Прочь с моих грядок, дракон! - Мария Эмет

В доме было решительно нечего есть, а позавтракать хотелось жуть как! В последний раз я ела в своем мире, и то — из трубочки.

Вооружившись корзиной, найденной в одной из комнат, и простеньким колечком с ярким камушком, я отправилась вниз, к деревне.

По правде говоря, не уверена, что поселение можно назвать деревней. Уж слишком оно большое. Впрочем, до гордого звания Город эта россыпь кривых домиков тоже не дотягивает.

Либо строители устали на полпути, махнули рукой и ушли. Либо у них было слишком много материала, а потому они решили — чего добру пропадать? Продолжим строить. Ну и продолжили, собственно говоря.

Людей, как и вчера, было немного. Кто-то наблюдал за мной из окон, но были и активисты:

— Пшла вон! — рявкнула дородная женщина и попыталась облить меня содержимым ведра.

Не попала. Разочарованно нахмурившись, она пару секунд косилась на добротное ведро. Видимо, ценность его оказалась невелика, а потому…

Короче, ведро полетело следом за помоями. И снова мимо!

— М...да, — протянула я, ускоряя шаг.

Меня здесь не просто не любят. Меня здесь ненавидят лютой ненавистью. Вон, даже ведра не пожалели.

Спасибо хоть с кулаками никто не набросился.

«Пока не набросился», — пронеслось в голове.

Я уж было хотела обиженно надуть щеки и вернуться в своё гнездышко на горе, царственно шлепая по лужам. Но передумала.

Не зря они меня не любят. А значит, нужно если не разобраться с причиной, то хотя бы узнать её.

Уворачиваясь от презрения и всякой не нужной мелочевки, которую каждый встречный считал своим долгом бросить в меня, я добралась до домика с самописной вывеской.

«Маказин» — гласила табличка, держащаяся на одном гвозде, чьем-то честном слове и божьей помощи.

Не думала, что мокасины доберутся до меня и в этом мире!

Поднявшись по ступенькам, от скрипа которых холодело не только в душе, но и в пятках, я бочком вошла в небольшой продуктовый магазин.

Полки ломились... от пыли. Товар жался в самом маленьком шкафу, стоящем за прилавком. Продавщица, дама видная во всех смыслах, поднялась с места, и её стало видно ещё лучше.

— Здравствуйте, — сказала осторожно, глядя на женское воплощение шифоньера.

Ответа не последовало. Продавщица устала опустилась на табурет, который стойко выносил все тяготы жизни, и принялась загадочно смотреть в окошко.

— Меня зовут...

— Я знаю.

— Мне нужно...

— Уйти отсюда. Да поживее!

— В точку! Но перед этим мне нужно обзавестись парой десятков яиц, хлебом, маслом, молоком и ещё чем-нибудь по мелочи.

Продавать мне явно ничего не хотели. А вот надавать сначала по попе, а потом по лицу — очень даже.

Однако колечко, оставленное на прилавке, женщине пришлось по вкусу.

Уложив продукты в корзину, я собрала свой поробевший дух в кулачок и произнесла спокойно:

— Милая соседка, будь добра, расскажи, отчего я так вам не нравлюсь? Я... обидела кого-то?

16

Тишину магазина нарушило громкое «П-ф-ф-ф-ф». За тем женщине стало смешно. Она принялась смеяться, а отсмеявшись посмотрел мне в глаза и произнесла крайне мотивирующее:

— Проваливай, пока ускоряющих тумаков не надавала.

Сомнений в том, что эта гарная девчина нестандартной комплекции способа надавать тумаков у меня не было. Проверять, скажу я честно, желания тоже не было. Потому я улыбнулась как можно вежливее и быстренько уволокла корзину и ноги из «маказина».

Взгромоздившись на гору, я на скорую руку сварила кашу. Получилась не сказать что вкусно — я могу и лучше, но в целом есть и не давиться можно. Вручив проснувшемуся кучеру половник, а ушла работать в огород.

Притащив из сарая грабли и лопату, начала работать. И всё шло просто замечательно, пока надо мной не пролетело чудовище!

Это был дракон с огромными крыльями, огромной башкой и огромными лапами. Короче говоря, зверь был неприлично большим и явно любил поесть. И что-то мне подсказывает, что луговая травка его совсем не порадует:

Однако испугалась я зря. Монстр скрылся из виду и снова стало спокойно. Пожав плечами, я продолжила.

Ну, а что ещё делать? Бежать в укрытие и бояться там? Мне и здесь боятся нравится. А если суждено быть съеденой, то я надеюсь, дракон будет милостив и по-быстрому откусит мне голову.

Вдруг на плечо легла тяжелая рука. Меня осторожно, но с силой развернули.

Первое, что я увидела — знакомые раскосые глаза, на дне которых плясал первородный огонь и... что-то ещё. Что-то, отчего щеки сами собой вспыхнули.

— Муж мой, что ты здесь делаешь?

Генерал молчал и продолжал смотреть прямо в душу. Казалось, что от этого взгляда не скрыться, не сбежать. Это взгляд не человека, а тигра, что наконец загнал свою добычу в угол.

Взгляд зверя.

— Сокровище, — внезапно произнес он, сжимая моё плечо и притягивая меня к себе. Мужчина как-то подозрительно довольно улыбнулся и... убрал с моего лица непослушный завиток, который никак не хотел сидеть под косынкой.

И тут я наконец поняла, что Рендалл и есть тот дракон. Выходит, его так не для красного словца называют...

Стало чуточку не по себе. Муж словно почувствовал это и шагнул ближе. Не знаю, чем бы кончилось дело, если бы лорд не пришел в себя.

Он не отшатнулся. Нет. И даже не отнял руки. Но глаза его вновь стали холодными и безразличными. Разве что искорки любопытства прибавляли взгляду живости.

— Я принес документы на развод. Нужна твоя подпись

Оу... Этот мир не так плох, как показался вначале. Мало того, что женщина может владеть собственностью, посущественнее платья с рюшами, так у неё ещё разрешение на развод просят.

Интересно, а совместно нажитое здесь распополамить можно? Я бы не отказалась!

— Хорошо, — отозвалась преспокойно.

Лицо мужа сделалось бесподобным. Эмоции были столь красноречивы, что я принялась от всей души жалеть об отсутствие фотоаппаратов в этом мире.

Но генерал есть генерал. Уже через секунду передо мной снова стоял отстраненный бесстрастный тип.

Хмыкнув, он достал из внутреннего кармана документы и нечто продолговатое, отдаленно похожее на ручку.

— Здесь и здесь.

Я послушно черкнула два раза и на этом история Элены и лорда Рендалла должна была грустненько и однозначно закончиться. Но у дракона было своё мнение на этот счет!

Так и быть, подскажу. Мне оно совершенно, категорически не понравилось!

17

— Элена, я разрешаю тебе вернуться в столицу, — проговорил мужчина не своим голосом. В нем не было ни холода, ни равнодушия.

— Хочешь, чтобы я вновь стала твоей женой?

Рендалл отрицательно качнул