Принц ночи - Лорен Палфриман

твоим врагом. В то утро, когда мы встретились, я предложила помочь тебе и твоему королевству. Если бы ты сдержал свое слово, если бы ты не продал меня Себастьяну, если бы ты не напал на меня, ничего бы этого не случилось!

Джеймс издает рычание.

— Ты ошибаешься, принцесса. Ты мой враг. Твоя кровь — кровь моего врага. Твой народ — мой враг. Со времен Первого волка твой народ опустошал наши земли и забирал у нас то, что принадлежало нам. Ты принесла нам войну и пыталась править нами, хотя все, чего мы когда-либо желали, — это мира. В тот момент, когда я впервые увидел тебя и почувствовал запах моего брата, я понял, что ты — проблема. Чего ты ожидала от меня? Оставить тебя в живых? Я знал, что это лишь вопрос времени, когда ты покинешь Каллума и передашь наши секреты своему народу. Ты бы обрекла нас всех.

— Ты обрек себя на гибель, тупоголовый дурак! Я не собиралась выдавать ваши секреты своему отцу. Я не собиралась бросать Каллума.

— И все же ты здесь, а где же он? — Его громкий голос эхом разносится по подземельям, прежде чем он качает головой. — Я беспокоюсь не о твоем отце. В то утро я так же почувствовал запах Блейка на тебе и точно знал, что это значит. Двое южан — один из них, полуволк из Пограничья ставший Альфой одного из самых грозных кланов Северных земель, проник в совет моего отца и явно имел виды на мой трон, а другая — дочь нашего вражеского короля. Я подумал, что это не тот союз, с которым я хотел бы иметь дело.

— У меня нет союза с Блейком.

— Конечно, нет… — Он проводит рукой по подбородку. — Я проявил милосердие к своему брату. Я не убил его, хотя мог бы. Но я убедился, что он увидел, что я сделал. Заставил его прочитать книгу, которую нашел в покоях Блейка. Потому что мне нужно было, чтобы вы оба покинули Мадах-Аллайх, прежде чем вы причините какой-либо серьезный вред. Мой брат должен был сражаться в войне, которую начал ваш народ.

— Рада, что ты получил то, что хотел.

— Ты думаешь, это то, чего я хотел? — Он качает головой. — Я хочу валяться пьяным с девушкой в постели. Но благодаря тебе я здесь. Тогда ты была для меня угрозой, принцесса. Ты все еще угроза…

Факелы вдоль стены начинают мерцать и один за другим гаснут. Джеймс закрывает рот, и вокруг сгущаются тени. Я чувствую, как они, холодные и беспокойные, словно змеи, обвиваются вокруг моего тела. По коридору разносится низкое хриплое шипение, и волосы на затылке встают дыбом. Я вспоминаю кусочек содранной кожи, который подобрал Блейк, когда мы были в тюрьме Ночи.

В моей груди словно зияет дыра, и темнота проникает в меня через ноздри. Это дикое существо, глубоко внутри меня, пытается вырваться на свободу.

Я не могу позволить себе потерять сознание. Не здесь. Не сейчас. Сжимаю кулаки и впиваюсь ногтями в ладони до крови. Едва замечаю, как Джеймс кряхтит с одной стороны от меня, а Клэр напрягается с другой.

Внезапно звук прекращается, и факелы снова загораются. Делаю глубокий вдох, и темнота рассеивается перед моим лицом. Я поворачиваюсь к Клэр.

— Что это было? — выдыхаю я, но думаю, что уже знаю ответ.

— Мы называем его Темным Зверем, — говорит Клэр.

— Пленник ночи, — шепчу я в ужасе.

Джеймс проводит рукой по подбородку.

— Это с ним нас привели сюда сражаться.

Глава пятьдесят седьмая

Часы сливаются воедино.

Прижимаю колени к груди и обнимаю их, стараясь согреться. Вокруг то вспыхивают, то гаснут факелы. Мне никогда раньше не было так холодно. В голове пульсирует боль, а из раны, нанесенной Филиппом, сочится кровь, медленно высыхающая на моей щеке. Никто не произносит ни слова. В воздухе витает тяжелое и едкое отчаяние. Время от времени я слышу бормотание Джеймса и скулеж Райана. А я просто хочу спать.

Меня разрывает между реальностью, в которой я оказалась, и ужасами, преследующими во сне. Оба мира мрачные и тревожные, полные тюремных камер и тьмы. Они мучают меня до тех пор, пока я больше не могу отличить одно от другого. Я чувствую лишь холодный, маслянистый ужас, который сворачивается змеей у меня в груди. Он душит волка, живущего во мне. Он шепчет, что я умру, что никому не будет до этого дела, что моя жизнь ничего не значит.

Все это как-то связано с Богом Ночи.

Каллум рассказывал мне, что помощники Александра приносили в жертву волков, чтобы заслужить его расположение. Неужели в жертву принесут и меня? И моего брата?

У Александра должна быть охрана. Возможно, мне удастся убедить кого-то из них, что убивать наследников трона Южных земель плохая идея. Я не хочу использовать имя и титул моего отца — человека, убившего мою мать, — чтобы спасти себя, но и умирать тоже не хочу. Мне нужно спасти еще и Райана.

Мой разум лихорадочно перебирает все возможные варианты, пока перед глазами не начинают плясать точки, и я не приваливаюсь к стене.

На меня наваливается ощущение безысходности.

Я слышу, как голос моей матери эхом отдается в темноте.

Будь мужественной, малышка.

Не знаю, сколько времени проходит, прежде чем я слышу шаги, приближающиеся к двери. Охранники в капюшонах входят и открывают все двери, кроме моей. Волков вытаскивают в коридор. Они слишком слабы, чтобы сопротивляться, и на них надевают кандалы и ошейники.

Джеймс крепко держится за прутья моей камеры, прежде чем его уводят.

— Он знает, что ты здесь? — спрашивает он в спешке.

— Каллум?

Джеймс бросает на меня многозначительный взгляд, когда охранник подталкивает его вперед.

— Нет. Не Каллум.

Дорогая, я всегда найду тебя.

Холодная тьма разливается по моим венам.

— Да.

Он кивает.

— Постараюсь выиграть для тебя немного времени.

— Что нам делать? — спрашивает Райан за его спиной.

— Ты ничего не будешь делать, парень.

Их сковали вместе и увели.

***

В замке поворачивается ключ, и я резко поднимаю голову, когда наконец кто-то приходит за мной.

Вскакиваю на ноги.

— Слушай, я не знаю, что тебе сказал Александр, но я принцесса Южных земель. Мой отец щедро вознаградит тебя, если…

Мужчина, вошедший в мою камеру, кажется привидением в темной мантии с капюшоном, скрывающим его лицо. Он хватает меня за руку, и его пальцы болезненно сжимаются. Замечаю татуировку на его запястье — ключ с полумесяцами на конце — символ ночи. Моя надежда