Возлюбленная короля - Фрида Ли

В ответ я коснулась губами пореза на его руке, который еще не успел затянуться до конца. И я увидела, как эта сильная мужская ладонь сжала заточенное лезвие мяча, он резко провел рукой от грады к кончику и как из под его ладони начали стекать вязкие струйки крови, окропляя собой не только лезвие, но и данное им обещание. И это была самая маленькая жертва, которую мы только могли отдать во имя своей любви…

Пару секунд он смотрел в мои глаза. И как только прочитал в них ответ на свой вопрос, его губы накрыли мои нежным, ласковым поцелуем. Как же долго я этого ждала. Сотни бессонных ночей я мечтала еще раз ощутить его губы на своих и он подарил мне этот поцелуй. Поцелуй, от которого остается сладкое, легкое головокружение до последнего дня жизни.

Эта разлука только усилила нашу любовь, заставляя наши сердца стучать еще быстрее, а губы целовать только крепче.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Хоть мне и не хотелось отрываться от него, но мне пришлось сделать это. Провела его за руку в маленький дом, стены и полы которого потрескивали в тишине — старый дом бережно охранял крепкий сон моих детей.

Эдуард рухнул на колени возле кровати, на которой спали наши дети.

— Мальчик, — с особым трепетом в голосе произнес он и с нежностью погладил по головке спящего Эдуарда. — Мой сын.

— Эдуард. Я дала ему твое имя. — Я очень старалась сохранять мягкость в голосе и не разрыдаться от переполняющих меня чувств.

Эдуард протянул руку и убрал прядь светлых волос, упавшую Лиззи на глаза, стараясь не разбудить свою дочь.

Исполнилось то, чего желали наши сердца. Наши мольбы были услышаны и не были отвергнуты. Наши души победно ликовали.

— Я до конца своих дней буду благодарен тебе, любовь моя, за то что ты сумела в это тяжелое время сохранить жизнь нашим детям.

Улыбнулась в ответ. Это они сохраняли мне жизнь всё это время. Эти два маленьких существа стали моим спасательным кругом, за который я даже против своей воли была вынуждена держаться.

Я опустилась в кресло, а Эдуард прижался щекой к моим коленям. Я гладила его белокурые волосы, которые слегка отросли за это время, пропуская их сквозь пальцы. И только в ту минуту, чувствуя коленями тяжесть его теплого тела, я наконец осознала: мой муж действительно со мной, король моего сердца вернулся. Все сражения закончились и белые розы вновь расцвели на зеленых изгородях моей души.

Весна, 1469 год

Если женщина искренне любит, то любит она всем сердцем.

Без какого-либо остатка.

Она бесстрашно отдаст всю себя и вложит не только свое тело,

но и жизнь в руки того, кого любит.

Если женщина искренне любит, то защищает свою любовь так яростно,

как никто другой не смог бы.

С такой храбрость и смелостью,

которые не познать даже самому славному войну…

Однажды, я открыла большой сундук, принадлежавший моей семье, и вытащила оттуда пожелтевший, ветхий мешочек. Не знала я тогда, что этот миг станет поворотным в моей судьбе, что моя жизнь навсегда изменится. Я хотела найти ответ всего лишь на один, мучивший меня вопрос, а в итоге нашла свое истинное, долгожданное женское счастье. Я отыскала свою любовь, свою судьбу, своего короля. Короля моего сердца.

Он ждал меня, как бы это ни казалось безумным, и я пришла к нему, сквозь время, сквозь пространство, сквозь века. И даже века не стали непреодолимой преградой для нашей любви.

Всю жизнь я чувствовала себя чужой в своем времени, словно заблудилась в лабиринте. Я не понимала, почему так происходит, не видела тому причины. Но причиной был он, моя вторая половина, моя судьба.

И как бы я ни сопротивлялась, как бы ни ненавидела его за все содеянное, моя душа оказалась крепко, неразрывно связана с его душой священной клятвой, данной на небесах задолго до нашего рождения. Поэтому все дороги, все пути, все случайные встречи вели меня к нему, даже против моей воли. И я жалею теперь лишь об одном: что мне потребовалось слишком много времени, слишком много боли и страданий на то, чтобы это, наконец, осознать, чтобы принять свою судьбу.

Кто бы мог подумать, что любовь, едва проросшая сквозь густую траву ненависти, может оказаться самой сладостной, самой крепкой, самой долгой на свете…

Он подарил мне счастье, о котором я даже не мечтала, о котором только читала в книгах. Слышать озорной смех наших детей, бегающих вокруг своего отца, резвящихся на траве, разве это не то самое счастье, о котором слагают красивые стихи и поэмы? Разве не об этом мечтает каждая женщина?

И я до конца своих дней буду молить лишь об одном: чтобы наши души находили друг друга снова и снова, в каждой жизни, в каждом воплощении. Несмотря ни на что, вопреки всему.

Я с радостью еще раз пройду через боль и страдания, через предательство и потери, зная, что в конце меня наградят любовью. Настоящей любовью. И мы снова будем сидеть на лесной опушке, крепко прижавшись телами друг к другу, уже не как король и королева, а как любящие супруги, счастливые мать и отец, вокруг которых будут бегать наши дети, пробуждая своим звонким смехом лес от тишины…

— Хочешь, я расскажу тебе новую историю? — спросил он меня, нежно улыбаясь и легонько коснувшись губами моей щеки, вызвав приятную дрожь по всему телу.

— Да. О ком на этот раз? — ответила я, с нетерпением заглядывая в его глаза, полные любви и нежности.

— О прекрасной девушке, которая оказалась настолько сильной и смелой, что спасла от гибели бесстрашного, но такого несчастного короля, — прошептал он, прижимая меня к себе все крепче.

Я положительно кивнула в ответ, прикрыв глаза от счастья, и продолжила нежиться в лучах теплого солнца и его нежных поцелуев на своей шее.

— И ты даже не спросишь меня заранее о том, печальна она или нет? — с усмешкой поинтересовался он.

— Нет, — игриво улыбнулась я ему в ответ, чувствуя себя самой счастливой женщиной на свете.

— И ты готова выслушать эту историю, в которой много ненависти, боли и страданий?

— Да, — твердо ответила я, не колеблясь ни секунды, — ведь я знаю, что конец её будет прекрасен. Потому что в конце этой истории будем мы, вместе и навсегда.

“Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится,

не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается,