Игра в недоступность - Моника Мерфи

А вот в колледже стало трудно. Теперь я рад, что не выбрал на первом курсе английский, как полагалось. Тогда я бы не познакомился с Джоанной.

Все случилось так, будто именно к этому мы должны были прийти.

– Твоей маме не за что винить себя. Думаю, такая ситуация, как у тебя, встречается часто. – Она вздыхает. – Это, конечно, неправильно. Насколько я понимаю, сейчас в школах появилась более грамотная система выявления разных нарушений и предоставления соответствующей помощи. Надеюсь, все дело в этом.

– Ты уверена, что не хочешь стать учителем, а? У тебя бы здорово получилось. – Мне нравится, что она хочет помогать другим. И у нее естественно получается, будто от природы дано.

– Я осознала, что не рвусь к преподаванию. – Голос у нее тихий, будто она сомневается, говорить ли дальше. – В последнее время я стала писать. Маленькие сцены. Отдельные.

– Правда? – Знаю, она говорила, что хочет стать писателем, но я не знал, что она на самом деле что-то пишет. – И над чем ты работаешь?

– Э-э-э… Это любовный роман. – Она нервно посмеивается. – О том, как сексуальный футболист влюбился в книжного червя.

– В книжного червя? По-моему, это не про тебя. – Я слегка сжимаю ее талию, руки мои скользят по ее телу, по направлению к груди.

Джоанна отпихивает их и смеется громче.

– Я не говорила, что это роман про нас, Нокс.

– Ты должна признать, что звучит знакомо. – Я целую ее в плечо. – Сюжет, наверное, просто огонь?

– Пока нет, но будет.

– Как в той книге, которую я слушал?

Джо замолкает, а потом говорит:

– Надеюсь.

– Значит, придется прочесть.

– Так вот что нужно, чтобы ты книгу прочитал? Несколько сексуальных сцен? – Она поглядывает на меня через плечо. Улыбка у нее нежная, ласковая.

Я целую ее и бормочу прямо ей в губы.

– Я прочту все, что ты напишешь. Вот как сильно я люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю. – Она снова отворачивается, прижимается ближе, и несколько минут мы просто молчим. Каждый думает о своем.

Наконец, я оглаживаю ее животик, опускаюсь ниже, дразнящим движением провожу пальцами по поясу трусиков.

– Ты устала?

Она кивает.

– Но ты можешь продолжать.

– Я тоже устал. – Я запускаю руку ей в трусики, и меня уже поджидает разгоряченное влажное тело. – Но для тебя у меня всегда силы найдутся.

Несколько секунд спустя Джоанна оказывается без трусиков. Я потираю ее киску, целую ее шею, а мой член надежно пристроился между ее ягодиц. Она потирается о меня, с губ ее срываются тихие стоны, а комнату наполняет влажный звук, с которым мои пальцы снова и снова погружаются в ее тело.

Едва сдерживая нетерпение, я стаскиваю боксеры, переворачиваю Джоанну на спину и яростно целую. В этот самый момент я заполняю ее своим членом до отказа. Она двигается вместе со мной, запрокидывает голову, и с каждым моим толчком груди ее подпрыгивают. Я наращиваю темп, вколачиваюсь в нее, отчаянно желая кончить.

Отчаянно желая, чтобы и она кончила.

– Ты моя, Джо-Джо, – напоминаю я ей. Напоминаю себе. – Это киска принадлежит мне.

Ее тело сжимается вокруг меня, внутренние стенки стискивают мой член, выжимая досуха. Оргазм настигает неожиданно, и я кончаю, выкрикивая имя Джоанны, изливаясь в нее. Меня сотрясает дрожь. Джоанна поглаживает меня по спине, слегка царапает ногтями кожу, и я весь трепещу от этого прикосновения.

– Я люблю тебя, – шепчу я ей на ухо, когда мы оба отходим от оргазма. Мы оба потные, липкие, и я пытаюсь приподняться, но Джоанна кладет руки мне на поясницу, удерживая на месте.

– Я тоже люблю тебя. – Она целует меня вдоль линии скул. – Не оставляй меня. По крайней мере, пока.

– Малышка, разве ты не понимаешь? – Я касаюсь ее лица, и она приоткрывает глаза. – Я никогда тебя не оставлю.

– Обещаешь? – В глазах ее светится такая любовь, что у меня разрывается сердце.

– Ага. – Я тихонько смеюсь, наклоняюсь к ней в поцелуе. – Так что все, ты со мной застряла.

– Если мне и суждено с кем-то застрять, пусть это будешь ты.

– Взаимно, Джо-Джо.

Взаимно.

Эпилог

Джоанна

Месяц спустя

– О-о-о, вы двое такие милые. – Кэм взмахивает рукой в нашу сторону. Судя по его приторному тону, он решил поупражняться в сарказме. – Вот что значит истинная любовь, да?

Мы сидим в местной пиццерии в центре города – ребята только после тренировки, и мы встретились наскоро перекусить. Нокс попросил меня прийти, а я впервые вот так вот провожу с ними время после футбола. Раньше я держалась в стороне, не хотела мешать, но он настоял, и вот я тут.

– Определенно, – твердо говорит Нокс. Он тут же поворачивается ко мне, и, чем дольше мы друг на друга смотрим, тем нежнее и туманнее становится его взгляд. – Я люблю ее.

Очаровательно.

Я накрываю его руку своей, не стесняясь, что любой может заметить; наши пальцы сплетаются.

– И я тебя люблю.

Нокс начинает целовать меня прямо в кабинке, а Кэм стонет так, будто его настигает приступ мучительной боли.

– Эй, вы, оставьте все эти штучки для спальни. Мало того что я каждую ночь слушаю ваши выходки… – жалуется он.

Нокс косится на лучшего друга.

– Ты что, подслушиваешь?

– Да ведь от вас никуда не деться. Стены тонкие, а моя спальня рядом с твоей. – Кэм качает головой. – Я уже потратился на новые беспроводные наушники, которые якобы должны перекрывать любой шум, чтобы вас двоих не слышать.

– Каждую ночь? Да ладно, Кэм. В последнее время ты и дома-то не так часто ночуешь, – самым что ни на есть безмятежным тоном замечаю я.

А вот мне на самом деле ужасно любопытно. Что именно затеял Кэм? Где он пропадает, когда уходит на всю ночь? Когда я спросила об этом Нокса, он только многозначительно посмотрел на меня и тем самым фактически намекнул, что, если ему надо объяснять мне, где Кэм, то я куда наивнее, чем он думал.

Вот только я не наивная. Я подозрительная. А это совсем другое дело.

Считаю ли я, что Кэм каждую ночь клеит новую девушку?

Нет.

Кажется ли мне, что он тайком выбирается из дома, чтобы повидаться с младшей сестренкой Нокса?

Именно так и кажется.

Все эти выводы основаны исключительно на моем чутье и паре слов Блэр. О, а еще не будем забывать про тот день, когда я застукала их наедине в квартире – они выглядели чертовски виноватыми. И сердитыми. Кэм попросту вылетел из комнаты. Кстати, в присутствии Блэр