Игра похоти: Искушение - Хейзел Райли

Эта фраза звучит настолько… двусмысленно, что я оборачиваюсь в поисках поддержки к брату и агентам ЦРУ. Они выглядят ошарашенными как минимум вдвое сильнее меня.

— Что ты имеешь в виду, Локи? — спрашиваю я.

Никогда прежде я не желал, чтобы его пальцы порхали по кнопкам с такой скоростью, как сейчас. «Уран внушил вам, что твоя жизнь и жизнь Ареса связаны. Умрет он — умрешь и ты. Но если бы я убил Ареса в тот вечер, Уран пощадил бы тебя».

Моя челюсть готова упасть на пол, пробить его и дойти до самого земного ядра. Что-что?!

Этого просто не может быть.

Не может быть, чтобы он…

Он врет. Пытается выкрутиться.

— Брехня! — рычит Тимос. — Скажи ему, что мы не верим ни единому слову и требуем правды!

Но в этом нет нужды: пальцы Локи уже стремительно скользят по клавиатуре, продолжая свои безумные объяснения.

«Зачем продолжать искать его, если гораздо проще подослать кого-то другого, кто его прикончит? Он избил меня и инсценировал всё так, будто мне нужна помощь. Рассчитывая на чувства Гермеса, он надеялся, что я смогу внедриться в вашу компанию. Это была смертельно опасная миссия. Я не умею обращаться с оружием, да и моральных принципов у меня всё же побольше, чем у некоторых. Был риск, что кто-то из агентов застрелит меня на месте ради спасения Ареса. Но Уран надеялся, что разведка захочет оставить меня в живых ради допроса. Из-за этого он и предложил мне сделку: пощадить Гермеса, если я выполню задание. И я согласился».

Я слушаю это, не упуская ни единого знака, но мне всё мало. Жестом я приказываю ему прокрутить весь текст с самого начала и перечитываю сообщение во второй раз. Теперь оно кажется еще более нереальным.

«Я согласился. Одна жизнь лучше, чем две. А уж твоя жизнь… и подавно».

Его глаза блестят от слез. Но он смахивает их прежде, чем они успевают покатиться по щекам, и разряжает обстановку небрежным кивком головы.

— Я… — запинаюсь я. — Но я ведь никогда не просил тебя об этом. Я бы ни за что не пожелал смерти Ареса ради спасения собственной шкуры. Мы бы справились с этой ситуацией, как и собирались, — попытавшись спасти обоих.

Он кивает. «Я знаю. Мне жаль».

— Я не верю ни единому слову, которое выдает эта шарманка, — взрывается Тимос. — Как… как, черт возьми…

Однако по его лицу видно, что он и сам начинает осознавать всю картину. Это звучит как безумие, но это правда.

— Ты не можешь жертвовать другими ради… — начинаю я.

Локи тут же утыкается в экран и принимается писать с еще большим неистовством.

«А вы разве не осудили Аполлона, когда он обманом отправил брата Хейвен в лабиринт, лишь бы туда не пошла она? Ты ведь это сейчас пытаешься сказать? Что нельзя жертвовать другими ради тех, кто тебе дорог?»

Я открываю рот от изумления. Позади меня Хейдес что-то беззвучно шепчет. Он тоже поражен и явно задается вопросом: откуда, черт возьми, Локи вообще знает такие интимные подробности? Ему Уран рассказал?

«Хотя нет, Аполлон ведь всё сделал правильно, да? Потому что он спас Хейвен, которую вы любили, пожертвовав Ньютом, на которого вам было плевать. А я не знаю Ареса, и меня с ним ничего не связывает».

— Локи, проклятье… — пытаюсь вставить я.

Он поднимает указательный палец, призывая меня к молчанию.

«Знаешь, в чем разница? В том, что Аполлон действительно запер его там, и Ньют теперь в коме. Я же, несмотря ни на что, оставил вам зацепку, чтобы вы могли меня вычислить и остановить».

Я собираюсь возразить, снова обвинив его, но осекаюсь. Секунду обдумываю его последнюю фразу. Я правильно всё расслышал?

Локи слегка, вызывающе улыбается, словно читая мои мысли. «Вы правда думаете, что вышли на IP-адрес «Пандоры» только потому, что вы такие умные?»

— Нет, нет, нет, нет… — бормочет Тимос, начиная мерить комнату шагами. — Господи, да этот парень еще больший психопат, чем вы все!

«Я всегда использовал программу, которая заставляла IP-адрес постоянно прыгать из одной точки в другую, чтобы вы никогда не смогли определить точную геолокацию. Если в тот вечер вы сумели дойти до Йеля, то лишь потому, что я сам вам это позволил».

— И зачем тебе это понадобилось? Разве ты не хотел спасти меня, убив Ареса?

Он вздыхает. «Хотел. Но спасти тебя означало навлечь на себя твою ненависть и запятнать руки убийством. Я надеялся, что никто не догадается, что это я, но в то же время в глубине души ждал, что меня кто-нибудь остановит».

Да уж, у парня определенно не все дома.

— Локи, — чеканю я, медленно выговаривая слова. — Ты ведь понимаешь, что как только ты передашь ЦРУ всю нужную информацию, тебе всё равно придется как-то поплатиться за этот поступок?

«Уран обещал мне защиту. Он уверял, что я далеко не первый, кого ему удавалось вытащить из подобных передряг».

— Я лично позабочусь о том, чтобы этого не случилось, — рычит Тимос, хотя Локи его не слышит.

У меня остался к Локи всего один, последний вопрос: — Зачем тебе вообще понадобилось меня спасать? Ты разве не считал меня убийцей своей девушки?

И снова бесконечно долгие секунды отделяют меня от ответа.

«Твоему деду удалось заставить меня поверить в это. Но, возможно, где-то глубоко внутри я никогда не верил до конца. Чем больше я тебя узнавал, тем чаще твердил себе, что его версия шита белыми нитками. Но я слишком боялся признать это, потому что к тому моменту уже успел ему помочь».

Думаю, на сегодня с меня достаточно. К новым откровениям я пока не готов.

Я опускаюсь прямо на пол, прислоняюсь спиной к стене и устраиваюсь по правую руку от него. Я вижу, что он пытается поймать мой взгляд, но я не готов отвечать ему взаимностью. Не сейчас.

— Просто невероятно, — цедит Хейдес и со всей силы бьет кулаком по столу. — Наш гребаный супергерой, оказывается, спасал Гермеса, — добавляет он с едкой усмешкой.

В поле моего зрения появляется копна кудрявых волос Лав. Она опускается до нашего уровня и поворачивается лицом к Локи.

— Ладно, оставим в стороне эту потрясающе романтичную и сентиментальную чепуху, Блэкфорд. Зачем ты вообще ввязался во всё это и предложил свои услуги Урану Лайвли?

Я мысленно считаю до двадцати.

«Поtому что был убежден, будто Гермес действительно убил мою девушку несколько месяцев назад. И