только яростный рев Бриока вырывает меня обратно в настоящее. Он пробивается к телу Мейрига, и его лицо багровеет не то от ярости, не то от крови, покрывающей землю. Скорбь сотрясает его широкие плечи, но в следующий миг на него налетает очередной Ритфелвир, вынуждая снова вступить в бой.

Мейриг уже не поднимается.

Меня захлестывает обжигающий жар.

С яростным криком я бросаюсь прямо в этот водоворот, ныряю под свистящий клинок и мертвой хваткой вцепляюсь в горло человека, убившего Мейрига.

— Марволаэт, — шиплю я, впиваясь пальцами в его кожу.

Его глаза закатываются, и жизнь покидает его в одно ослепительное мгновение. Я даже не ощущаю привычного укола магии и почти не замечаю, как вместе с ней начинает рушиться мой разум. Ярость поглощает все без остатка, словно зверь, которого слишком долго держали взаперти.

Надо мной распахиваются крылья.

Я резко трясу головой. Сейчас не время для воспоминаний. Но когда их тень снова скользит по земле, я вдруг понимаю: это не воспоминание.

Нет. Они настоящие.

Сердце подскакивает к самому горлу.

Огненная птица.

Потоки пламени проносятся по земле за спинами бойцов Ордена. Вражеские воины шарахаются в стороны, и этой короткой заминки оказывается достаточно, чтобы Бриок успел вонзить меч в грудь еще одному противнику. Сквозь густой дым я замечаю Осиана. Он стоит, не сводя глаз с огненной птицы, словно завороженный. Но уже в следующую секунду резко разворачивается и бросается прямиком к телеге.

— Арфа! — кричу я изо всех сил, надеясь, что меня кто-нибудь услышит.

Но звон стали заглушает мой голос. Все остальные звуки тонут в реве пламени, охватившего лес.

Осиан подбегает к телеге и с силой дергает стягивающие ее путы. Веревки рвутся в его руках, словно хрупкие прутики. Он срывает арфу, легко спрыгивает на землю и бросается прочь с той сверхъестественной скоростью и силой, которыми может обладать только Ритфелвир.

Ритфелвир, усиленный своей Суинврайг.

Но как? Ведь я была его Суинврайг. Я вырвала из себя талисман.

Они заменили меня.

Я бросаюсь к телеге, отчаянно пытаясь его остановить, но кто-то обхватывает меня за талию и с силой дергает назад. Я кричу, вырываясь из чужой хватки.

Резко извернувшись, я с силой вбиваю каблук ему в ступню и одновременно переношу вес тела в сторону. Его хватка слабеет всего на миг, но этого оказывается достаточно. Я выскальзываю из его рук и, едва удержавшись на ногах, снова бросаюсь вперед. Пульс грохочет в ушах так громко, что заглушает все вокруг. На другом берегу реки Талиесин по-прежнему стоит на коленях. Его бьет дрожь, пока он наблюдает за битвой. Темно-синие вены проступили по всей его коже, а глаза стали чернее самой ночи.

Ритфелвир снова тянется ко мне, и его лицо перекашивает злоба. Я со всей силы бью его коленом в пах. Он сгибается пополам, захлебнувшись глухим рыком боли.

В этот миг огненная птица обрушивает новый поток пламени у него за спиной. Совсем рядом раздаются отчаянные крики. Ритфелвир на мгновение замирает, а затем резко разворачивается и бросается к холмам. Остальные устремляются следом мгновение спустя.

И сквозь густой дым бежит Осиан, крепко прижимая арфу к груди.

Он ни разу не оглядывается.

— Риан. — Осторожно трясу её за плечо, уже боясь увидеть самое страшное, но она лишь с глухим стоном перекатывается на спину. На левой щеке быстро наливается густой лиловый синяк, из искривленного носа течет кровь, липкими алыми дорожками стекая по коже. Она молча сжимает мою руку и, опираясь на нее, поднимается на ноги. Некоторое время просто стоит, медленно обводя взглядом поле недавней бойни, пока слезы смывают грязь, оставляя на её щеках чистые дорожки.

— Нам нужно собрать мертвых, — тихо произносит она.

Я киваю, заранее ненавидя слова, которые все равно должна сказать.

— Они вернутся с подкреплением.

— Собрать мертвых, — повторяет она так, словно сейчас существует только это. — Мы вознесем молитву богам, прежде чем двинемся дальше. — Затем её взгляд останавливается на телеге. — Свитки?

— В безопасности, у Талиесина. Он всё ещё на том берегу.

— Передай ему, что мы выступаем через час, хотя я, черт возьми, понятия не имею, куда нам теперь идти. — На её лице на мгновение отражается боль. — Если у тебя есть хоть какие-то мысли, Суинврайг, сейчас самое время ими поделиться.

— Может быть, нам стоит повернуть назад?

Едва эти слова срываются с моих губ, я уже понимаю, почему этот путь невозможен.

Мост Богов уничтожен, а Талиесин слишком слаб, чтобы создать новый. Обходной путь займет недели, и к тому времени Ритфелвир успеют привести подкрепление. Даже если этого не случится, нас уже будет ждать королевская армия.

Риан крепко сжимает мое плечо, затем отворачивается и исчезает среди тел, устилающих землю. По моим подсчетам, мы потеряли четверых, тогда как Орден — шестерых. Победа досталась нам слишком дорогой ценой. Каждая потерянная жизнь становится новой раной для восстания.

И Осиан забрал арфу.

Я никогда прежде не видела, чтобы он двигался с такой скоростью, даже когда сама вливала в него огромное количество магии. Эта мысль не дает мне покоя.

Повернувшись к реке, я вижу, что Талиесин уже переправляется к нам. От Моста Богов остались только обломки, медленно плывущие по течению, но их хватает, чтобы добраться до нашего берега. Последние несколько метров он скользит на ледяной плите, пригнувшись почти к самой поверхности льда, а Арианелл и остальные подтягивают его с помощью брошенной веревки.

Я бросаюсь вниз по берегу и, едва его сапоги касаются земли, оказываюсь в его объятиях, крепко прижимаясь к нему. Он промок до нитки и дрожит всем телом, дышит часто и тяжело, а в холодном воздухе, пропитанном запахом дыма, клубится пар. Отстранившись, я всматриваюсь в его лицо и осторожно обхватываю ладонями бледные, тронутые синевой щеки.

— Талиесин, — едва слышно шепчу я. — Ты в порядке?

— Они пытались забрать тебя, — хрипло отвечает он, и на его челюсти ходит желвак. — А меня не было рядом.

— Но ты был, — так же тихо возражаю я. — Один только взгляд на тебя придал мне сил.

— Я должен был быть здесь, — упрямо повторяет он.

— Ты был рядом именно тогда, когда был нужен больше всего.

При этих словах его