Жена герцога-палача хочет развода - Мария Ливи

Соль берегли для заготовки мяса впрок на холодные месяцы. Консервированное мясо в бочках — спасение. Охота порой не всегда приносила щедрые дары. Раз на раз не приходится.

Слишком суровые условия, чтобы баловать желудок. Яблоко в конце сезона, осенью, было лакомым кусочком. Сокровищем для жителей. А так, их ели редко — на пирах, доставая мочёные из дубовых бочек.

— Герда? — всё же спросила я.

Она удивлённо изогнула брови.

— Госпожа уже знает моё имя?

— Хильда сказала, — соврала я. — Говорила, что вы здесь главная по хозяйству.

Герда поджала губы, в глазах мелькнуло что-то похожее на… удовлетворение? Ей польстило моё маленькое враньё.

— Главная не главная, а порядок блюд должна решать хозяйка. Вы, леди, на кухню заходили по этому поводу? Или вам просто ознакомительную экскурсию устроили? — вот тут уже была претензия под названием: чего зря день тратить. Приехала — работай, как и все мы.

— Ещё нет, — честно призналась.

— Тогда прошу за мной. Покажу нашу еду на сегодня, а вы уж решите, как хозяйка, что за чем подавать к хозяйскому столу. Вдвоём обедаете с мужем.

7 ГЛАВА

Кухня невероятных размеров, проходя сквозь неё в первый раз, я не озаботилась осмотром в подробностях.

Огромная… Три очага, из которых одна — огромная печь. Начищенные котлы, подвешенные на массивные крючки, и такие же вертела. Что до разделочных столов — там не одна и не две туши оленя поместятся.

Мальчик, стоявший у очага, регулировал один из вертелов, где равномерно с самого утра томилась целая туша кабана, облагораживаясь блестящей корочкой и распространяя дух мяса с душистым тимьяном.

— Сегодня под утро, в честь возвращения господина с новой госпожой Торнхауса, наши парни пристрелили знатного вепря. Мяса хватит на всех. — Герда довольно улыбнулась, не скрывая щербинки промеж зубов.

Я молча кивала. Всё же Герда меня пугала. До сих пор.

В прошлой жизни редок был случай, когда я, как хозяйка, захаживала на кухню и отдавала распоряжения. Считала сие ниже своего достоинства. Всё должно было быть принесено на блюде из серебра прямо в постель — не больше, не меньше. Приказывала грубо, за что пару-тройку раз вместо презентабельной пищи для господ получила похлёбку из того, что ели слуги.

— Можно попробовать? — спросила я, указывая на котёл с супом, предназначавшимся явно для служащих замка, но не для Магнуса и меня.

Герда уставилась на меня как на умалишённую.

— Попробовать это?..

— Да. Я же хозяйка Торнхауса. Должна знать, чем питаются мои люди.

Она моргнула. Потом усмехнулась.

— Ваши люди, госпожа? Уже?

— Мои, — повторила я. — Те, кто живёт в замке моего мужа, — мои подопечные, как только моя нога переступила порог ворот замка.

Взгляд Герды посерьёзнел, а после та кивнула. Согласилась с доводами и, наконец, признала моё положение здесь.

А после, подозвав поварёнка, шепнула ему на ухо просьбу, от чего тот тоже немало удивился. Но спорить не посмел. Подойдя к большому котлу, бурлившему поодаль от господских яств, он зачерпнул наваристую похлёбку, налив её в дорогую фарфоровую тарелку для супа, которая предназначалась для нас.

Если честно, то я бы обошлась и деревянной ёмкостью с грубо выстроганной ложкой, как в последний день.

Попробовав наваристый бульон, я неосознанно зажмурилась от удовольствия и чувства насыщения после столь долгого пути. Бульон медленно спустился вниз и осел на дне желудка. Мясо — невероятно мягкое, разваливается на тонкие волокна.

Соли почти не было, оттого здоровье слуг порой давало сбой. Всё спасали местные приправы из кореньев, растущие в горах. Такие как дикий чеснок, который сушили на зиму, а весной первые побеги выкапывали на склонах.

— Хорошо, — сказала я. — Но вам бы соли на кило в год в довольствие вписать.

Герда открыла рот, будто я заговорила на древнем языке.

— Госпожа… вы в своём уме — столь драгоценную специю на простой люд изводить?

— В вашем рационе не хватает соли. Это необходимо, чтобы вы все были бодры. Особенно в период пахоты и сбора урожая. На севере и так тяжело живётся, а вы себя лишаете такой малости. Я поговорю об этом с герцогом сама. За ужином. — я поставила миску с почти выпитой похлёбкой на край стола. — Благодарю, Герда. Отныне я хочу, чтобы все знали: не только на севере, но и дальше наших границ — еда в замке Торнхаус достойна не только герцога, но и доступна для всех жителей.

Уходя, я услышала за спиной тихий шмыг и голос женщины:

— Зря на эту девушку наговаривают. Хоть она и южанка, достоинство у неё, как у настоящей северянки. Дай боги, чтобы наш твердолобый хозяин это оценил.

* * *

Вернувшись в свои покои, я застала Мод за тем, что та уже подбирала мне платье к ужину с Магнусом. Столько парчи, сваленной в одну кучу, давно не видала. А Мод впервые за долгое время так возмущалась:

— Видите ли, их господин ценит скромность в женщине и отвергает излишества. Да где это видано, чтобы женщины из семьи Эшфорд одевались сродни шлюхам из портового дома для обездоленных мужчин! — в гневе Мод была страшна. — Кем ваш муж, госпожа, считает вас?! Прислужницей, что обязана каждый вечер омывать ступни господину розовой водой?! Да они тут и про эти изыски наверняка знать не знают. Дремучие люди-звери! И по что ваш батюшка так легко согласился на этот союз? Столько прекрасных вариантов было, и он выбрал…

— Нянюшка, я не ропщу, — улыбнулась я и, присев на край кровати, потянула за самый низ. Цвет платья напоминал тину или мох торфяника. — Довольно скромно, но со вкусом, не так ли?

Мод тяжко вздохнула, глянув свысока на ткань, что я держала в руках.

— Ладно, милая. Раз уж твой новый статус обязывает походить на жену служащего королевской канцелярии — будь воля герцога Торна.

Я усмехнулась.

«Интересно, услышав столь лестное обращение к своей персоне, кому из нас Магнус снесёт голову быстрее ветра за стенами этой крепости?»

* * *

Надев болотистое платье, почти такое же, как носят жители замка, я поправила выбившиеся из пучка пряди волос. А две по бокам Мод мне заплела в тонкие косички, сделав из них затейливый узор, обрамляющий пучок, как обод. Только брошь — подарок отца, серебряная, с гербом Эшфордов — украшала моё платье.

Мод оглядела меня, покачала головой.

— Красавица. Но разом похолодевшая, как все тут.

— Значит, правильно оделась.

* * *

Обеденный зал освещался скудным количеством свечей из дорогого пчелиного воска, привезённого мной с юга. Всё же я