Договор - Юлия Борисовна Жукова

– Кроме вас? – уточнила Квенильда.

– Ну да, – тихо буркнул Аритон.

– Что вы там говорили про звёздную пыль? – вздохнула Квенильда и поморщилась от смрада.

– Я могу её создавать из любых подручных материалов.

У Квенильды глаза на лоб полезли.

– Вас ради этого связали контрактом?

Аритон наконец-то посмотрел на неё – удивлённо, как будто не ожидал, что она вообще знает о контрактах.

– В том числе. В первую очередь для того, чтобы поддерживать стены Школы от обрушения. Но я могу создавать почти любые магические ингредиенты. Я же… – он неловко развёл руками, – покровитель изобретателей. Был.

– Искры феникса тоже можете? – выпалила Квенильда, уже начиная соображать, как бы такое перевести его контракт на себя, хотя это, наверное, было бы расхищением школьного имущества, а с другой стороны, ещё вопрос, по какому праву его тут закабалили.

Аритон поморщился.

– Могу, но… нужен специальный бокс, чтобы меня не развоплотило в процессе.

Квенильда облизнулась, даже несмотря на мерзкий запах.

– Вы, м-м, – Аритон быстро глянул на неё и затараторил, – не собираетесь меня изгонять? Я могу показать вам свой контракт, я правда не…

– Ещё чего! – фыркнула Квенильда. – Вы мне очень нужны!

– …представляю опасности для Школы… Что?

– Как вы смотрите на такой вариант, – широко улыбнулась Квенильда, подходя ближе. Аритон, кажется, хотел попятиться, но за спиной у него была стена с окном. – Сейчас мы тут заморозим всю Школу и пойдём праздновать Новый год ко мне?

Аритон шевельнул губами без звука, заворожённо глядя на Квенильду.

– Я думал, вы… идейный борец с демонами.

– Я?! – ужаснулась Квенильда. – С чего вдруг?! Я просто придумала изгонятель, а демонов я люблю рисовать… Кстати, – она сделала ещё шаг вперёд и протянула руку потеребить складку его тоги. – Архидемонов я ещё никогда не рисовала. А на каком месте у вас метка контракта? Мне бы удостовериться…

Точёные губы Аритона напряглись, будто он пытался сдержать усмешку.

– Уж не предлагаете ли вы мне откупиться от изгнания искрами феникса и позированием для портрета? Вообще-то соблазнять – это моя работа.

– Работайте, – улыбнулась Квенильда.

В чёрных глазах Аритона заплясали алые огоньки. Тут что-то шарахнуло за стеной. Печать выгнулась стенкой мыльного пузыря, но удержалась.

– Прикажите мне, – выдохнул он, и в лицо Квенильде пахнуло жаром.

Она вдохнула поглубже.

– Приказываю. Аритон, царь Севера Эгин, князь ада Ваал-Фегор, заморозь время в Школе и выходи со мной наружу праздновать Новый год!

Он ухмыльнулся и отвесил насмешливый поклон, хотя Квенильда подозревала, что контракт вынуждал его кланяться. Сложив руки в жест силы, Аритон закрыл глаза, и от его солнечного сплетения к стенам учительской потянулись тонкие ручейки звёздной пыли, а каменные плиты на полу стали истончаться – видно, они-то и были подручным материалом. Квенильда поспешно подбежала к столу и сгребла кристалл, изгонятель и все свои ритуальные причиндалы в рюкзак. Стены напитывались холодным колким блеском звёзд, а маленькое окно стало расти, вытягиваться вниз, пока не достигло размеров двери. Даже воздух теперь сверкал, как острые грани кристалла, и сквозь него становилось всё труднее двигаться. Аритон открыл глаза – чёрные и холодные, как ночное небо. Ледяной рукой он взял Квенильду под локоть и подтолкнул в окно. Шаг через порог – и вот она уже на морозе, прямо в платье и сменных туфлях, и платье холодит и сверкает, как зимние звёзды.

Квенильда обернулась, чтобы побыстрее потащить Аритона к себе домой, а то на таком морозе и магией согреться непросто. Но Аритон застыл на пороге, как будто увяз в кристальном воздухе и не мог шелохнуться. Его рука, протянутая к Квенильде, на глазах становилась прозрачной, и крошечные алые искорки разлетались от неё позёмкой по ветру.

– В чём дело?! – ахнула Квенильда.

– Не могу… – выдавил он. – Контракт. Не пускает. Я думал, если ты прикажешь… Но нет.

– Ты привязан к Школе?! – догадалась она. – Как тебя отвязать?

Он вроде бы моргнул, но на самом деле это его глаза в темноте казались то открытыми, то закрытыми, как на стереооткрытке. Его начал пожирать астральный план.

– Только разорвать контракт. Но… Одельгард мёртв. Мой контракт с ним вечен… Если меня развоплотит, Школа… не выстоит.

Его голос прерывался радиошумами, а от помех в изображении Квенильду снова замутило. Она зажмурилась и принялась соображать. Разорвать чужой контракт невозможно. Директор Одельгард – тот, что рулил Школой, когда она провалилась, – не оставил потомков, которые могли бы сделать это за него, а заместители вроде нынешнего директора имели лишь ограниченную самим контрактом власть над Аритоном.

Однако контракт с демоном составлялся на основании того, что его призвали с астрального плана и держат в реальности волей другой стороны. Квенильда услышала первый удар часов на ратуше, знаменовавший приближение полуночи. Разрыв цикла, смычка планов реальности. Аритон, навеки прикованный к Школе, держал её стены – вот, значит, как Одельгард решил проблему провала. Если печать Аритона развеется, Школа осыплется, а с ней и все дома на Холме со всеми жителями, мирно поднимавшими новогодние тосты.

Квенильда вывернула рюкзак прямо на снег и едва гнущимися пальцами разложила свои минералы и символы. Часы ударили в шестой раз. Аритон уже весь стал прозрачным, а мелкие искорки вились вокруг него смерчиками, постепенно поднимаясь и улетая в небеса. За пределами Школы контракт не действовал, и ничто не держало демона в реальности. Но вот если его прикрепить здесь другими методами…

Хорошо, что обряд Смычки был коротким. С двенадцатым ударом она выкрикнула последнее слово заклинания. Тут же все искры ринулись обратно в тело демона, наполняя его живой плотью, раскаляя докрасна. Он пылал посреди ночи, как звезда, готовая ко взрыву сверхновой, и Квенильда закрылась рукой, будто это помогло бы от облучения.

Грянул салют, а с ним музыка и крики поздравлений. Внизу, на площади, стукались кружки и звенели кубки, люди поздравляли друг друга, не подозревая, что Холм, высящийся над ними, сдерживает в себе легионы скверны, и стены его ещё стоят на одном только принуждении тёмной твари.

Аритон

Бельфегор вышагнул из Холма. Его босая нога соприкоснулась с морозной землёй и почувствовала вес его тела. Существовать целиком в реальности было непривычно. Он даже немного пошатнулся, но его поддержали холодные пальцы Квенильды. Аритон поморщился: ещё не хватало показаться слабым перед девчонкой. Он наконец-то добился своего: больше не нужно бояться, что любой чересчур сведущий коллега опознает в нём архидемона и отправит его обратно в чертоги